В этот момент она снова пожалела, что покинула Ирландию,которая уже успела стать для неё новым домом!
Одно утешало - Миринде было интересно всё вокруг! Она понравилась своей новой бабушке. Леди Элизабет позволяла ей всё, что угодно, любое баловство и любые шалости. Малышка не училась, целыми днями бегая по осеннему саду и играя с щенками на псарне.
Валери же оказалась совсем одна...Мать сторонилась её, а подруг у неё никогда не было. Юные леди не желали общаться с Валери, завидуя её необычной внешности. Раньше молодую женщину это совершенно не интересовало, ведь у неё были родные, которые всегда были рядом и поддерживали её, но теперь... Она прекрасно понимала, что совершила много ошибок, но вернувшись в Англию, Валери надеялась получить поддержку, а вместо этого ей достались немые укоры и равнодушие!
Спустя несколько дней после приезда графиня, уставшая от одиночества, спустилась в сад. Накинув на плечи шаль и идя по знакомым тропинкам, наблюдая за тем, как Миринда ловит падающие с дерева листья.
- Валери... - позвала её родительница, стремительно приближаясь.
- Вы что-то хотели, маменька? - поинтересовалась Валери, плотнее кутаясь в ажурную шаль из тонкой шерсти. Родители по-прежнему ничего не знали о её интересном положении, поэтому графиня старалась подбирать свободные наряды, чтобы не привлечь внимание к своей изменившейся фигуре.
- Я хотела с тобой поговорить, - сказала леди Элизабет, указывая на скамейку, стоящую неподалёку.
Валери кивнула, покорно последовав за матерью.
- Теперь, когда ты вернулась, будет разумно навестить соседей, чтобы не давать пищу для новых толков, хотя... Нас уже ничто не спасёт! Твой побег и твой брак с этим Пэдди...
- Мама! - воскликнула Валери никогда не подозревавшая, что мать подвержена национальным предрассудкам, - прошу, не стоит говорить о моём муже в подобном тоне. Если для твоего спокойствия важно, чтобы я повидалась с соседями, я это сделаю.
Какое-то время леди Элизабет смотрела на неё глазами, так похожими на её собственными,а затем неожиданно спросила :
- Ты счастлива? О такой жизни ты всегда мечтала?
Валери задумалась. Разумеется, она совсем иначе видела свою дальнейшую жизнь. Но... Вспомнив о том, что случилось с ней пару месяцев назад и как всё обернулось, графиня поняла, что счастье - это понятие растяжимое. Глянув на резвившуюся неподалёку Миринду и незаметно положив руку на свой живот, она была готова ответить.
- Я счастлива, мама, но... Если я пойму, как в будущем смогу наладить отношения с тобой и с папой, то стану намного счастливее!
Пэдди - Язвительное название ирландцев у англичан. Происходит от имени Патрик.
Глава 2
Натаниэл боялся самого себя. Те чувства и эмоции, которые вызывала у него Валери, погребали под собой его выработанное годами умение держать себя в руках. Увидев её рядом с Эвеном Дарелли, он не мог сдержаться. Нэйт понимал, что Валери скорее всего честна с ним и на самом деле случайно перекинулась словом с этим человеком. Но чего ему стоило просто дойти до кафетерия, когда ноги подкашивались, а сердце, казалось, готово остановиться! Чего ему стоило не наброситься на Валери с кулаками, приказав ей идти в гостиницу! Потом он долго ходил по городу, пытаясь прийти в себя....
И всё же он сорвался. Обидел её сам наказал себя, запретив себе думать о ней,подходить к ней и даже смотреть на неё издали. Мир, казалось, померк, когда Валери больше не было в его жизни. Он отпустил её, позволив делать всё, что она пожелает.
После их с Мириндой отъезда он поднялся к себе и долго лежал, упав ничком на кровать. Не было ни слёз, ни гнева, ни-че-го... Только абсолютная пустота!
Натаниэл старался чем-то себя занять, но всё валилось из рук. Он пытался выбросить Валери из головы, но перед ним всё время возникали её испуганные глаза в тот миг, когда он показал ей свою власть над ней. Но на самом деле не было у него никакой власти! Животная сила, делающая мужчину сильнее женщины, ничто по сравнению с той силой, что сияла в её глазах. Одно её слово, один взгляд могли заставить Нэйта упасть перед ней на колени. Но Валери не знала своей силы. Она боялась его и презирала...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Натаниэл хотел, чтобы она его полюбила, но сам напугал её своими вспышками гнева, своей ревностью и своей силой!
Ему было безумно стыдно перед ней. Он сумел обидеть красивую, юную женщину, свою жену! Тем более носящую под сердцем невинного ребенка...
Кем он стал и кем сделала его Эмма? Его, когда-то романтичного юношу, мечтавшего о любви самой прекрасной девы с золотыми волосами. Прошло совсем немного лет... Теперь он тот, от кого рыцари должны были защищать дам - чудовище, вызывающее страх и ненависть....
Проезжая мимо реки, где когда-то встретил свою нимфу, лорд Роксхэм размышлял, что не так плохо было бы жениться на ней, раз уж обстоятельства сложились в его пользу, а никого красивее и желаннее он пока не нашёл. Леди Валери влекла его, и даже мысли о ней были полны неги. Он представлял, как снова ласкает её тело, и в конце концов осознал, что не желает, чтобы другой мужчина касался её. Такое совершенство должно принадлежать только ему! Отдать её кому-то ещё казалось ему кощунством, а вот владеть ею каждую ночь... Саймон закрыл глаза, представляя, как она извивается под ним, шепча его имя. Свет будет завидовать ему, и тот... Тот, кто когда-то сумел унизить его, тоже... Тоже будет завидовать!
Экипаж подъехал к крыльцу красивого белого дома, где жила его красавица с фиалковыми глазами.
Размышляя, за каким окном, возможно, скрывается скромная, но при этом любопытная леди Валери, лорд Роксхэм спрыгнул на землю.
Сердце радостно забилось в предвкушении новой встречи. Неужто он снова влюблён? Влюблён он был только один раз, в женщину, совсем не похожую на леди Валери. Женщину, которая была чужой женой. Но то было тяжелое чувство. А эта неожиданная влюбленность оказалась радостной и светлой.
Он на мгновение представил, как леди Валери сойдёт к нему, и он замрёт в восхищении, как замирал всегда, стоило ему её увидеть.
Он приказал пожилому дворецкому доложить о себе, и леди Стэнбрук тут же спустилась к нему навстречу, одарив его радостной улыбкой.
- Я слышал, ваша дочь вернулась в отчий дом? - спросил Саймон после приветствий и общих фраз, когда они сделали несколько шагов в сторону длинного холла, ведущего в гостиную.
- Да, леди Валери здесь, - леди Элизабет замедлила шаг и недовольно скривила губы, - я рада, что вы интересуетесь благополучием нашей девочки. С ней всё хорошо, милорд, и честь её не пострадала. Мы уверены, что через некоторое время она сможет блистать в Лондоне. Да вот же она.
На лестнице появилась хрупкая фигурка, заливаемая светом осеннего солнца.
Сердце Саймона замерло от восторга. Он наблюдал за тем, как она медленно спускается вниз, не в силах оторвать от неё горящего взгляда. Светло-розовое платье, отделанное кружевом, казалось невесомым и воздушным. Да и сама девушка тоже была невесома и воздушна, словно сотканная из лучей света, бьющего в окна.
- Леди Шеннон, лорд Роксхэм приехал специально, чтобы приветствовать вас, - сказала леди Элизабет, делая ударение на новом имени дочери.
Леди Шеннон...
Саймон почувствовал, как у него закружилась голова.
- Как вы сказали? - чуть слышно переспросил он.
- Леди Шеннон, милорд. Моя дочь теперь замужняя дама. Она вышла замуж за ирландца. За графа Шеннона. Мы очень рады этому обстоятельству, потому что граф - очень богатый и достойный человек, спасший её репутацию.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Она говорила что-то ещё, а лорд Роксхэм смотрел на остановившуюся на последних ступеньках молодую женщину, не в состоянии поверить в происходящее.
Леди Шеннон? Он уже слышал это имя. Повторял его во сне. Но это было имя совсем другой женщины. Той, что умерла почти пять лет назад. Той... Чья смерть была ужасна! И теперь его хрупкая и прекрасная Валери по невероятному стечению обстоятельств тоже носит это имя.
