— Мой цветок?
Клара отмахнулась от насмешки.
— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. И тебе не мешало бы последовать моему совету. Я прислушалась к пожеланию своей матери и нашла жениха уже в первый сезон. — Она выпятила свою пышную грудь. — Мне нет нужды напоминать тебе, что твой дядя Говард был самым красивым и желанным холостяком в Олбани, когда мы только познакомились.
— Ты уже напомнила, — пробормотала Элис.
Прежде чем Клара успела ответить, в комнату вернулся Лэнден. Его мрачное выражение лица говорило о том, что что-то не так.
— Что случилось? — спросила Джиа.
— Том Бидвелл принес плохие новости, — сказал он. — Мальчик Туми пропал.
— Пропал?
— Вчера утром ушел на рыбалку один и не вернулся домой. Его семья искала его всю ночь. Они нашли на берегу банку с наживкой и удочку. Леска зацепилась за бревно в воде, и они боятся, что он мог утонуть, пытаясь достать её.
— Боже мой, — произнесла Клара.
Джиа сглотнула. Она вцепилась в юбки, чтобы побороть приступ паники, когда вспомнила, как утонули её братья, как их поймал в ловушку лёд, как вода наполнила её легкие.
— Я отправлюсь в дом Туми, как только лодку погрузят в фургон. На выходе из озера сильное течение, и для поисков необходимо как можно больше лодок.
Джиа подала голос:
— Я пойду с тобой.
Лэнден покачал головой.
— У нас нет времени…
— Я уже иду. — Она встала, повернувшись к Элис. — Могу я одолжить твою накидку?
— Конечно. — Элис сняла накидку со спинки стула и протянула Джиа.
— Джиа, нет, — сказал Лэнден, останавливая её. — Я иду один.
— Твоя жена должна быть с тобой, — сказала Клара, пристально глядя на него. — В знак поддержки семьи Туми.
Лэнден вздохнул и повернулся к Джиа.
— Ладно. Ты можешь остаться с Эдной Туми, пока мы будем искать. Том сказал мне, что она раздавлена горем.
— Вполне понятно, — сказала Клара с жалостью в голосе.
— Ты останешься здесь с Элис? — спросил Лэнден у Клары.
— Да-да, — сказала она, махнув рукой в сторону двери. — Идите.
Надежно закрепив лодку в задней части фургона, Джиа и Лэнден отправились в дом Туми на другом берегу Мисти Лейк. Молчание между ними, казалось, увеличивало не только расстояние до дома Туми, но и страх Джиа за пропавшего мальчика.
— Сэм и Эдна — хорошие люди, — вдруг сказал Лэнден. — Этот мальчик — их единственный ребенок.
Говоря это, он смотрел прямо перед собой, челюсть его была напряжена. Его боль отозвалась в сердце Джиа. Её пальцы задрожали от желания прикоснуться к его руке. Уменьшить его тревогу и разделить сострадание, которое жило в его сердце.
— Они найдут его.
Он повернулся к ней с недоверчивым видом.
— Ты всегда так слепо веришь в лучшее?
Вопрос был вызван её оптимистичными уверениями во время болезни Клары, поэтому она не обиделась. Как она могла? С его точки зрения, её уверенность в том, что Клара поправится, в то время казалась абсолютно наивной. Но Лэнден имел склонность ожидать самого худшего, и Джиа не удержалась от возможности напомнить ему об этом.
— А ты всегда такой пессимист?
Он нахмурился.
— Оптимизм ведет к разочарованию. Обычно.
— А пессимизм к чему-то приводит? — Джиа покачала головой. — Если нет надежды — то нет ничего.
Она вздернула подбородок, не желая слушать его возражения.
Наклонив голову, он внимательно посмотрел на неё.
— Ну что же, тогда надеюсь, что ты будешь права насчет мальчика.
Джиа тоже на это очень надеялась и, пока они ехали, молилась.
Они поднялись по крутому склону среди сосен, и, наконец, в поле зрения показался небольшой коттедж с видом на озеро. Толпа людей перетекла с крыльца на небольшую поляну, служившую двором.
Джиа осматривалась вокруг, ожидая, пока Лэнден выгрузит лодку. Она заметила несколько знакомых, многих из них девушка узнала по вечеринке в саду и свадебному приему. Но в отличие от того дня, сегодня не было ни радостных приветствий, ни улыбок, ни звуков смеха.
— Иди в дом и погляди, что ты можешь сделать для Эдны, — сказал Лэнден Джиа. — Я могу задержаться на некоторое время.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Кивнув, он подтолкнул её к дому, а затем присоединился к мужчинам, готовящимся к поискам.
Джиа пересекла двор, миновав большую кучу фонарей и грабель. Её желудок скрутило, когда она представила, как безжизненное тело маленького мальчика поднимают на поверхность воды одной из таких грабель.
С трудом сглотнув, она поднялась на крыльцо, вошла в открытую дверь и пробралась в гостиную сквозь толпу в холле. Эдна Туми сидела на диване, едва различимая среди женщин, пытавшихся её утешить.
Джиа медленно подошла к Эдне, которую видела до этого всего один раз, и опустилась перед ней на колени.
— Миссис Туми?
— О, миссис Элмсворт. — Слезы навернулись на опухшие глаза женщины. — Ему всего семь лет. Где он может быть?
— Они найдут его. — Смахивая собственные слезы, Джиа ободряюще похлопала Эдну по руке, надеясь, что они найдут его живым.
— Они думают, что он утонул, — сказала Эдна, словно прочитав мысли Джиа. — Но мой Джорджи знает, что лучше не входить в воду одному. — Она промокнула слезы носовым платком. — Он — хороший и послушный мальчик.
Сердце Джиа сжалось от горя несчастной женщины. Она сдержала слезы, когда воспоминания о собственной матери наполнили её сердце. Она вспомнила её безудержные рыдания, тяжелую тишину невысказанных обвинений, которые ранили её сильнее всего.
— Такой хороший мальчик. — Эдна всхлипнула.
— Я принесу вам воды, — сказала Джиа, как будто стакан воды мог бы тут помочь.
Женщина кивнула, и Джиа отправилась выполнять своё выдуманное поручение. По пути на кухню она осмотрела пустой коридор, ведущий в заднюю часть дома.
Никто не заметит, если она исчезнет на пару минут.
Она собралась с духом и проскользнула мимо толпы в холле. Медленно пройдя по узкому коридору, она заглянула в первую попавшуюся комнату, потом в следующую, пока не нашла спальню мальчика.
Джиа зашла в маленькую комнату, тихо прикрыв за собой дверь. Ступив на потертый ковер, прошла мимо открытого сундука с игрушками, обошла деревянную лошадь и игрушечный поезд. Девушка присела на маленькую кровать Джорджи и взяла в руки подушку, на которую он каждую ночь клал голову.
Когда подушка не принесла никаких результатов, Джиа вернула её на место, а затем схватила лежавшего рядом плюшевого медведя. Прижав игрушку к груди, она сделала глубокий вдох. Шум в передней части дома начал стихать.
Её способность никогда не поддавалась контролю — как будто пряталась под поверхностью, ожидая освобождения. Закрыв глаза, Джиа опустошила свой разум, высвобождая всё, что могло ей явиться.
В ушах зазвенело, когда вдалеке материализовалось видение. Стало холоднее. По коже побежали мурашки. Она пошла на звук сквозь темноту, стараясь побороть страх перед тем, что может увидеть. Затхлый запах грязи заполнил нос. Испуганные всхлипы наполняли темноту. Они исходили от маленькой фигурки, скорчившейся в грязи.
Джиа ахнула. Мальчик не утонул. Он попал куда-то, откуда не мог выбраться.
Она открыла глаза, сердце бешено колотилось. Желание выбежать из комнаты, чтобы сообщить новость, уступило место дикой усталости. Она отбросила мишку в сторону и была слишком истощена, чтобы сделать что-то ещё.
После нескольких глубоких вдохов её пульс, наконец, начал замедляться. Не в силах сдержать волнение, Джиа вскочила на ноги и поспешила обратно в гостиную. Протиснувшись в комнату, она обратилась ко всем, кто мог её слушать:
— Здесь поблизости есть пещера? Или, может быть, шахта? Какое-то место, откуда Джорджи не смог бы выбраться?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Женщины уставились на неё, удивленные её словами.
— Так есть? — спросила Джиа, глядя на ошеломленные лица.
— Он может просто где-то застрять, — пробормотала Эдна. Она обдумала этот вариант, и её усталые глаза осветились жизнью. Надеждой.
«Оптимизм ведет к разочарованию»…
