Парень с любовью погладил ее по волосам и повел к выходу. Сам сел за руль. Женщина вжалась в пассажирское сиденье, закрыла лицо руками.
Второй раз за несколько часов он входил в ее жилище. Она уже пришла в себя. Потягивала алкоголь из бокала и поглядывала на спутника.
– Анна Сергеевна, простите за самодеятельность. Мне показалось…
– Знаешь, я заметила, что тебе все кажется правильно. Спасибо.
– Да за что…
– Есть за что. Ты сделал для меня очень многое. Теперь он будет знать, что не единственный принц на земле.
– Но вы до сих пор его любите, – это было скорее утверждение, чем вопрос.
– Довольно откровенности. Ее нынче и так перебор. Поезжай.
– Уверены?
– Павлик, ты отлично сымпровизировал, но поверь, достаточно. Ты можешь идти. – Женщина порылась в сумочке и протянула ему деньги. – Твоя половина выигрыша. Ты и правда принес удачу.
– Что вы, глупости.
– Павлик. Позволь и мне поступить красиво.
Наклонился, чтобы поцеловать ее. Она отвернулась.
…Дома он долго стоял под душем. Необычная вышла ночь.
Он смотрел в окно. Снег падал сплошной пеленой, соседние дома едва угадывались. Ни одного прохожего. Оно и понятно. Какой кретин выползет ранним утром первого января? Пашка жутко устал, но никак не мог заставить себя отправиться в койку. Достал из кармана пачку, которую всучила дама. Посчитал. Десять тысяч долларов. Даже не удивился. Не обрадовался. В последнее время он стал замечать за собой безразличие. Не трогало ничего, кроме… Пашка рассердился на самого себя. Надо же было так облажаться! Влюбиться невзаимно! Чего себя-то обманывать? Ведь влюбился, да. Придурок. Тебе ведь четко дали понять: друзья-приятели, не больше. Может, потому и запал, что послали? Привык к девушкам, которые сами на шею вешаются, а тут эдакая невезуха. Задело. Рефлексию на хэ! Еще поживем, увидим, как все сложится…
ПОЛИНА. ИЗБРАННИК ИЗ ПЛЕМЕНИ МУГАМБА
Вчера Поля приехала к родителям, засиделась допоздна на кухне с мамой и осталась ночевать. Утром мать завела старую пластинку: когда ж ты внуков родишь, тридцать лет скоро. Пришлось соврать, что есть ухажер, весь такой положительный, вот с ним-то Поля и будет отмечать Новый год.
–Славно, славно! А то как синий чулок одна да одна, – охала мама, нарезая колбасу для оливье. Единственная дочь, и в старых девках! В кого только пошла! Братья ее, вон, давно уже переженились. Сашке едва двадцать стукнуло – невесту привел. Совет да любовь. А Полина… Горе луковое. От дочери-то самые верные внуки, самые родные. И чего тянет?
Слушая ее, Поля следила, чтоб не подгорел черничный пирог, а заодно глядела во двор. Отец возился у гаражей над своей «девяткой», а Валентин давал ему советы. Валя – соседский сын, Поля с ним вместе в школу ходила. Ухаживал за ней с первого класса. Вот и сейчас кидает взгляды на окно. Ишь ты, заметил. Давно не виделись. Поля кивнула. Он совсем не меняется. И очки у него все те же, с широкими черными пластмассовыми дужками. Кошмар.
Пообедали, посмотрели телевизор, и Поля засобиралась. Если честно, не слишком вдохновляла вечеринка с сослуживицами, такими же одинокими неудачницами. Но все лучше, чем с гарнизоном соседей за большим столом и народными песнями под водочку. У подъезда столкнулась с Валькой. Точно караулил, не иначе.
– Полина! Привет! С наступающим!
– И тебя!
– Ты все хорошеешь.
– Скажешь тоже!
– Полина, а ты с родителями будешь праздновать? Мои к твоим пойдут, я тоже.
– Нет, Валя, у меня другая компания. – Поля сделала нетерпеливый жест. – Пойду-, а то опоздаю. Да и холодно на морозе беседовать.
– Так давай как-нибудь в кафе сходим. Полина рассмеялась:
– Валька, ну какое кафе, ей-богу. Иди уже! До остановки автобуса она шла улыбаясь.
Когда подъехала к дому Марины, у которой и намечались посиделки, настроение несколько упало. Чего лукавить, хотелось гулять по Красной площади в обнимку с родным человеком. Он бы дул на ее щеки и нос, прогоняя снежинки. Прижимал крепко и шептал всякие нежности. Затем они разместились бы в уютном ресторанчике с живой музыкой. И, взявшись за руки, строили планы на будущее…
– Привет, Полин, проходи. Анжелика и Ирка уже пришли. Раздевайся. – Хозяйка встретила в халате и фартуке. – Извини за домашний вид, никак не доделаю салат.
Поля сняла дубленку и повесила на плечики.
– Тебе помочь? Вот тут в пакете фрукты.
– Почти все готово, так что ступай в зал. – Марина ловко подхватила пакет и исчезла на кухне. Среди коллег она слыла негласным лидером. Не столько из-за того, что была старше всех, сколько из-за неуемной энергии. К своим 39-ти она успела дважды развестись и теперь твердо решила, что одной жить куда привлекательнее. Кроме того, свои прямые обязательства перед человечеством она уже выполнила: родила дочку и даже стала бабушкой.
Ира и Анжелика торговали в отделе мягких игрушек, Полина – в секции напротив: товары для малышей. Погремушки, пупсики, распашонки. Сами понимаете, тут волей-неволей захочешь дитятко. Каждый раз, выбивая чек счастливой мамаше, Поля боролась с острым чувством зависти. И ничего не могла поделать. Соседка Лида неоднократно советовала сменить работу. «Понимаешь, Поль, ведь «Детский мир» в основном посещают супружеские пары, так что это гиблое место для знакомства». Лида была права, но Полине здесь нравилось. К тому же иногда в отдел заходили молодые люди, которые хотели купить подарок, предположим, племяннику. С недавних пор на Полину некоторые клиенты стали с интересом посматривать и Даже советоваться. Это хорошо, что она постройнела. Лишь бы не сорваться и не начать уплетать вкусности за обе щеки.
Вскоре подошла еще одна девушка, Илона. Несмотря на экзотическое имя, все остальное (внешность, манеры, стиль в одежде) являли собой деревенское ретро. Поля сама не отличалась гламурностью, но даже ее Илона удивляла. И нынче заведующая отделом пришла в невероятном балахоне, с оранжевым бантом в волосах и зелеными бусами на шее. Порой она походила на разбогатевшего бомжа.
– Еле добралась! – поведала она, доставая из сумки неизменную пилочку. – Праздник на носу, а люди куда-то мчатся, пробки на дорогах!
– Наверно, мужчины спешат к нежным подругам, —мечтательно заметила Анжелика.
– Я вас умоляю, Муля! К нежным подругам они поедут после, а эту ночь проведут с надоевшими до оскомины женушками, – в голосе Илоны нескрываемый сарказм и обида на весь род людской.
– Илона, не все же мужчины подлые изменники, – не сдавалась Анжела. – Такое понятие, как верность, никто не отменял.
– Верность – промежуток между двумя изменами.
– Отчего бы не допустить, что мужик может и не размениваться, а обожать единственную? Другое дело, что для этого деве придется прилагать максимум усилий. Постоянно хорошо выглядеть, следить за собой и все такое, – вступила Ира.
– На твою фразу, Ира, один мой знакомый дон-жуан ответил бы: «Покажите мне любую красивую телку, и я покажу вам мужчину, который устал ее еб..ть».
– Илона! Как грубо! – загомонили собравшиеся в комнате девицы. Поля тоже.
– Зато правда. Хоть головой об стену бейся, пытаясь поразить избранника, его полигамная натура всегда возьмет верх, – подвела итог Илона и закончила подпиливать ногти. – Так что давайте лучше чего-нибудь поедим!
–Дельная мысль, – отозвалась Марина. – Накроем здесь, в зале.
Сервировка стола заняла минут пятнадцать. Поля понадеялась, что никто не услышал, как в животе забурчало. Ладно, немножко салатика, и все. Открыли шампанское, пробка попала в люстру и разбила маленький стеклянный колокольчик. Хозяйка хотела было расстроиться, но вняла убеждениям, что «это на счастье». Когда закончилась речь президента и послышался бой курантов, поспешно начали откупоривать новую бутылку. Ибо предыдущие три уже стояли пустые на полу. Успели на последней секунде, выпили залпом, потом хохотали минут пять, не могли остановиться.
Поля уже не помнит, кто предложил погадать. Скорее, Анжелика. Никто в компании не верил в доморощенные гадания, но было весело, и душа просила продолжения. Стали вспоминать, кто какие способы знает. Ира предложила налить в блюдце воды и капать воском со свечи, чтобы по вылепившейся фигурке судить о ближайшем будущем. Полинка решила попробовать первой. Подождала, пока накопится достаточно жид кого воска, опрокинула свечку и замерла над блюдем.
– Ой, это что такое вышло? – Марина недоуменно разглядывала рисунок.
– Груша, неужели не видно? Даже с веточкой и листиком, – учительским тоном произнесла Илона.
– И какое у данной груши значение? – пожала плечами Полина.
– Ха! Встретится тебе фрукт, вот что, – рассмеялась Ира.
– Точно! – поддержала Илона. – И будет эта груша, значит, висеть-висеть, но скушать ее не удастся.
– Фу, девочки, несете пьяную чушь! – Поле тоже было смешно.
