— И как же изменить существующее положение?
— Во-первых, помогать отечественному кинематографу не разово, не отдельным фильмам, а принятием законов, позволяющих национальной кинематографии развиваться. Примером такого законодательства может служить Франция, где демонстрация иностранных фильмов (читай американских) обложена весьма значительными налогами, которые направляются на развитие французской кинематографии. То есть не надо давать кинематографистам рыбу, надо научить их её ловить. Но для этого надо создать условия, позволяющие это делать.
Кино во Франции на подъёме. Что же мешает сделать это России? Страх сильно огорчить Дядю Сэма. Ибо для него условие свободного проникновения фильмов в страну есть не только условие весьма приличной выручки, но и идеологического воспитания граждан России в духе преклонения перед Америкой. От этих принципов США вряд ли откажутся, и современное российское правительство не пойдёт на это. В таком случае будут продолжены стагнация и увядание отечественной культуры.
— Трудно заниматься экранизацией классики? И как вы относитесь к её авангардистским «новым прочтениям»?
— Классику переосмысливали всегда. Основным критерием, если упрощённо, можно считать: получилось или не получилось. Вышло или не вышло.
Но никому не позволено глумиться над писателем и издеваться над автором. А если удалось какими-то новыми средствами раскрыть замысел того или иного произведения, то это нужно только приветствовать. Если можешь удивить народ — удивляй, на то ты и режиссёр. Но отнесись с уважением к тому, что пережило время и наверняка переживёт и тебя.
Мне не смешно, когда маляр негодныйМне пачкает Мадонну Рафаэля,Мне не смешно, когда фигляр презренныйПародией бесчестит Алигьери…
А. Пушкин
— Должна ли быть государственная политика в создании фильмов и сериалов, посвященных великим деятелям нашей культуры и науки?
— С одной стороны, главная задача государства — обеспечить рост населения. Обеспечить его существование как нации. Плодитесь и размножайтесь. А с другой — государству должно быть небезразлично, кто в нём живёт. И если государство всерьёз озабочено воспитанием народа, то почему бы при наличии средств не снимать фильмы о достойных людях Отечества.
Что делала «проклятая советская власть»? Она пыталась воспитывать своих граждан. И если были у неё несомненные победы, то именно на этом поприще. Меня воспитывала бабушка и по своей деревенской привычке не выключала радиоточку никогда. И я имел прекрасную возможность слушать первую программу Всесоюзного радио с утра до вечера. И смею вас заверить, театральные постановки, литературные чтения, программы музыкальной классики, которые я слушал в том общедоступном «формате», формировали меня, думаю, и сделали, смею надеяться, не самым плохим человеком на этом свете. Я, когда впервые услышал по бабушкиному радио «Лесного царя» Гёте и Шуберта, то от ощущения подлинности происходящего забился в угол. И — современные дети, которые тоже забиваются в угол, но от сериала с убийствами.
— Всё время с высоких трибун звучат призывы о преступности искажения правды о Великой Отечественной войне. Что, по-вашему, практически нужно для этого сделать?
— Позвольте пошутить на столь серьёзную тему: нужно снять фильм «И. В. Сталин» режиссёра Бортко. Это и будет защитой нашей памяти. Это будет правильным шагом в этом направлении.
— Кого, если не секрет, на телеканале «Россия» посетила счастливая мысль заказать фильм о Сталине именно вам?
— Сие мне не известно. И ещё большой вопрос: понравится ли на канале сценарий. Но я с ним сотрудничаю уже 11 лет. Я с ними снимал «Мастера и Маргариту» и «Тараса Бульбу». И они рисковали всерьёз.
Когда снимали фильм «Идиот» по Достоевскому, то не мне крутили пальцем у виска, а на них пальцами показывали и называли не столь лестными эпитетами. Они не побоялись, и мы выиграли. А если бы иначе получилось? С фильмом «Тарас Бульба» риск тоже был колоссальный. Но они на него шли. Так что им за это большое спасибо.
— Могут ли Союз кинематографистов и ведущие режиссёры влиять на редакционную политику ТВ?
— Во-первых, Союз кинематографистов был создан как идеологическая организация для управления своими неразумными членами. Кого она сейчас может контролировать и кем управлять?
Что же касается редакционной политики ТВ, то всем известно, кто «заказывает музыку».
А повлиять на неё можно следующим образом: государственное телевидение, три государственных канала со стопроцентным участием государственного капитала. Я часто бываю за границей. Самое скучное телевидение — это телевидение Финляндии, Швеции и Норвегии. Ну всё время классическая и народная музыка и «добрые передачи». Перегибы, конечно, с одной стороны. А с другой — власти этих стран обеспокоены воспитанием собственного народа. Пусть лучше финн спит у телевизора, чем под его влиянием берёт пистолет и выходит на улицу. Зато у нас самое интересное и весёлое в мире телевидение: результаты видны на улице.
— Есть ли то, что вас в нашем кинематографе радует?
— Конечно, есть. Это существование в нём 65-летнего кинорежиссёра Владимира Владимировича Бортко.
— А ученики?
— У меня были ученики. Несколько человек сейчас работают. И я этому рад и счастлив.
— Вы где-нибудь преподаёте?
— Нет. Как преподаватель я нигде не востребован.
— Что сейчас для нас, на ваш взгляд, самое главное?
— Нет ничего более важного, чем жизнь и умножение народа. Вот и всё. И нету других забот. Ведь чем Россия отличается от других стран, и отличается резко?
Тем, что на её территории проживают не просто многочисленные национальности, таких стран, много, но существуют и исконные территории проживающих в России народов, что резко отличает её от всей Европы.
Почему в России всегда был царь-батюшка, а потом генеральный секретарь? Потому что и тот, и другой объединяли страну. Первый — поскольку был император и самодержец Всероссийский, Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский; царь Казанский, царь Грузинский… и прочая, и прочая, и прочая. То есть представлял все многочисленные национальности. А второй — так как стремился к единой человеческой общности — советскому народу.
То есть должна существовать идеология, признанная и разделяемая большинством населения, которая призвана объединять и скреплять этот гигантский механизм. Иначе неизбежен распад страны на национальные государства. И то, что после 1917 года на территории бывшей империи восторжествовал марксизм, а не парламентская республика, является абсолютно закономерным, так как марксистская идеология является наиболее подходящей идеологией для цементирования многонациональной страны. Царь-батюшка в России сейчас вряд ли возможен. Поэтому, на мой взгляд, единственный способ существования России как таковой — это социализм и построение светлого будущего.
Строили мы светлое будущее или не строили его — не так важно. Главное — цель, идеология, скрепляющая страну. Именно поэтому мы спокойно ездили по стране, не боясь, что нас где-то зарежут.
— Советская власть вам всегда нравилась?
— Во времена советской власти я был резко настроен против существующего порядка вещей. Я видел многие изъяны власти и её нежелание меняться. Я слышал много вранья. А когда власть начинает врать самой себе — это значит, что конец её близок.
Если ты серьёзно занимаешься политикой, должен слушать и слышать то, что есть в действительности, а не то, что тебе хотелось бы услышать.
Снимая «Собачье сердце», я протестовал не против советской власти как таковой. Я и тогда понимал, что она скрепляет единым лозунгом построения социализма все национальности и территории. Но как это было сделано, меня ни в коем случае не устраивало. Что же, учтём ошибки и постараемся убедить наш народ продолжить ранее начатое.
Я выбрал для себя коммунистическую партию, потому что она стремится к тому же.
Беседу вёл Владимир Шемшученко
«Читайте Карла Маркса!»[20]
— 25 лет назад, в конце ноября 1988 года, на экраны вышел фильм «Собачье сердце» режиссёра Владимира Бортко по одноимённой повести Михаила Булгакова. Владимир Владимирович, для вас роман Булгакова — о чём?
— Не надо переделывать собаку в человека, а человека — в собаку. Ничего хорошего из этого не получится.
