Читаем без скачивания История Древнего мира - Сергей Нефедов

МОРСКАЯ ДЕРЖАВА

Мы нашей отвагой заставили все моря и все земли стать для нас доступными,

мы везде соорудили вечные памятники содеянного нами добра и зла.

После долгих походов, устав от штормов и битв, стаи триер возвращались в свое гнездо — в афинский порт Пирей. Судовые флейтисты испускали приветственные трели, и корабли вплывали в ворота окруженной стенами военной гавани. Водная гладь гавани была со всех сторон обрамлена колоннадой, за которой под крышей прятались от непогоды военные корабли. Здесь отдыхали и ремонтировались сотни триер в ожидании часа, когда флейты просигналят новый поход. После великой победы при Саламине война с Персией продолжалась еще 30 лет; уничтожив персидский флот, греки освобождали захваченные персами острова и города на малоазиатском побережье. Афины стали главой обширного союза греческих городов-государств, полисов, и те полисы, которые не желали посылать в походы свои корабли, платили афинянам специальные взносы. Пользуясь своим морским могуществом, афиняне превратили эти взносы в настоящий налог, и союз постепенно принял облик Афинской морской державы. Чтобы закрепить за собой своих союзников, афиняне выводили на их земли военные поселения, клерухии; клерухи получали наделы, которые обрабатывали арендаторы из местного населения.

Выведение клерухий избавляло Афины от безработной бедноты — впрочем, в то время было нетрудно найти работу. Став господами моря, афиняне привлекли в Пирей всю морскую торговлю — поначалу они силой заставляли торговые суда заходить в свой порт; а потом, когда Пирей превратился в огромный рынок, купцы приплывали туда добровольно. "Все, что есть лучшего в Италии, в Сицилии, в Египте, в Понте и в других местах — всё стекается сюда, в Афины, благодаря нашему господству на море", — писал современник. Финикийская конкуренция была подавлена; на всех морях триеры охотились за финикийскими купеческими судами и, как желанную добычу, вели их в Пирей. Вслед за плененными кораблями в Афины стали прибывать перебежчики в торговой войне — финикийские купцы и ростовщики; они переносили сюда свою деятельность и незаметно превращались в греческих купцов. Прибыли от посреднической торговли сделали афинских торговцев обладателями огромных по тем временам состояний, афинские банки имели конторы во всех греческих портах. Вслед за торговым начался промышленный бум, из других городов в Афины устремился поток ремесленников; ремесленные кварталы росли, как на дрожжах. Население Афин и Пирея увеличилось за полвека после победы над персами примерно с 50 до 250 тысяч человек. Два города были соединены длинными крепостными стенами и срослись в крупнейший торгово-промышленный центр Средиземноморья; на вершине афинского холма, Акрополя, вознеслись к небу великолепные портики и храмы — символ торгового могущества Афин.

Несмотря на приток ремесленников-иммигрантов и наличие больших купеческих капиталов, афинское ремесло не могло насытить огромный рынок Средиземноморья — не хватало рабочей силы. В аналогичных ситуациях ХIХ века промышленники покупали заменявшие рабочих машины -афинские капиталисты покупали рабов. От рабских рынков на берегах Черного моря в Афины потянулись корабли с рабами; рабов обучали ремеслу и заставляли работать в больших ремесленных мастерских, "эргастириях". К концу V века в ремесле было занято около ста тысяч рабов, рабы составляли треть населения Аттики. Подобно обществу американских южных штатов, буржуазное общество Афин было основано на рабстве; рабы работали в рудниках, в порту, в мастерских, на стройках, прислуживали в домах. Встречались рабы-управляющие, врачи, воспитатели детей; богатые афиняне владели десятками рабов. Рабов не считали за людей, их называли "человеконогими" — и это вполне сочеталось с демократией. Афинская демократия была "демократией белых людей", властью небольшого меньшинства: гражданскими правами обладало не более десятой части населения Аттики. Это не мешало политикам восхвалять демократию и свободу:

—  Наш государственный строй не подражает чужим учреждениям, -говорил Перикл, один из великих людей того времени, — мы сами скорее служим образцом для подражания… Наши законы предоставляют равноправие для всех… Мы живем свободной политической жизнью…

Перикл был выдающимся государственным деятелем, который, избираясь на различные должности, около 30 лет руководил Афинами. В это время исчезли последние остатки аристократического строя, высшие должности стали доступны не только для богачей, и все существенные вопросы решало народное собрание. Перикл действовал убеждением и очаровывал собрание своими речами — он был первым политиком, который освоил искусство риторики. Перикл убедил народ, что взносы, уплачиваемые союзниками, можно использовать не на войну, а на украшение Афин. Были наняты многие тысячи рабочих, и город превратился в огромную стройку; изумленные афиняне смотрели, как на Акрополе вырастают белоснежные мраморные храмы, изящные портики и колоннады. Это мраморное чудо было видно далеко с моря, и моряки из далеких и ближних стран зачарованно стояли на палубах, не в силах оторвать взгляда от Акрополя. Это было двадцать четыре века назад — и время не пощадило храмы, но и сейчас толпы туристов зачарованно смотрят с палуб теплоходов на великое творение Эллады, на единственное свидетельство того, что минувшее не было сказкой.

СКАЗКА МИНУВШЕГО

Но что больше всего радовало афинян… это великолепные храмы, в настоящее

время единственное свидетельство того, что минувшее… не было сказкой.

Белоснежный храм, который возвышался над землей и морем, назывался Парфеноном; это был храм богини Афины, покровительницы великого города. Огромная статуя Афины стояла рядом с храмом, и её сверкающий на солнце позолоченный шлем служил маяком для подходящих к городу кораблей. От Парфенона начиналась широкая мраморная лестница, окруженная портиками и храмами; лестница спускалась в город к рыночной площади, «агоре». Днем здесь шумела толпа покупателей и продавцов, а к вечеру прилавки убирали, и народ собирался сюда обсуждать дела и узнавать новости. Раз в десять дней здесь происходило народное собрание; ораторы в длинных рубахах-хитонах с переброшенными через плечо плащами выступали с возвышения, стараясь произвести впечатление громовым голосом и риторическими приёмами. В будние дни афиняне предпочитали проводить свободное время в гимнасии — своеобразном спортивном комплексе с залами, навесами-портиками и открытыми площадками для состязаний в борьбе, беге, метании копья. Мужчины всех возрастов тренировались обнаженными, предварительно натершись оливковым маслом; после тренировки можно было искупаться в бане и послушать ораторов в комнатах для отдыха. Мальчики, помимо обязательных занятий в гимнасии, посещали частные школы, где учили игре на флейте, танцам, пению, счету и грамоте; неграмотного и физически немощного в Афинах одинаково называли «калекой».

В праздники афиняне собирались в театре: на склоне холма были вырублены уступы-скамьи, а внизу располагалась сцена. Театр был изобретением греков, это слово означало "место для зрелищ", а сцена ("скене") была шатром, на котором висели декорации и перед которым выступали актеры. История театра началась с празднеств в честь бога вина Диониса; на этих празднествах разыгрывали маленькие сценки из мифа об убийстве и воскрешении Диониса, "трагедии". Тиран Писистрат, заботясь о развлечениях народа, обустроил место для представлений и давал деньги для постановок. Сначала на сцене играл лишь один актер, которому помогал хор; потом актеров стало двое и трое. Поэты стали писать пьесы для театра; любимым народным зрелищем была трагедия Эсхила о Прометее: по легенде, титан Прометей похитил у богов огонь и отдал его людям, за что был прикован Зевсом к скале и терпел тяжкие муки. Простой народ беспрестанно требовал хлеба и зрелищ; при Перикле гражданам стали выдаваться "театральные деньги", а празднества в честь Диониса превратились в трехдневную череду театральных представлений, когда авторы соревновались друг с другом в мастерстве и победителя венчали лавровым венком.

Самые большие празднества в Греции проводились не в Афинах, а в Олимпии, городе недалеко от западного побережья. Эти празднества были посвящены Зевсу: в Олимпии располагалось общеэллинское святилище Зевса с прекрасным храмом, внутри которого возвышалась огромная статуя сидящего на троне бога. В дни "олимпиад" — так назывались эти празднества — на несколько дней прекращались все войны, и в Олимпию прибывали десятки тысяч гостей из всех городов Греции. Во время праздника проводились состязания в беге, борьбе, метании копья и диска, кулачном бое; по огромной арене под рев многотысячной толпы неслись десятки колесниц; звание победителя олимпиады было высшей почестью для грека; победителям устанавливали прижизненные памятники. Другим общегреческим праздником, столь же популярным, как олимпиады, был праздник Аполлона в Дельфах. На большой поляне у подножия горы Парнас здесь состязались певцы и музыканты: Аполлон был покровителем муз. В Дельфах находился знаменитый храм Аполлона; он был построен над пещерой, из которой исходили пьянящие испарения. Под воздействием паров жрица-"пифия" прорицала будущее, и в важных делах греки обращались за советом к дельфийскому оракулу.