Тереса удивленно посмотрела на нее.
— Что вам известно о планах Эстеллы?
— Почти все, — ответила Джулиет. — Она намерена в самом ближайшем будущем выйти замуж за твоего дядю, независимо от того, будешь ты здесь или нет. Противясь выздоровлению, ты играешь ей на руку. Разве не понимаешь это?
— Вы вселяете в меня надежду, что дядя скорее обратит на меня внимание, если я стану ходить?
Джулиет замерла от неожиданности.
— Нет, я этого не говорила! Боже мой, ты же видишь, что твое… твое увлечение Фелипе просто бессмысленно!
Глаза Тересы потемнели.
— Фелипе! — повторила она. — С каких это пор вы называете моего дядю по имени?
Джулиет смутилась.
— Сеньор… герцог — не моя забота, — сказала она, пытаясь уйти от ответа.
— С каких пор вы называете герцога Фелипе? — угрожающе прошипела Тереса.
— Ни с каких! — Джулиет села, поджав колени.
Пальцы Тересы нервно теребили складки своего платья.
— Я вам, не верю. В тот день… в тот день, когда вы были с ним в лодочном сарае… что же там произошло?
Джулиет недоуменно уставилась на нее.
— Что произошло? А что должно было произойти? — Неожиданно ее охватил гнев. — Я скажу тебе, что произошло, Тереса. Твой дядя занимался со мной любовью! Ты довольна? Хочешь подробностей? Хочешь знать, сколько раз он меня поцеловал, как ласкал меня? Ты заметила, что его рубашка была расстегнута? Это сделала я!
Широко раскрыв глаза, Тереса смотрела на Джулиет.
— Прекратите! Прекратите! — громко вскрикнула Тереса, закрывая уши руками. — Я не хочу… я не верю вам!
Джулиет равнодушно пожала плечами.
— Почему же? Разве не это ты хотела услышать?
— Нет. Нет! — Тереса сжала пальцы в кулак. — О, я вас ненавижу. Ненавижу!
— Я тебя не осуждаю, — спокойно сказала Джулиет и встала. — Я сказала ужасную вещь, прости.
— Вы хотите сказать… — Девушка подняла на нее глаза. — Вы хотите сказать, все это неправда?
— Неправда? Конечно! Неужели ты думаешь, я стала бы рассказывать тебе, окажись это правдой?
Девушка задумчиво покачала головой.
— Но я не понимаю… зачем же вы это сказали?
Джулиет пожала плечами.
— Не знаю. С досады, наверное. Тереса, я провела здесь почти две недели, но так и не наладила с тобой отношения. Ты не хочешь находиться в моем обществе, не позволяешь помогать тебе, даже не разговариваешь со мной. Уж лучше откровенная ненависть, чем равнодушие.
Тереса как-то странно посмотрела на нее.
— Я начинаю верить, что мое состояние вам небезразлично, — задумчиво произнесла она.
— Конечно, — вздохнув, ответила Джулиет. — Я приехала сюда не на отдых. Я приехала, чтобы помочь тебе опять научиться ходить, стать полноценным человеком.
Тереса немного успокоилась, ее пальцы разжались.
— Лора Уэстон приехала только потому, что ей нужен был мой дядя, — медленно произнесла она. — Понимаете, Эстелла рассказала ей, что он герцог, богатый и все остальное. Мне кажется, она стала бы добиваться моего дядю, будь он старым, лысым и уродливым. Мисс Уэстон сразу начала вешаться ему на шею.
— Ну, могу сказать тебе прямо, я не знала, что твой дядя герцог, до тех пор пока не приехала сюда. В отличие от Лоры Уэстон, я, вероятно, отказалась бы от этой работы, зная заранее, кто он.
Казалось, Тереса старается осмыслить слова своей компаньонки.
— Если… — начала девушка, — если я позволю вам помогать мне, вы обещаете не выступать на стороне Эстеллы против меня?
— На стороне Эстеллы! — воскликнула Джулиет. — Я никогда не была на ее стороне. Она вовсе не в моем вкусе.
— Что это значит? Вам она не нравится?
— Ну, я не стала бы выражаться столь категорично, — поспешила поправиться Джулиет. — Просто… она значительно старше нас с тобой, не так ли?
И тут Джулиет увидела, как Тереса наконец-то искренне улыбнулась. У Джулиет почему-то перехватило дыхание. Она опустилась на песок рядом с девушкой и взяла ее за руку.
— Тереса, — мягко произнесла она, — мы будем друзьями?
Тереса робко подняла на нее глаза.
— Я думаю, да. Только не мешайте мне любить Фелипе и все!
Джулиет не ответила. Эту проблему ей еще предстояло решить.
Вскоре Джулиет узнала настоящую Тересу, а не ту несчастную, но избалованную девушку, какой она стала в основном из-за влияния сестры Медисон.
Мисс Медисон не понравилась неожиданная перемена в поведении пациентки, но ничего поделать с этим она уже не могла. Единственное, что медсестре оставалось — это везде следовать за девушками, за исключением поездок на машине, так как ее туда никогда не приглашали.
Джулиет обнаружила, что Тереса обладает острым живым умом, а чувство юмора, присущее Джулиет, сделало их общение очень интересным. Франсиско часто сопровождал их. Причем, молодой человек полагал, что, по его мнению, именно он помог растопить лед в их взаимоотношениях.
Через шестнадцать дней отсутствия герцог де Кастро, наконец, вернулся.
Джулиет не знала о его возвращении до тех пор, пока утром герцог не присоединился к ним за завтраком.
— Ну, малышка, — сказал он Тересе, — как ты себя чувствуешь сегодня?
— Дядя Фелипе! — Лицо девушки осветилось радостью. — Когда ты вернулся?
— Вчера поздно вечером. А как вы, сеньорита, здоровы?
Щеки Джулиет порозовели.
— Спасибо, сеньор, я здорова.
Тереса схватила его за руку, привлекая поближе к себе.
— Мы с сеньоритой Саммерс теперь друзья. Мы — как ты говоришь — устранили наши разногласия.
Герцог, кажется, удивился.
— Это правда? Я очень рад, сеньорита Саммерс, и благодарен вам.
Джулиет слабо улыбнулась и сосредоточила внимание на еде. Ей хотелось бы знать, чему герцог был так рад — тому, что беспокоился за Тересу и хотел видеть ее здоровой, или тому, что теперь мог без осложнений жениться на Эстелле Винсейро.
Тереса продолжала теребить герцога, привлекая к себе внимание.
— Я уже была в воде. Я пока не могу плавать, но сеньорита и Франсиско помогут мне!
Герцог нахмурился.
— Франсиско? Франсиско Вальмос?
— Да, сеньор, — подтвердила Джулиет. — Он ведь ваш друг, не так ли?
— Скорее друг Эстеллы, — сухо заметил герцог. — Скажите, сеньорита, вы часто виделись с этим молодым человеком?
— Мы много времени проводили с Франсиско, — вмешалась Тереса. — С ним так интересно.
Герцог недовольно щелкнул пальцами.
— Тем не менее, я просил бы вас в будущем советоваться со мной, прежде чем договариваться с Франсиско Вальмосом о встрече, сеньорита, — сказал герцог Джулиет. При этом выражение его лица оставалось совершенно непроницаемым.
