Мама не ушла. Постепенно энтузиазм захватил и ее.
— А давайте я буду эльфийкой, — кричала Нюша, — типа из другой школы магии!
— А давайте, как будто Гермиона забыла рецепт зелья, она набирает себе команду и они должны это зелье намешать…
— А давайте…
— Екатерина Владимировна, смотрите, что я вам покажу! Это не просто вентилятор, это…
Ксюшина мама закрыла уши руками.
— У меня к вам только одна просьба, — сказала мама, когда все стихло, — Екатериной Владимировной меня не называть. Я на работе просто Екатерина.
— То есть «да»? — спросила Ксюша.
— А у меня есть выбор? — вздохнула мама.
Так они добрались до финала сюжета, и мама нахмурилась:
— Как-то… недожато, да?
Все согласились.
— А вы подумайте, — предложила мама, — как эту всю историю привязать к жизни. Чтобы зрители смогли увидеть себя… Ну или не себя, а каких-то своих знакомых. Чтобы смотрели и думали: «А ведь это не совсем сказка…». Чтобы борьба с Василиском…
Ксю хлопнула себя по лбу. Раньше она думала, что это просто такой оборот — «хлопнуть себя по лбу» — но сейчас шлепнула реально.
— Ну я и дура! — сказала она. — Конечно! Василиск… это же… Плакса Миртл! Я знаю, какой финал! Я сейчас принесу!
Все ошарашенно посмотрели вслед убегающей Ксюше, потом на маму (та только развела руками), потом на Стаса.
— А я что, — сказал Стас, — я сам офигел.
Через полчаса Ксю осторожно стучалась в Мышкину дверь. Открыл папа, мрачный и суровый.
— Можно, я… — начала Ксюша, но не успела закончить.
Хозяин подвинулся, освобождая ей проход, и ушел в гостиную. Ксю вошла, почти бесшумно прикрыв за собой дверь, сняла туфли и заглянула в комнату. Отец Дианы лежал на просторной тахте на боку, поджав ноги и положив руку на сгиб локтя.
— А тетя Лена дома?
Папа Мышки еле заметно качнул головой.
— А можно я Дианин компьютер включу?
На сей раз он даже не пошевелился. Ксю решила считать это знаком согласия. Она зашла в комнату, включила компьютер. Вернее, разбудила — на экране сразу же открылось окошко видеопроигрывателя. С Мышкиным лицом на нем. Ксюша заколебалась. Все-таки это было, наверное, не совсем правильно — показывать посторонним людям последнюю речь Мышки…
«Все правильно! — возразила себе Ксю. — Потому что… правильно, и все!»
Она вставила флешку и запустила копирование.
Следующие несколько часов она запретила себе думать о чем-нибудь, кроме видеомонтажа. В промежутках отключала мозг. Щелк — и она уже дома, колдует над «Адоб Премьером». Колдует, колдует, колдует… Щелк — она уже на репетиции, протягивает флешку с результатом Стасу.
И только после этого осматривается вокруг. Мамы уже нет, зато появилось много нового реквизита. Большие черные шланги. Трубы… А, ну да, Василиск, он же змей. Он же по трубам…
Ксю поняла, что очень хочет спать. Пользуясь тем, что все столпились возле ноутбука Стаса («Смотрят… молчат… Не нравится? А пофиг, переделывать не буду!»), она забралась в комнатку за кулисами, где валялся всякий ненужный хлам, и прямо на нем отрубилась. Сквозь сон она слышала, как приходил Стас и сказал: «Классный финал! Ты молодец… Ну спи, спи».
Глава 17. ЭТО ПРОСТО ПРАЗДНИК КАКОЙ-ТО
Ксюшина мама жила с телефоном в руках. Так было всегда, сколько Ксюша ее помнила.
Домашний, мобильный, потом два мобильных, потом два двухсимочных мобильных. Они звонили утром, днем, вечером, а частенько и ночью. В выходные, в отпуске на пляже, на вершине горы, на дне моря… Хотя нет, во время дайвинга мама все-таки оставила телефоны в камере хранения.
Ксюша привыкла жить, подчиняясь перезвону телефонов. Когда она была маленькая, радовалась, если маме удавалось прочитать ей пару страниц подряд, но это случалось редко. Посреди интересной игры, в самый захватывающий момент сказки, в театре, на улице, в гостях телефоны звонили, жужжали, пиликали и тренькали. Мама вздыхала, извинялась и уходила, прижимая трубку к уху. Ксюша ужасно обижалась, зато быстро научилась сама дочитывать, доигрывать и досматривать. В конце концов, мама же всегда возвращалась! Хотя бы для того, чтобы поцеловать ее перед сном…
То есть Ксюша всегда знала, что работы у мамы много. Но она никогда не подозревала, насколько.
Первый раз увидев файл под названием «Корпоратив. Без спиртного!!!!», Ксюша только улыбнулась — мама ведь сказала, что это стандартная форма для любого крупного мероприятия, и многое ей в этот раз не понадобится.
— Садись рядом, — сказала мама. — Раз мы делаем это вместе, ты должна быть в курсе всего.
И понеслось. Оформление зала, фотографы, визажисты…
— Зачем? — удивилась Ксюша.
— В смете есть, фирма оплачивает, — объяснила мама. — Но теперь нам не все фотографы подойдут, нам нужны те, кто работает в динамике, умеет ловить живые лица. И визажисты нужны не простые. Тут скорее гримеров нужно искать… Как оформляем зал?
— Как Хогвардс! — выпалила Ксюша.
— Завтра поедем в фирму, готовь подробное описание. Как поставить столы?
— В смысле? — не поняла Ксюша.
— Вам нужна сцена? Зрители могут быть со всех сторон или только с одной?
— Ну вообще-то… Я не знаю…
— Бери листик, пиши список вопросов, которые вам завтра нужно обсудить и решить.
Через два часа у Ксюши голова шла кругом, и она отложила листик, заполненный вопросами.
— Мам, ты уверена, что у нас получится? — спросила она.
— Нет, — честно ответила мама, — но мы постараемся.
В школе Ксюша не столько слушала учителей, сколько набивала под партой эсэмэски участникам предстоящего представления. Учителя, уставшие за последние недели, в упор ничего не замечали, наслаждаясь долгожданным покоем. Поэтому приход после третьего урока Артема и его мамы заставил всех внутренне сжаться.
Но на сей раз гроза учителей не стала кричать.
— Внимание всем! — сказала она, сжимая ладонь бледного сына. — Из-за всех вас у Артема проблемы с… с наркотиками! Поэтому он сейчас у меня под особым контролем! Если я узнаю, что кто-то дал ему наркотик…
Тут мама поняла, что помимо воли постепенно повышает тон, остановилась, немного продышалась и продолжила со спокойной угрозой:
— …просто убью! И не вздумайте снабжать моего сына деньгами! Даже если он попросит!
Она перечисляла кары, которые обрушит на головы преступников, а Ксю внимательно рассматривала Артема. Он стоял как будто потухший. Глаза в пол, плечи опущены, дышит прерывисто.
Наконец прозвенел звонок, и мама отпустила Артема.
— В пятнадцать сорок на школьном крыльце! — сказала она. — И не дай бог!
Проследила, как он займет свое место, и только после этого удалилась. Пока шел урок, Ксюша посматривала на Артема. Он так и сидел, уставившись в парту, даже не пытаясь изображать внимание.
На перемене Ксю не выдержала и подошла к нему.
— Тём, мама права, — она приготовилась говорить долго и убедительно, но Артем неожиданно перебил:
— Конечно, права. Это… это просто жесть. Я думал, что спайс — ерунда, просто для кайфа. А это… — Артем схватил Ксюшу за руку, его ладонь оказалась холодной и мокрой. — Ксюш, не пыхай! Никогда! Даже если задаром будут предлагать! Это…
Ксю поняла, что сейчас он расплачется, торопливо закивала и отошла. Вытирая влажную руку платком, услышала за спиной голос Даньки:
— Что, хреново?
— Да, — еле слышно ответил Артем.
Ксю напряглась.
— Курнуть не предлагаю, — деловито продолжил Данила. — Есть штука покруче. Сам уже месяц торчу! Снимает ломку на раз, сам пробовал! Хочешь?
— В долг? — с надеждой спросил Артем.
Ксюша обернулась и не узнала его. Теперь глаза Артема горели, а сам он оживился, засуетился и вообще пришел в тонус.
— В долг не могу, — озабоченно ответил Данька. — Самого на счетчик выставили. Вот если бы третьего найти, там как раз на троих доза…
— Ты с ума сошел? — Ксю подскочила к парням и попыталась оттащить Артема. — Тебе же нельзя!
— Да-да, — торопливо согласился тот. — А ты не можешь немного денег одолжить?
— Пятьсот рублей! — подсказал Данька, тоже хищно поблескивая глазами.
«А ведь Данька тоже наркоман, — сообразила Ксю. — Кошмар какой…»
— Я твоей матери позвоню!
— Не надо матери! — испуганно замотал головой Артем. — Ты лучше денег дай.
— Тебе к врачу надо! — Ксюша не оставляла попыток утащить его, но не смогла сдвинуть с места.
— Так это для врача! — Артем говорил, как в лихорадке. — Это нужно на лекарства! Есть такие специальные лекарства, чтобы… чтобы…
Он беспомощно обернулся к Даниле, и тот подсказал:
— Снять абстинентный синдром!
— Точно! — обрадовался Артем.
