— Увидели? — гневно повторила Рэйчел. — Вы хотите сказать, что подглядывали за мной через шторку?
— На самом деле я не мог вас видеть, — отрывисто сказал он.
— Вы не ответили на мой вопрос. Что вы здесь делаете?
— Хочу убедиться, что с вами все в порядке. А вы что подумали? Что, раз мы живем вместе, я намеревался принять душ вместе с вами?
— Не сваливайте на меня. Именно вы сказали Шери, что я ваша… ну, вы понимаете. Она поняла ваши слова именно так, как вы хотели.
Николас не стал возражать.
— Я ждал, что вы подпрыгнете и назовете меня лжецом. — Он потер плечо. — И, между прочим, очень удивлен, почему вы этого не сделали. — Он поднялся и подошел к ней поближе. — От вас так приятно пахнет, — он провел пальцем по ее ключице, — и кожа такая нежная. Имейте в виду, вам не удастся отделаться каким-то несуществующим романом, чтобы заставить меня сделать то, что вы хотите.
Облако пара, заполнившего ванную комнату, затуманило ее разум. Она могла думать только о том, что предпочитает карие глаза любым другим. Раньше она этого не замечала. Его палец жег ей кожу. Дышать было трудно. Он не мог не заметить это.
— Это из-за моего плавания, — сказала она. — Легкие не восстановились.
— Во мне ничего не восстановилось. Когда вы спрыгнули с причала, — его пальцы судорожно сжали ее плечо, — я пообещал себе, что вытащу вас, а потом сброшу обратно, потому что я был чертовски зол. — Он провел пальцами по ее плечу к основанию шеи и мягко прижал большой палец к бьющемуся в горле пульсу.
Сумасшедший стук пульса отдавался в ушах.
— Мне жаль, я не хотела… — Рэйчел не могла ни говорить, ни думать, когда его взгляд был прикован к ее рту. Струйка воды пробежала по ее ноге. Она теснее прижала полотенце к груди. Надо оттолкнуть его, надо, чтобы он вышел из ванной. Она должна вытереться. Хотя зачем? Вода почти испарилась с ее разгоряченного тела.
Николас пропустил пальцы сквозь ее волосы.
— Интересно, что вы делаете, чтобы они так завивались.
— Это от природы. — Несколько капель упало с волос ей на ноги.
Его рука по спине забралась под полотенце. Тепло его ладони проникло глубоко в тело, разжигая в нем пламя. Он прижал ее крепче. Рэйчел закрыла глаза. И внезапно снова начала куда-то погружаться. Сильное, теплое течение подхватило ее, порывисто неся в неисследованные моря. Испугавшись, она обхватила Николаса за талию. Его рубашка сбилась под ее рукой, приглашая исследовать тело. Как он исследовал ее рот. Ее пальцы скользили под рубашкой по теплой, шелковистой коже. Ей нравился его требовательный, собственнический рот, его крепкая, мускулистая спина, его грудь. Вдруг он вскрикнул.
Рэйчел отпрыгнула назад.
— Извините. Я сделала вам больно? Я не хотела… Все нормально?
— Вы проклятущая женщина, Рэйчел Стюарт. — Уголки его рта тронула кривая улыбка.
— Извините. Должно быть, это от волнения.
— Волнение будет еще сильнее, если вы перестанете натягивать на себя полотенце, — сухо сказал Николас.
Рэйчел тут же подтянула его вверх. Лицо ее пылало.
— Так что все-таки вы здесь делаете?
— Я же сказал. Хотел убедиться, что с вами все в порядке.
— Прекрасно.
— Более чем прекрасно, судя по этому поцелую. — Ленивое мужское удовлетворение послышалось в его голосе.
Рэйчел смотрела прямо на кончик его носа.
— Вы можете убрать из вашего тона высокомерное «вот какой я большой мальчик». Этот поцелуй был просто буйным праздником жизни. Он вполне естествен, когда кто-то одурачил смерть.
Он фыркнул.
— Ближе всего от смерти вы были, когда достигли берега. Я убил бы вас, но вовремя подумал, что Молли будет против.
— Но вы же сами говорили мне, что там неглубоко.
— Я говорил о другом месте. А вы решили сыграть героиню в середине канала, вытекающего из дока.
— Думаю, мы исчерпали тему моего заплыва, так что, пожалуйста, выйдите, чтобы я могла одеться.
Николас отступил назад и прислонился к туалетному столику.
— Мы еще не начали исчерпывать тему.
— Ладно, я совершила ошибку. Я действовала поспешно, не думая. Мне жаль. Я больше так не буду. Чего вы от меня хотите? Я не собираюсь вставать перед вами на колени.
— Собираетесь.
— Не собираюсь. Вы… — Рука, закрывшая ей рот, прервала возмущенный поток слов.
— Я не про колени. Вы снова прыгнете в озеро. — Он засмеялся. — Ничего вы с собой не поделаете. Вы тотчас откликаетесь на пожарную сирену. Один крик о помощи — и вы бросаетесь на помощь. Или в озеро.
Она попыталась потрясти головой, но он усилил хватку. Ее губы, разбуженные его поцелуями, дрожали под его теплой ладонью. Сейчас она укусит ему руку. Ведь она же велела ему убираться! Он рассмеялся над ее бормотанием.
— Если бы я не знал вас, училка, я бы решил, что вы ругаетесь. Будьте осторожны. Молли не любит плохих слов. — Веселье в его глазах погасло. — Если кто-то здесь должен встать на колени, так это я. — Он криво улыбнулся. — Но если я действительно это сделаю, вам придется помочь мне подняться, а я не уверен, что вам стоит беспокоиться. Извиняться должен только я. — Его глаза потемнели. — Я никогда еще не чувствовал себя таким беспомощным. Шери кричит: «Молли не умеет плавать!», а меня и черепаха обогнала бы в воде. Потом прыгаете вы, хотя не умеете плавать. — Он замолчал, сжав зубы.
Тут Рэйчел вспомнила, что у Николаса только одна здоровая рука, так что она в любой момент могла отступить от руки, закрывающей ей рот. Но не сдвинулась с места.
— Шери вопила, чтобы я поторопился, сделал что-нибудь, а я одной рукой пытался отвязать старый спасательный круг, который давно висел на причале как украшение. Я даже не уверен был, что эта чертова штука удержится на воде. — Убрав руку с ее рта, он оперся о столик. — А тем временем ваша голова то и дело уходила под воду.
— Но ведь все уже прошло…
— Я просто представлял себе, как вы должны были испугаться, ведь вы же боитесь воды. — Он не смотрел на нее и барабанил костяшками пальцев по керамической плитке. — Было так страшно думать, что вы тонете.
Рэйчел дотронулась до его руки.
— Но все уже кончилось…
Он схватил ее пальцы и сжал их.
— Я испытал такое облегчение, когда вы вцепились в спасательный круг и повисли на нем, — во мне словно что-то сломалось. Я хотел обнять вас, убедиться, что с вами все в порядке, а смог только кричать и ругаться. Шери права, я чудовище.
— Никакое вы не чудовище. Но вы сдавили мне пальцы так, что пойдет кровь. Спасибо. — Рэйчел пошевелила пальцами. Она ощутила пощипывание, когда кровь прилила к ним. И тут возникла мысль о том, что она только что послала прощальный поцелуй всем своим планам заставить Николаса заняться ее делом. Она была обезоружена его чистосердечным признанием. Рэйчел покорно улыбнулась. — Думаете, я не понимала, почему вы кричите? Я учительница. Когда дети падают с качелей и страшно пугают меня, мне хочется трясти их так, чтобы у них зубы застучали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
