По губам Его Величества скользнула ленивая улыбка. Он достал новый лист бумаги и заново принялся писать.
— Северин, а эта леди Кейлин оказалась действительно очень хорошенькой, — развалившись в кресле у камина, Генри потягивал чай и, щурясь от огненных всполохов, смотрел на огонь. Северин сидел за письменным столом, проверяя какие-то бумаги, иногда что-то отмечая в кожаной тетради и занося туда какие-то пометки.
— Ты меня не слышишь, — продолжил Барратт, — Я пообщался сегодня с твоей дамой и она, признаюсь, пришлась мне по душе. А еще она просто очаровательно пахнет…Ммм…
Северин оторвал взгляд от бумаг и посмотрел на друга:
— Леди Коборн не моя дама, — сказал он и добавил, — Оставь, пожалуйста свои волчьи замашки!
— Вероятно на данный момент не твоя, но я чувствую, что скоро она ею станет, — Генри забавно хихикнул и положил ноги на маленькую скамеечку стоящую рядом с креслом, — Она единственная, кто не шарахается от тебя, как от чумы, — добавил он, — А про запах, так ты это зря. Теперь, если захочу, я смогу найти ее на расстоянии в несколько километров, если она окажется поблизости. Судя по всему, она теперь часто будет заглядывать в этот дом.
Северин нахмурился и, схватив со стола деревянный штамп, запустил им в Генри. Тот ловко вскочив с кресла, успел увернуться, и штамп пролетел мимо цели, ударившись в стену, напротив.
— Ну что ты обижаешься, сам ведь знаешь, что не красавец, — сказал он и, подобрав с пола деревянный предмет, направился к столу друга и водрузил штамп на место.
— Меня настораживает закономерность, с которой леди Кейлин попадает в неприятности, — сказал принц, — Это определенно происходит не случайно. Кто-то нарочно сталкивает нас…
— Ты думаешь, Это Амадеус? — тон Генри утратил всю веселость.
— Да. Мне интересно только одно. Леди Коборн осознанно помогает ему или ее используют?
— Из чего следует, что она тебе не безразлична, — произнес Барратт, — Иначе ты бы не стал заморачиваться подобными пустяками.
Питер ждал, что Северин опровергнет его замечание, но к его удивлению, принц промолчал. Он с новым усердием стал что-то писать в своей тетради, избегая смотреть другу в глаза. Брови Барратта медленно поползли вверх.
— Значит, я прав! — произнес он с улыбкой.
— Я не отрицаю своего интереса, — сказал Северин, не отрываясь от бумаг, — И она действительно не шарахается от меня как от чумы. Леди Кейлин нравится мне, но не более того.
Генри присел на край письменного стола.
— Ну, это ты сейчас так говоришь, — он улыбнулся.
— Завтра у нас с Кейлин как бы свидание, — произнес Норфолк.
— Как бы?!
— Я пригласил ее в кино…
Барратт присвистнул.
— И у меня будет к тебе небольшая просьба, — Северин поставил точку в конце предложения и захлопнул тетрадь. Его взгляд обратился к другу, — Я хочу, чтобы ты завтра побыл в моем доме. Я думаю, что Амадеус уже знает, что я буду отсутствовать вечером, и непременно воспользуется случаем, чтобы послать сюда своих воришек. Мне надо, чтобы ты припугнул их, а при случае выловил. Я хочу точно знать, что это мой брат.
Генри согласно кивнул.
— Сделаю, что смогу, — и добавил, — Кстати, тот человек, который заколдовал лошадь леди Коборн… Я, конечно, могу ошибаться, но я нашел следы его магии и кажется, я знаю, кто это… Но…
— Но ты все же сомневаешься! — предположил Северин, поднимаясь из-за стола.
— Да. Ведь тот, о ком я подумал, сейчас должен находиться в одной из башен Фолка.
— Коллум? — ничуть не удивившись, спросил Норфолк, — Все возможно.
— Да, но он ненавидит Амадеуса всей душой, — сказал Генри, — И вряд ли согласится работать на него.
— Согласен, но кто знает, что мог пообещать ему мой брат, — задумчиво добавил Северин, — Если он на стороне короля, то нас ждут большие неприятности.
Глава 8
Не знаю почему, но перед предстоящим свиданием я волновалась так, как никогда в жизни. Я перебрала кучу своей одежды, перемеряла груду вещей и в итоге пришла к решению одеть свои любимые джинсы и темно-синий свитерок. Все-таки мы собирались в кино, а не в театр. И мне отчего-то не хотелось, чтобы Норфолк подумал, что я старалась специально ради него.
Я зачесала волосы в конский хвост и покрутилась перед зеркалом. В комнату без стука вошел отец. Я вспомнила, как вчера вечером они с Эдвардом суетились вокруг меня, выспрашивая подробности моей неудачной поездки на охоте. Мне показалось, что Эдвард стал немного расстроен, узнав о предстоящем свидании с принцем.
— Вы сами этого хотели, — сказала я им тогда. Отец молча согласился. Да и что он мог сказать, если сам предложил мою кандидатуру королю.
— Ты уже готова? — спросил Маркус, входя в комнату. Я увидела его в зеркальном отражении. Отец смотрел на меня, — Норфолк уже приехал, — Маркус бросил оценивающий взгляд на мою одежду и только вздохнул, не решившись намекнуть, что мне, вероятно, стоило одеться более женственно. Я почувствовала неодобрение в его взгляде, но предпочла не начинать этот разговор.
— Думаю, ему понравится, — со вздохом сказал отец.
— Пап, мы же просто идем в Кино! Не думаю, что бальное платье, в котором ты бы хотел меня видеть, будет уместно в кинотеатре.
Коборн кивнул, соглашаясь с моими доводами, но неодобрение так и осталось в его глазах, словно говоривших, что я все равно могла бы одеться более нарядно.
— Перестань, — ответила я и вышла из комнаты. Сбежав по лестнице, замерла на последней ступеньке. Норфолк стоял ко мне спиной, беседуя о чем-то с Рупертом. Услышав мои шаги, он обернулся. Темный взгляд пробежал по моему телу, я улыбнулась. К моему удивлению, принц надел черные джинсы, но длинный крупной вязки свитер был синим, под стать моему. Северин шагнул ко мне, пригнулся, целуя мою руку.
— Я рад, что вы оделись соответствующе, — произнес он тихо.
За моей спиной раздался кашель. Это спустился мой отец.
— Я надеюсь, вы вдвоем приятно проведете вечер, — сказал Маркус.
— Я тоже, — принц не отрывал от меня своего взгляда, — И обещаю доставить вашу дочь домой в целости и невредимости до двенадцати.
