кого она так вырядилась? Уж точно не для него.
– Не припомню, чтобы мы договаривались с тобой о встрече, милаха.
И еще один вопрос интересовал рыжего оборотня. Где девчонка взяла такое белье? Дженна таскала пикантную тряпочку с собой от самой усадьбы? Или Ариель снабдила? Если так, он обрежет Машке ее блондинистые кудри, над которыми она трясется, так как ненавидит короткие стрижки.
Отельная аппаратура не передавала звуков, только изображение. Аверьян не мог слышать, что в дверь номера девушки постучали. Но догадаться было несложно. Дженна чуть вздрогнула, провела последний раз гребнем по запутавшейся темной прядке и отложила расческу на ореховый резной комод.
Напрасно он рассчитывал, что поздний визитер – Ариель. Нет, это явился Айнар.
Тягучий, выразительный взгляд, которым наградил проклятый ирбис девушку, заставил Аверьяна действовать незамедлительно.
Если бы пара закрылась на засов, он бы вышиб дверь.
Но преграда легко поддалась. Парочка не запиралась.
Дженна растерянно глядела на злющего Аверьяна поверх плеча другого мужчины.
– Тебя звали? – не оборачиваясь, грубо спросил барс.
– А тебя? – вел себя нагло Аверьян.
– Ты ошибся дверью, – соизволил серебристоволосый повернуться к непрошенному гостю. – Блондинка квартируется дальше по коридору налево.
– Я знаю, в каком номере остановилась Ариель, – готовился Аверьян в любую секунду измениться, выпустить зверя. Но прежде, чем начать драку с королем вымирающего вида, обратился к девушке.
– Дженна, не доверяй ему. Не подпускай к себе близко. Он лжет тебе.
– Я… ей… правду… сказал…, – четко и медленно выговорил Айнар каждое слово.
– Всю ли? – прищурился Богдан.
Дженна едва успела отскочить, так быстро человек уступил место зверю.
Красно-рыжий мех калейдоскопом переплелся с черными пятнами.
Пространства номера не хватало для той свары, что устроили оборотни. Зверюги крушили холл второго этажа, врезаясь тяжелыми телами в сваи и стены.
На пороге своего номера появилась Ариель в розовой фривольной рубашонке. Охнула и мигом скрылась за лакированной дверью.
Дженна последовала ее примеру.
При такой потасовке – либо вмешиваться, либо прятаться.
Минут через пять-семь шум прекратился. Обостренное обоняние позволяло понять – оба парня живы. Дженна повернула замок, закрываясь ото всех. Хватит с нее на сегодня.
Драку прекратил Айнар. До того, как противники могли бы серьезно ранить друг друга.
– Пока мы с тобой деремся, – оттер ирбис кровь с губы, – твой дружок поимеет ее.
– Ты говоришь о Трайкере? – поморщился Аверьян. Барс ощутимо заехал ему по скуле.
– Хочешь сказать, не замечал, как он смотрит на нее?
– Трайкер интересуется всеми волчицами без исключения, – приложил Аверьян к скуле подвернувшуюся под руку железяку.
– Но не так, как Дженной.
– Если думаешь нас рассорить, зря стараешься, – выпрямился Богдан, намереваясь уже покончить со всем этим. – И держись от Дженны подальше. Ты ей не пара.
Он хорошо слышал щелчок замка. Милаха закрылась. Можно больше не беспокоиться. Она не впустит красавчика. Во всяком случае, уже не сегодня.
Вышел во двор отельчика. Морозный воздух помог немного унять болезненную пульсацию на побитом лице.
В беседке завозились волки Трайкера.
Чуют его возвращение.
– Что с твоей физиономией? – не мог не заметить Михеев глубоких царапин и вспухшего синяка на скуле Богдана.
– Неосторожное обращение с котом.
– Наш барс выпустил когти? – рассмеялся Трайкер. – Дженну не поделили?
– Можно и так сказать, – не имело смысла придумывать иной причины. – Тимофей, ты ведь не претендуешь на нее? – не собирался, но все же спросил Аверьян. Чертову ирбису удалось посеять сомнения.
Трайкер внимательно посмотрел на своего давнего знакомца. Кажется, Богдан не понимал, насколько глубоко графитовый волк предан ему после того, что случилось той страшной ночью больше года назад.
– От меня никогда не прилетит нож в твою спину.
Аверьян верил ему.
Возвратился в директорские апартаменты. Первым делом выключил монитор. Не собирается он больше пялиться на девчонку.
Дикие мысли. Не сдержался… швырнул об стену, отделанную декоративной штукатуркой, непочатую бутылку вермута.
Злился на свою беспомощность. На то, что не мог контролировать себя, свои эмоции, когда речь шла о черненькой волчице, свалившейся на его голову.
Что с ним происходит? Почему он так реагирует на нее? Милаха околдовала его? Желание подчинить, сломить строптивицу? Ой ли… Себе-то не надо врать.
Но ведь это невозможно. Видеть, чувствовать, беспокоиться… И все о ней! А ревность? Бешеная, неконтролируемая, жгучая, болезненная… Это же нелепо.
– Я справлюсь. Плевать на девчонку. Не нужна она мне. Пусть извивается под Айнаром.
А вот об этом зря подумал. Картинка яростного, чужого секса, пусть и нарисованная лишь воображением, вышвырнула его вон из номера.
За всю свою жизнь Аверьян дарил цветы одной единственной женщине – маме. Обязательные букеты учителям на первое сентября в школе – не в счет.
И вот сейчас, вроде как обязанный быть бесчувственным, оборотень срезал цветы в оранжерее. Не просто срезал аккуратненько ножичком, а составлял букет. Белые розы. Голубые гортензии. Синие гиацинты. Зеленый папоротник для придания красоты и объема.
С помощью подсматривающей аппаратуры убедился, что девушка спит.
Залез в ее номер через выдвижную дверку на веранде.
По пути удачно подвернулась вазочка производства гжельской фарфоровой фабрики.
***
Цветочный аромат преследовал Дженну во сне. Усилился при пробуждении.
Букет увидела сразу.
Красивый такой. Пышный. Чудесный. Дивный.
На конкурсе флористики Дженна непременно проголосовала бы за такую композицию.
О том, кто его даритель, сомнений не возникло. Остаточный след запаха Аверьяна был слишком узнаваем.
Еще накануне условились на завтрак собраться в баре, где были найдены консервы с большим сроком годности.
Айнар отодвинул стул с высокой спинкой подле Дженны.
Она молча кивнула ему. Слова рыжего оборотня заставили ее задуматься. Почему она так слепо доверилась ирбису? Что, если парень действительно не просто так оказался у ее усадьбы? Уж больно вовремя он появился.
– Дженна, признаю, я не все рассказал, – наклонился к ней поближе Айнар. – Но, клянусь, ничего такого, что могло бы навредить тебе.
– Поговорим об этом позже, – вонзила она вилку в масляную скумбрию.
– Хорошо, – придержал барс прядку ее волос, норовившую окунуться в масло.
Аверьян, сидевший напротив, прекратил жевать. Все это время он старался не смотреть на девушку. Но заботливый жест Айнара спровоцировал очередной приступ ревности.
– Слушайте, – преувеличенно громко произнес Трайкер. – Я так понимаю, предстоящие пару-тройку суток нас ждут тяжелые переходы и отсутствие комфортного ночлега. Повеселимся напоследок?
– Что предлагаешь?
