– Как – так? – спросила Анна-Лиза, непроизвольно потянувшись пальцами к мочке уха.
– Как прожженная сердцеедка… Я провела с ним ночь, и этой манны небесной ему должно быть достаточно… Верно, Анна-Лиза? Ты ведь об этом сейчас думаешь?
– Нет, не об этом. Я думаю о своих вещах, лежащих в ванной. Мне нужно одеться и уйти.
Анна-Лиза понимала, что своим прагматизмом причиняет Дарэну боль. Но что еще она может сказать ему? Что неведомое чувство гонит ее прочь из этого дома, прочь от Дарэна, прочь от их так и не зародившейся влюбленности?..
– Хорошо, Анна-Лиза, – сдался Дарэн. – Ты лучше знаешь, что тебе нужно. Я уважаю твое решение, несмотря на то, что ни черта не могу понять.
Он отошел от нее и подошел к окну. Было похоже на то, что он уступает ей дорогу. Она почувствовала, что внутри нее лопнула какая-то невидимая струна, которая все это время звенела в ней натянутой тетивой. До нее только что дошло, что сейчас она уйдет и больше никогда не увидит Дарэна. Не увидит глаз цвета мокко, не почувствует его запах, не утонет в его горячих настойчивых объятиях…
Держись, Анна-Лиза, держись… – шептал ей рассудок. Ты должна это сделать. У тебя попросту нет другого выхода. Так будет лучше… Пустые банальные слова, которые нашептывал ей голос разума, не могли ни поддержать ее, ни утешить… Но она должна быть сильной. Всю жизнь ей приходилось быть такой, и теперь она не позволит себе раскиснуть при мужчине, от которого ей не хочется уходить…
Ей не хочется уходить от Дарэна! Вот откуда это тягостное чувство! Вот откуда эта тревога, это ощущение лопнувшей внутри струны… Она не боится его притязаний – она боится его потерять… Какая ловушка! Ей нужно срочно выбраться из нее!
Охваченная внезапным приступом паники, Анна-Лиза торопливо встала с кровати. Она запуталась в простыне и чуть было не упала. Дарэн не поддержал ее, он стоял лицом к окну и даже не посмотрел в ее сторону. Анна-Лиза успела опереться о стену. Ей казалось, кто-то гонит ее, кто-то заставляет ее бежать, не оглядываясь, из этого дома. Может быть, страх?
Она оделась и вышла в коридор. Дарэн не подавал никаких признаков жизни. Похоже, он так и стоит, молчаливо глядя в окно, с тоской подумала Анна-Лиза. Стоит ли ей прощаться с ним? Стоит ли говорить что-то на прощание? Да и что она вообще может сказать? Похоже, все уже сказано. Так будет лучше, твердила она про себя, как молитву.
Анна-Лиза накинула куртку и без труда открыла входную дверь. Ну вот и все… Вот все и кончилось… Только она почему-то не испытала облегчения от того, что наконец вышла из этого дома. Напротив, тревога лишь усилилась, словно она крепчала вместе с ветром, хлещущим Анну-Лизу по щекам…
Звонок мистера Рибстайна обрушился на нее, как гром небесный. Услышав в трубке его голос, Анна-Лиза сразу же почувствовала неладное… Арнольд Рибстайн никогда не звонил ей – Анна-Лиза связывалась с ним сама. И тот факт, что он пренебрег этим негласным правилом, навел ее на неприятные мысли.
– Мистер Рибстайн? – Анна-Лиза моментально овладела своим голосом и постаралась, чтобы он звучал приветливо. – Рада вас слышать, – солгала она. – Как вы поживаете?
– Прекрасно… – ответил мистер Рибстайн неизменно вежливым голосом, который напоминал Анне-Лизе скрип половиц. Уж его-то дела всегда шли прекрасно, в отличие от дел Анны-Лизы. И она хорошо это знала… – Я звоню вам по щекотливому вопросу… – Кто бы сомневался! – Все дело в том, что мне срочно понадобились деньги… И, увы, я вынужден обзванивать своих должников, чтобы спросить с них долг… – Мистер Рибстайн смолк, ожидая ответа Анны-Лизы.
Ее пальцы скользнули по шее и добрались до мочки уха. Что ей говорить?! Что делать?! Неужели он хочет получить с нее всю сумму, которую она должна ему?! Соберись, Анна-Лиза…
– Вы хотите получить всю сумму, мистер Рибстайн? – спросила она таким тоном, словно для нее эти деньги – сущий пустяк, песчинка в пустыне.
– Да, мисс Вильсон. – Рибстайн отлично знал, что для Анны-Лизы эта сумма – вовсе не песчинка в пустыне. – Если бы не неприятности, я бы подождал… – начал оправдываться он.
– Ничего страшного, мистер Рибстайн. Вы и без того дали мне достаточно времени… – О, если бы он дал ей еще хотя бы месяц! Но Анна-Лиза не могла об этом просить. Если мистер Рибстайн потребовал у нее деньги, значит, они действительно ему необходимы. Она закусила губу. – И… когда я должна вернуть деньги? – Анна-Лиза, затаив дыхание, ждала ответа.
– Завтра… или послезавтра, – ответил Рибстайн. – Увы, не позже… Если бы я мог, то, разумеется, подождал еще немного…
Поговорив с Арнольдом Рибстайном, Анна-Лиза опустилась на пуфик и закрыла лицо руками. Воистину прекрасный день! Вначале разговор с Дарэном, теперь звонок Рибстайна… Где она возьмет эти деньги?! Что ей делать?!
Арнольд Рибстайн был ее кредитором на протяжении нескольких лет. Это было очень удобно – занимать деньги, не связываясь с банковской волокитой… Анне-Лизе нужно было только написать расписку, которую заверял нотариус мистера Рибстайна. А если она не могла выплатить деньги вовремя, Арнольд Рибстайн всегда шел ей навстречу и позволял отсрочить выплату.
Иногда выплата осуществлялась через несколько месяцев после официальной даты, иногда – лишь через полгода. Последний кредит Анна-Лиза должна была погасить год назад. Но денег по-прежнему не было, а долги становились все больше. Арнольд Рибстайн готов был ждать и ждал бы еще долго, если бы его финансовое благополучие не пошатнулось. Анна-Лиза не знала, что случилось у Рибстайна. Об этом человеке с вежливым голосом, напоминавшем звук скрипящей половицы, она знала только то, что он был кем-то вроде ростовщика для тех людей из общества, чьи средства были крайне ограниченными. И, увы, к группе этих людей примыкала и она, Анна-Лиза Вильсон…
У нее был только один выход. Ей нужно было срочно занять деньги. Но у кого? Конечно, она могла занять их у Бетси, но Анна-Лиза не хотела этого делать. Во-первых, Бетси ее подруга, а Анна-Лиза не любила быть в долгу у друзей. Во-вторых, Бетси Элмор и так много для нее сделала. Ввела ее в общество, решала ее проблемы… Нет, обращаться за деньгами к Бетси – это уже слишком… Хотя, конечно, подруга ни за что ей бы не отказала… Более того, она неоднократно предлагала Анне-Лизе свою помощь…
Кого же еще можно попросить о помощи? Может быть, Пийю Апонча, влюбленного в нее по уши? «Для него твои долги – сигаретный пепел», – вспомнила Анна-Лиза слова Бетси. Да, так оно и есть. Пийя, не задумываясь, даст ей эту сумму. Только не рано ли просить его об этом? Ведь пока у них нет никаких отношений… С другой стороны, начало этих отношений – не за горами. Тем более, Анна-Лиза собирается за него замуж. Если Пийя, конечно, сделает ей предложение. В чем она почему-то не сомневается…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
