Читаем без скачивания Операция Минотавр - Стивен Кунтс

Впервые он обратил внимание, как легко, уверенно ведет машину Моравиа. Она так ловко управляла самолетом, что никто не поверил бы в ее молодость. Бабун начал наблюдать за Ритой. Она сдвигала ручку всего на миллиметр-другой - и "Интрудер" послушно поднимался и опускался, следуя профилю поверхности, а большой палец при этом автоматически слегка надавливал кнопку балансировки. Она была действительно хороша. Стрелка указателя воздушной скорости, казалось, намертво застыла у отметки 620.

- Ты классный пилот, - сказал он в переговорное устройство.

- Ты давай занимайся прокладкой, - отрезала она, даже не повернув головы.

Опять мордой в грязь. О эти женщины! Он прижался лицом к черному колпаку, закрывавшему экран радиолокатора, и сделал вид, что игнорирует ее.

Самолет снова приблизился к реке Колумбия с юга по длинному, извилистому ущелью, которое тянулось от центра Орегона к северу. Время от времени отводя взгляд от экрана, Бабун видел справа от себя каменную пустыню - сплошные утесы и одинокие столбы, памятники могуществу воды и ветра и тщете времени. Почти вертикальные обрывы давали четкие отражения на экране РЛС. Он посмотрел на экран инфракрасного датчика. Последний был установлен во вращающейся башенке в носу самолета, прямо перед люком передней опоры шасси. Освещенная солнцем сторона скал выглядела почти белой на инфракрасном экране, который находился над радиолокационным и тоже защищался от внешнего света черным гибким козырьком над приборной доской.

Навигационным ориентиром при подходе к полигону морской авиации в Бордмене, штат Орегон, служили силосная башня и коровник на вершине утеса у входа в ущелье. Перекрестье, создаваемое компьютером на экране РЛС, сошлось у яркой точки. Бабун добавил увеличение на инфракрасном экране, подводя перекрестье к этой точке. Так. Вот он, коровник.

Над коровником он настроил системы для начальной точки прицеливания и вызвал по радио полигон.

- Новембер-Джули-832, разрешаю штурмовку. Рита подняла самолет на высоту пятьсот метров над землей. Утесы и ущелья остались позади, теперь они находились над чуть покатой равниной, где расстилались поля.

Руководствуясь поверочной инструкцией, лежавшей у него на коленях, Бабун привел все переключатели в боевое положение. Шесть синих стокилограммовых практических бомб Мк-76 были подвешены под правым крылом. В каждой бомбочке имелся дымовой заряд, позволявший отмечать место падения. А-6 прошел исходную точку, и Рита повела его на цель, лежавшую в пятнадцати километрах восточное.

Цель находилась на южном берегу Колумбии, на плоской, безводной и безлесной местности. Маршрут подхода отмечала грунтовая дорога, но ни Бабун, ни Рита не обращали на нее никакого внимания. За минуту сорок секунд "Интрудер" покрыл пятнадцать километров от исходной точки до цели.

Все это время Бабун был поглощен тем, чтобы точно навести на центр цели перекрестье на радиолокационном экране, проверить показания компьютера и инерциальной системы, сверяясь с инфракрасным экраном, осветить цель лазерным дальномером и подтвердить достоверность введенной в компьютер информации.

Наконец система была готова к сбросу бомб. Хотя на практических бомбах не было лазерных поисковых головок, носовой лазер самолета давал компьютеру более точные данные по дальностям и углам, чем радиолокатор. Рита была не менее занята, управляя самолетом и выводя команды на аналоговый индикатор, который находился у нее перед глазами.

Инфракрасный и лазерный прицелы оставались сфокусированы на радиолокационное отражение небольшой башенки, которая представляла собой центр цели, даже после сброса бомб. В кабине Бабун наблюдал, как меняется изображение на инфракрасном экране, пока самолет проходил над целью. Он рассматривал перевернутое изображение башенки, когда заметил столб дыма от практической бомбы совсем рядом с ней. Отличное попадание.

На отходе Бабун приподнял щиток шлема и отер лицо рукой в перчатке. Это действительно трудная работа. Самолет шел к западу параллельно реке Колумбия.

Рита высматривала, нет ли в небе легких самолетов.

- 832-й, у вас отклонение от центра шесть метров, на семь часов.

- Вас понял. - Бабун сделал пометку в блокноте. - На следующем заходе, сказал он Рите, - разгони до девятисот двадцати.

- Ладно.

На более высокой скорости у Бабуна оставалось всего шестьдесят пять секунд от исходной точки до места сброса, так что пришлось работать быстрее. Самолет купался в теплых послеполуденных воздушных потоках. На войне он будет мчаться к цели на полном ходу. В воздухе будут всюду рваться снаряды, а радиолокаторы противника станут прочесывать тьму, стараясь захватить их на экране и пустить ракеты. Сейчас под ярким солнцем над пустынной прерией Орегона Бабун четко представил себе, как это будет выглядеть. Пот заливал ему глаза и лицо, пока он манипулировал рукоятками и переключателями приборов. Он сбросил бомбу, но добился этого с большими усилиями. Ему придется еще много тренироваться, чтобы делать это действительно надежно, а ведь сегодня системы работают безотказно и никто в него не стреляет.

- Теперь с трехсот метров на максимальной скорости.

- Есть, - отозвалась Рита. Максимальной оказалась скорость девятьсот сорок пять километров в час по приборам. Следующий заход они выполняли с высота сто пятьдесят метров, затем сто двадцать, затем сто.

Перед последним заходом Бабун перевел радиолокатор В режим ожидания.

Изображение с экрана исчезло. Бомбардировщик-невидимка, выдающий себя радиолокационным излучением, долго не протянет, и конец его будет ужасным.

Другое дело - инфракрасный датчик: он пассивный, ничего не излучает.

Когда они прошли исходную точку, Бабун заметил, что на инфракрасном экране хорошо видна башенка-цель. С Помощью инерциальной системы компьютер удерживал на ней перекрестье, а датчик следовал командам от него. Бабун включил лазер и ввел в компьютер режим штурмовки. Да, это можно делать, а потренировавшись делать хорошо. Конечно, во влажном воздухе инфракрасное изображение размажется, но тут уж ничего не поделаешь.

Когда они пролетели над рекой Колумбия, направляясь к северо-западу, контрольный пункт вызвал их:

- Мы не зафиксировали ваше последнее попадание. Может, дымовой заряд не сработал.

Бабун проверил показания компьютера. В момент сброса Рита сместила самолет на сто десять метров в сторону. Бабун не смог удержаться и сообщил ей: об этом обстоятельстве. Она ничего не сказала.

- Тем не менее, - великодушно добавил Бабун, - отличная работа, - Он был весьма доволен собой.

- Для женщины.

- Я этого не говорил, мисс Тонкая кожа. Я сказал - отличная работа.

- Посмотри на панель боеприпасов, ас. - Бабун подчинился. Он на последнем заходе по ошибке нажал кнопку третьей подвески вместо четвертой. Бомбы были подвешены на четвертой, и последняя из них, вне всякого сомнения, и сейчас там.

Третья - подфюзеляжная - подвеска... пуста, благодарение Богу! О черт! А старушка Рита сидела и смотрела на него, но ни слова не сказала!

- Свяжись с центром и запроси добро на посадку в Уидби, - ледяным тоном произнесла она. Бабун протянул руку к радиостанции.

***

Терри Франклин смотрел телевизор, когда услышал звонок. Он подождал второго - нет. Он сидел, уставившись в экран, но не воспринимая ничего.

Жена с детьми ушла в универмаг. Всего полчаса назад. Долго она еще там пробудет?

Пока он размышлял, много ли у него времени, телефон снова зазвонил. Он весь напрягся. Всего один звонок.

Он выключил телевизор и достал из шкафа пальто. В кармане нащупал ключи от старенького "дацуна". На месте. Выключил свет в гостиной и выглянул сквозь шторы на улицу. Никого.

Звонок, пауза, звонок, пауза, звонок...

Три звонка. Почтовый ящик на Джи-стрит. Надо поторопиться, чтобы вернуться домой раньше Люси и детей. Не забыть запереть дверь за собой.

Матильде Джексон было шестьдесят семь лет, и она была сыта жизнью по горло. Пять лет назад она ушла на пенсию из адвокатской конторы, где работала машинисткой двадцать шесть лет. Семнадцать месяцев назад выплатила всю сумму по закладной на дом. Домик не ахти - запущенный типовой дом в запущенном районе, но, слава Богу, ее собственный. А большего на пособие и 93 доллара 57 центов пенсии от конторы она не могла себе позволить.

Домик был неплох, когда они с Чарли приобрели его в 1958 году, и Чарли немало потрудился, подгоняя все внутри, окрашивая снаружи и подметая дорожки.

Но он умер от диабета - неужели прошло уже шестнадцать лет? - после того, как ему ампутировали обе ноги и отказала печень.

Бедняга Чарли, слава Богу, он не видит, во что превратился этот район, его точно хватил бы удар. Всюду запустение, кучи мусора, а в доме напротив, где раньше жила старуха Мелвин, пасторская вдова, сопляки торгуют наркотиками. Там теперь поселился какой-то старик из Нового Орлеана, даже фамилии его никто не знает.