без обмана. И если кто-то из участников сможет перехитрить, к примеру, меня, — Ринат прижал ладонь к груди, — меня, простого актера театра и кино, то не сумеют ввести в заблуждение наших экспертов, Маску и вас, дорогие телезрители.
— Стоп, снято.
— Прошу перерыв пару минут, — капризно потребовал Барашкин.
Затем подошел ко мне и слащаво улыбнулся.
— Здравствуйте, юноша. Вы не должны тушеваться. Пусть вокруг вас столько известных людей. Но постарайтесь не пялиться на всех, когда вам придется снять маску. Также попробуйте говорить достаточно связно.
— Я умею вести себя, господин Барашкин, — мягко ответил я. — Вавилова дает мне уроки мастерства, а Леснов занимается со мной риторикой.
— Да? — удивленно уточнил мужчина. — Вам повезло с учителями. Не всем по карману… — он скривился, словно сказал то, чего не хотел.
Но меня это не обмануло. Ринат контролировал себя.
— Чужие карманы меня мало интересуют, — все тем же тоном произнес я. — Сейчас я хочу не подвести команду и хорошо сыграть свою роль.
— Безусловно. Вам стоит беспокоиться об этом, — кивнул мужчина и занес руку, чтобы хлопнуть меня по плечу.
Но вовремя ее отдернул и провел пальцами по своим волосам. Я понял, что воздух вокруг нас стал прохладным. Ринат торопливо отступил, вернулся в центр площадки и выкрикнул:
— Я готов. Включайте камеру.
Первым в студию вошел высокий парень со взъерошенными волосами грязно желтого цвета и янтарными линзами.
— Ва Дим Фаро, — произнес Барашков торжественно, сделав ударение на последнем слове фамилии.
«Он говорит с духами, впадая в транс. Сейчас будет орать и танцевать. Постарайтесь не дернуться от неожиданности», — послышалось в моем ухе.
Парень раскинул запартаченные дешевыми татуировками руки в стороны и начал вращаться вокруг себя. Он кружился все быстрее. Его расшитый цветными нитями халат поднялся, образовав тугой купол вокруг бедер. Из-под него показались тощие лодыжки, украшенные потекшими чернильными рисунками. Парень взвыл, и голос его возносился к потолку, становясь все пронзительнее. Хотелось закрыть уши. И похоже не мне одному. Ринат с трудом сохранял на лице маску безмятежности. Пожарские скривились. Вавилова продолжала улыбаться. А Климов откровенно скучал, осматривая собственные пальцы.
Наконец, парень перестал орать и кулем свалился на пол. Произошло это так неожиданно, что Марья даже охнула и подалась вперед, чтобы рассмотреть бедолагу.
Тот глубоко и часто дышал. Пьяно качаясь, он стал подниматься, но похоже, кружение сказалось на его вестибулярном аппарате. Именно потому претендент на звание победителя шоу не сумел подняться на ноги и остался сидеть. Но смог притвориться, что так и было задумано. Ва Дим начал покачиваться из стороны в сторону и замычал. А потом раскрыл глаза и уставился на меня.
— Вижу…- с придыханием выдал он, — вижу… девушка зовет и плачет. Она…
— Вы говорите о Маске? — вкрадчиво спросил его Ринат.
— Да… это о ней… о нем… — парень тряхнул головой, словно пытаясь собраться. — Духи слишком громкие. Они говорят сразу все. И я никак не пойму.
— Постарайтесь, — неожиданно холодно потребовал Климов и спокойно выдержал колючий взгляд ведущего.
— От Маски исходит сила… мужчины, — проскулил Ва Дим.
— Он мужчина? — допытывался бывший безопасник.
— Женщина кричит, — вновь заныл Фаро и стал раскачиваться.
Но неожиданно замер и потом вскочил на грязные от растекшихся татуировок ноги и ткнул в меня пальцем.
— Это он. Мужчина. Молодой… — парень принялся топтаться на месте. — Он приехал издалека. Издалекааааа…
Мне хотелось подойти к нему и двинуть по крысячьей морде. Даже без подсказок было очевидно, что Фаро — обыкновенный проходимец. Наверно насмотрелся всяческих передач, вроде битвы, выкрасил волосы, купил цветные линзы, придумал себе легенду и решил попытать удачу.
Пока я рассматривал экспертов и стоящих в тени ассистентов, клоун продолжать бормотать.
— Парень. Приехал издалека. С деревни. Сел на высокий стул.
Он взмахнул руками и попытался вновь начать крутиться, но Ринат его остановил резким уточнением.
— О каком стуле речь?
— Титул, — выпалил разгоряченный своим выступлением Ва Дим. — Он приехал и получил фамилию. Стал высоко. Занял свое место.
Я невольно подумал, не видна ли этому пройдохе моя обувь. Но посмотреть я не решился. Еще примут за знак, который я подаю этому оборванцу.
— Что-то еще вы можете сказать про Маску? — мелодичным голосом спросила Вавилова. — Сосредоточьтесь, любезный.
Фаро горделиво вскинул голову и недовольно посмотрел на женщину. Только она легко выдержала этот взгляд и ласково улыбнулась:
— Уверена, вы сможете сказать больше.
— Духи не любят вмешательств, — обиженно фыркнул он и принялся выдергивать нитки из потрепанных манжетов халата. — Я больше не слышу их.
— Уверены? — спросил Климов с ехидной усмешкой.
— Да, — парень поджал губы и обиженно посмотрел на меня. — Я знаю, что это парень, из деревни приехавший. И титул здесь получивший.
— Ну что ж, — Ринат развел в стороны руки и повернулся ко мне. — Я попрошу Маску показать нам свое лицо. Мы готовы узнать, правильный ли ответ духи дали Ва Диму Фаро.
Тут снова объявили короткую паузу, во время которой меня снимали крупным планом со всех сторон. Кто-то делал фото, и мне приходилось щуриться от вспышек.
— Маску снимайте, взяв ее за подбородок и потянув наверх. Чтобы волосы не растрепались, — тихо подсказала мне девушка, которая приподняла маску и проверила, не блестит ли кожа. — Вы хорошо выглядите.
— Спасибо, — я тепло улыбнулся ей. — Вы мне льстите.
Претендент в это время выглядел совершенно отрешенным. Он не нервничал, словно знал, что не ошибся. Я заподозрил, что ему сообщили некоторые сведения о Маске, которые он и выдал за подсказки духов.
— Итак, — возвестил о новой сцене Барашкин. — Пришло время сбросить маску.
Я снял морду демона, явив свое лицо и парень ахнул.
— Мне знаком этот человек, — залепетал он. — Я видел его. Это ведь темный ведьмак! Верно? Теперь понятно, почему духи были так встревожены.
— Вы говорили о крике женщины, — иронично напомнил ему Пожарский.
— Я и сейчас слышу эхо ее плача, — насупился Ва Дим. — Молодой ведьмак обидел женщину, которую оставил в деревне. Она стенает и плачет. Я боюсь, что она уже неживая. И это ляжет проклятьем на плечи Морозова.
— Она была жива, когда я ее обидел? — участливо уточнил я. — Или вы говорите, к примеру, об упырихе, которую я невежливо упокоил?
Фаро сглотнул и покосился на Рината. Но тот продолжал изображать любопытство.
— Не понимаю, — проворчал парень. — Если вы позволите мне взять вас за руку…
Я представил, как недоумок прикоснется ко мне. От этой мысли
