То, что она сделала в разработке этого устройства — нет, этого оружия — было намного хуже, чем просто болтать о Морганвилле. Это может быть реальной угрозой для них. Для их жизней.
Доктор Андерсон была права. Это было кое-чем, что вампиры не будут игнорировать… и теперь, когда она была вне Морганвилля, могли произойти несчастные случаи. Никто из ее друзей не знал об этом отличии.
Она была одна.
— Эй, — сказала доктор Андерсон и осторожно улыбнулась ей. — Спокойно. Ты выглядишь немного напуганной.
Клэр кивнула, не способная говорить.
— Ты привыкла к мысли, что в безопасности от них, не так ли? Потому что они были на твоей стороне. Легко совершить эту ошибку. Они будут относиться к тебе, как к активу, или даже как к другу, вплоть до того момента, пока ты не пересечешь черту и не станешь угрозой, Клэр; ты уже сделала это, даже если они еще не знают об этом. Ты перешла от подданной Амелии до ее врага, даже при том, что технически ты никогда не поворачивалась против нее… она не будет ждать фактического предательства. Вполне достаточно одного семени, — глаза Андерсон по-прежнему были расчетливыми, все еще прохладными. — Ты вооружена?
— Нет. Это реальный мир. Я не думаю, что нуждаюсь в оружии… есть законы против этого, верно?
— Лучше заплатить штраф за ношение спрятанного ножа или умереть в переулке?
— Это мои единственные варианты?
Улыбка доктора Андерсон стала теплее, и серьезность немного исчезла. Совсем немного.
— Не обязательно, но я верю в планирование худших случаев.
— Вы очень похожи на моего парня Шейна, — сказала Клэр. — Хорошо. Я буду носить нож… покрытый серебром, верно?
— У нас есть новый способ наносить слой серебра только на край. Это надежней и острее. — Доктор Андерсон подошла к запертому шкафу и открыла его отпечатком ладони и введя сложный код на клавиатуре; она протянула руку и вытащила нож в кожаных ножнах. Он был пугающе большим, и когда она передала его, он ощущался тяжелее, чем тот, что носила Клэр.
— У вас есть что-нибудь…
— Поменьше? Нет. Извини. Он удобно поместится в рюкзаке. Если ты хочешь носить его на себе, я советую тебе согласно текущей тенденции носить гигантские сумки. Следи за краем. Он достаточно острый, чтобы разрезать все, кроме алмаза. И ради Бога, носи его, Клэр! Ты бесполезна мне мертвой. Пока ты не начнешь работать, я не могу убедиться, что ты вообще полезна мне, но я готова дать тебе шанс. — Андерсон похлопала ее по плечу с безразличным видом. — Сколько сейчас времени? Ох, черт, у меня занятия через двадцать минут. Лабораторные правила: ты будешь рано приходить каждый день. Я приезжаю в шесть утра; надеюсь, что ты будешь здесь не позже семи. Ты не приходишь раньше меня и не остаешься после. Если я решу, что ты надежна, то я начну позволять тебе оставаться в лаборатории, в то время как я преподаю, но у тебя будет период оценки прежде, чем это случится, и, конечно, датчики в лаборатории будут контролировать все, что ты делаешь. Это не угроза, только для ясности — я бы предпочла, чтобы ты не была удивлена уровнем наблюдения за тобой здесь.
Это было неудивительно, но Клэр действительно не возражала; она понимала потребность в безопасности. Она не была уверена, как понимать доктора Андерсон, хотя она думала, что ее наставница чувствовала к ней то же самое. Ну, по крайней мере, она дала мне нож, подумала Клэр. Это говорило кое-что, но что именно, Клэр не была уверена.
Доктор Андерсон уже отпустила ее, судя по тому, как она листала кипу бумаг и игнорировала прощания Клэр, так что Клэр направилась обратно к двери. Там был второй пропускной пункт, поэтому она воспользовалась своей картой, чтобы разблокировать проход в коридор. На несколько секунд она была дезориентирована, потому что там было мало указателей и чистая белая плитка выглядела одинаково в любом направлении, но она, наконец, поняла, откуда все входят, и убрала бейджик, прежде чем вернуться в нормальные окрестности колледжа. Казалось странным выходить из высокотехнологичного мира туда, где люди ее возраста смеялись, играли в футбол на лужайке и флиртовали, как если бы это было самым важным умением в мире.
Может быть, обычный мир не такой уж и обычный, как я ожидала.
Отрезвляюще.
Она направилась через оживленное основание кампуса, нож засунут в рюкзак, что ощущалось странным; она часто проверяла, чтобы убедиться, что не было видно его контуров, но, конечно, ничего не было видно. Это походило на кусочек ее старой жизни, сующуюся в ее новую, и она не знала, как к этому относиться.
Оказалось, у нее были причины, чтобы быть счастливой.
Клэр пересекла улицу Олбани и направилась к "Чикаго Пицца", потому что внезапно проголодалась, и это было место, в котором она была раньше, так что оно было немного знакомым… и когда она получила свой кусочек пиццы, содовую и пробралась через многолюдную комнату к столику у стены, она увидела, что кто-то стоит с другой стороны окна, заглядывая.
Кто-то, кого она знала.
Деррик.
Бывший Лиз, преследующий ее, был тут не просто ради пирога дня… он смотрел прямо на нее, сверля ее своим взглядом, словно дрель. От шока сердце Клэр тяжело билось, и она инстинктивно оттолкнулась от стола и протянула руку к сумке, прислонив к колену — инстинкты выживания, даже при том, что Деррик ничего не делал, только смотрел на нее.
Было что-то в его глазах. Что-то… неправильное.
С другой стороны ее крошечного столика стула не было, но кто-то встал и уходил, и Деррик толкнул дверь, когда тот студент вышел. Он захватил стул по пути и шумно тянул его к столу Клэр, где он сел, положил локти на стол и сказал:
— Привет, Клэр. Как день прошел?
Она была не на светской беседе. Кое-что она узнала от Шейна: есть время для того, чтобы отвлечь болтовней, и время для того, чтобы замолчать и наблюдать, и это был определенно парень, с которым она не могла позволить себе играть в игры. Это была его игра, его правила. Она не могла выиграть.
— Ты должен оставить меня в покое, Деррик, — сказала она, не пытаясь понизить голос. Ресторан был полон людей, и некоторые из них наблюдали — не встревоженные, просто любопытствующие. — Уходи прямо сейчас.
— Перестань, Клэр, я ничего не делаю. Я только хочу быть друзьями. Лиз особенная для меня; я должен познакомиться с людьми, которых она любит, правильно?
— Лиз не хочет тебя видеть. Я не хочу тебя видеть. — Клэр внезапно встала, и звук ее отодвигающегося стула был очень громким. Разговорная шумиха вокруг них быстро смолкла. — Ты должен уйти, сейчас же.
— Или что? — Деррик вовсе не выглядел встревоженным. — Ты вызовешь полицейских и скажешь им, что я вежливо разговаривал?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
