– Я тут натолкнулась на старый список телефонов, – объяснила Эми, – и хотела бы знать, не связывались ли члены комитета с теми, кто не бывал на наших вечерах.
Когда зазвонил телефон, Кэрол в душе помолилась, чтобы это оказался Мэтт, и рванулась снять трубку. Теперь она с трудом поборола разочарование:
– Мы воспользовались расширенным списком выпускников «Кортес Хай» и надеемся встретиться со всеми, кого ранее упускали из виду. Тебя интересует кто-то конкретно? У меня список прямо под рукой, и я смогу тебе сразу сказать, кто придет, а кто нет.
Эми выслушала перечень имен и без особого удивления выяснила, что четвертая часть тех людей, которых она опознала, не сделали заказа на вечер встречи:
– Как ты думаешь, тридцать пять лет спустя у них все еще сохранились те же номера телефонов?
– Сомневаюсь, – сказала Кейси, – но почему бы не сделать попытку? Ведь есть еще время пригласить их на вечеринку, и, если их не было на предыдущих праздниках, они смогут повеселиться на этом.
Эми долгое время колебалась, но затем, решив, что ей все равно нечего делать в этот вечер, согласилась:
– Хорошо, я возьму это на себя. Я тебе перезвоню, если найду кого-нибудь, кому захочется прийти.
Эми повесила трубку и взяла в руки фотографию первой девушки, Кони Сотерби. Как она ни старалась, ей так и не удалось вспомнить ее, и, когда она набрала старый номер, автоответчик сообщил ей часы работы прачечной. Эми вычеркнула Кони из списка.
Следующим оказался Тед Биллингтон, который играл в футбольной команде колледжа, но снова, даже если они и посещали вместе какие-то занятия, Эми его не вспомнила. По этому номеру ей ответила семья китайцев, и Эми извинилась перед ними за беспокойство. Решив, что это пустая трата времени, она чуть было не сдалась, когда повторный взгляд на фото следующего студента, Гордона Эшбаха, пробудил в ней неясное воспоминание о робком молодом человеке в очках с толстыми стеклами, который сидел позади нее на занятиях по английскому в выпускном классе.
Разыскав его имя в указателе, она обнаружила, что его единственным увлечением был математический клуб. Она вспомнила мальчиков оттуда, обособленную группу юношей, предпочитающих тригонометрию и расчеты девочкам и спорту. Кроме того, Эми припомнила, как мило Гордон улыбался, и решила попробовать еще раз. Когда ей ответил мужской голос, она спросила Гордона, и ее страшно удивило, что это он и был.
– Это Эми Рейс, – начала она. – Я была Эми Стюарт, когда мы ходили в «Кортес Хай». В эту субботу состоится вечер встречи выпускников по случаю тридцатипятилетия окончания. Я звоню сказать вам об этом и надеюсь, что вы придете.
Гордон чуть не уронил телефон, а затем запутался в шнуре, пытаясь подхватить его.
– Эми Стюарт, которая верховодила среди спортивных болельщиков? – спросил он, как только ему удалось оправиться от изумления.
У Гордона Эшбаха был изумительный голос, глубокий и чуть насмешливый, так что Эми сразу простила ему такой глупый вопрос.
– Я не руковожу болельщиками спустя тридцать пять лет, но в то время да, это была действительно я.
– И вы хотите, чтобы я пришел на вечер встречи?
– Да, вы получили приглашение?
Гордон взглянул на гору непросмотренной корреспонденции на столе:
– Думаю, что получил, но поклясться в этом не могу.
– Ну хорошо, если вы хотите пойти, то еще не поздно сделать заказ.
Гордон закрыл глаза и легко вызвал в памяти образ Эми Стюарт, длинноногой девушки, завязывавшей шелковистые волосы в конский хвост, который раскачивался в такт ее движений, когда она дирижировала болельщиками во время соревнований. Цветами «Кортес Хай» были красный и белый, и Эми выглядела так же соблазнительно, как мятная лепешка, в своей белой плиссированной юбочке и красном свитере. Звук ее голоса вновь пробудил в Гордоне старые мечты.
– Я, наверное, никого не узнаю, – чуть застенчиво проговорил он.
– Но вы же вспомнили меня, – ответила Эми, – а мне кажется, что мы вместе посещали только английский. Я уверена, что вы не забыли и тех, с кем ходили в математический клуб.
– Эми Стюарт, – прошептал Гордон.
– Да?
– Я и не смел надеяться, что вы позвоните.
– Если хотите, то сначала все обдумайте. Вы можете позвонить мне завтра в банк, если решите прийти.
– Вы работаете в банке?
Эми сказала ему, каким отделением она руководит.
– Я работаю у них уже больше двадцати лет, с тех пор как умер мой муж.
Гордон задохнулся в совершенно неподходящем к случаю приступе веселья:
– Вы вдова?
– Да. – Эми ненавидела говорить о том, что она вышла замуж вторично, так как ее брак с Биллом Данхэном было лучше всего забыть. Слава Богу, она не взяла его фамилию, иначе, когда они разошлись, ей бы пришлось менять все банковские счета обратно на имя Стива. – А вы? Вы придете в субботу с миссис Эшбах?
– Нет. Я никогда не был женат.
– Тогда с подругой?
– Нет, у меня никого нет.
– Ну, тогда не беспокойтесь, что будете в одиночестве. Я тоже приду одна. Вечеринка назначена на восемь вечера в «Риц Карлтоне» в Пасадине. Мне занести вас в список?
Гордон водил пальцем по телефонной трубке. Он думал, что избавился от тягостной застенчивости, которая так досаждала ему в годы юности, но звонок Эми Стюарт вернул назад старый парализующий страх, и он все еще задыхался от волнения:
– Да, я приду. В какое время мне заехать за вами?
Эми не собиралась приглашать Гордона быть ее кавалером, но он неправильно понял ее, когда она упомянула, что будет одна. Эми поразмыслила, намереваясь исправить его ошибку, но затем, вспомнив, что только они вдвоем придут туда в одиночку, решила, что будет жестокостью отказать ему. В конце концов, она ведь сама позвонила, чтобы подтолкнуть его посетить вечеринку, и едва ли она может настаивать, чтобы он ехал туда в одиночестве и целый вечер скучал в уголке.
– Как заботливо с вашей стороны! – воскликнула Эми, прежде чем назвать час и дать ему свой адрес. – Вы помните Кэрол Пауэрс или Сьюзан Шепард? Я планирую сидеть вместе с ними и их знакомыми.
Гордон не любил вспоминать свои годы в колледже, но имена показались ему немного знакомыми:
– Думаю, что да. У Сьюзан были рыжие волосы?
– Да, это она. – Еще раз заверив Гордона, что это будет прекрасная вечеринка, Эми распрощалась с ним. Она старалась вспомнить что-нибудь еще помимо того, что он сидел позади нее на занятиях по английскому, но это было все. – У него определенно красивый голос, – подумала Эми вслух и, надеясь, что все выйдет не так уж плохо, набрала последний по списку номер.
Попытка вновь оказалась неудачной, и, торопливо извиняясь, она перезвонила Кэрол:
