– Пираты. Шлюп «Венера». Клан Астор. Помогите!
– Мы на связи. Фиксируйте координаты относительно Сириуса. Буду у вас через сорок минут. Ждите.
Капитан ввел запись в бортовой журнал. Быстро вычислил траекторию к цели. Нужна ручная
корректировка курса. Пантен!!!
Через сорок четыре минуты галиот завершил стыковку с туристическим шлюпом «Венера». Дорогая
игрушка была безнадежно испорчена. Вмятины по обшивке, сбитый двигатель, трещина через борт. Как они
умудрились выжить?
Изнутри судно пострадало меньше. Живые ковры оказались истоптаны грубыми сапогами, кое-где
выстрелами разбило панели красного дерева, пестрые огоньки «полусвета» мигали в бешеном ритме. Но
даже в таком виде шлюп поражал воображение бессмысленной роскошью обстановки. Пассажиры оказались
под стать кораблю.
Сэр Астор XXVI, старый сквайр с лицом хищной птицы, лежал без сознания. Его супруга рыдала,
размазывая по лицу остатки парадного макияжа. Утрата драгоценностей на время лишила даму способности
рассуждать здраво. Астор-младший отчаянно трусил. Капли пота блестели на розовой ранней лысинке,
пухлые руки тряслись. Наложница, миниатюрная китаянка на последних сроках беременности, казалась
единственным разумным человеком в этом бедламе. Именно она подключила раненых к аппаратам
медпомощи, разобралась с приемником и вышла на связь.
…Клятая гордость кланов, – капитану стоило труда сдержаться. Конвой, страховочный бот, хоть маяк
ЕКС – и судно бы уцелело, и люди. Куда там, захотелось романтики дальней трассы.
– Слушаю вас, господа.
Зашуршал пышный шелк кимоно. Китаянка заученно поклонилась:
– Господа поджидали друзей – шлюп «Альцеста». «Венера» встала за маяки ждать связь. Пришел
незнакомый корабль.
Капитан кинул взгляд на немой экран рубки. Так могло бы случиться и с галиотом – вдруг на тусклые
звезды наползает чужой силуэт и решить нужно раньше, чем пальцы лягут на клавиши.
– Тип? Класс? Вооружение?
Астор-младший всплеснул руками:
– Откуда нам знать? Длинный, тонкий, по бокам вроде крыльев, стрелял с двух бортов, пропадал с
экранов. Отец говорил, ходит втрое быстрее нашего. Так вот, корабль…
– Корвет-рейдер, – в задумчивости капитан стал загибать пальцы, словно считая.
– Хоть броненосец – какая к чертям разница, – раздраженно перебил Астор-младший, – Это отребье
потребовало всю наличность, камни, топливо и кислород.
– Славный запрос, – капитан прошелся вдоль развороченного пульта. …Двадцать пушек против
наших восьми и скорость почти равна…
– Отец сказал: «Мы – Асторы». И получил оскорбительный смех в лицо. Он сам вел шлюп, мы
пытались уйти от погони – тщетно. Экипаж защищался, но врагов было больше.
– Благодарите судьбу, что живы, – спасенный отвлекал капитана. …Прошло пять часов. Успеваем,
пираты не ждут атаки. Женщин – в шлюпку и к Сириусу. Пантен выведет…
– Дальше ясно. Флибустьеры взяли шлюп магнитной ловушкой, перебили половину людей, забрали
все ценное, взяли заложников. Так?
Астор-младший помотал головой. Китаянка продолжила:
– Господина сильно били. Матросы дрались, их тоже били. Все живы. Все на борту.
Астор-младший угрюмо взглянул на женщину:
– На борту нет ста тысяч кредитов, двух колье леди Астор и восьмидесяти тонн атомарного топлива.
Капитан, половина ваша.
…Сорок тонн. По две тонны на брата. Дешево ты моих парней ценишь, щенок…
– Галиот направляется к базе «Собачий порт». Можем доставить туда и вас. Комфорта не обещаю, но
мест в кубрике на всех хватит. С базы ходят рейсовики к планете, там есть связь и врачи.
От возмущения Астор-младший поперхнулся слюной. Дама заверещала:
– Я протестую! Мы требуем отвезти нас в Дом Астор! Муж подаст жалобу Императору лично! В
кубрик – как вы посмели!!!
– Как вам будет угодно. Не желаете в кубрик, могу предложить трюм для скота. Или галиот забирает
больных и раненых, а вы остаетесь на шлюпе ждать новых спасителей.
Астор-младший хотел спорить, но взглянул капитану в глаза и сник. Покосился на матросов с
носилками – старый Астор все еще не пришел в себя.
– Хорошо, мы согласны. Но имейте в виду – ни кредита сверх должного вам не заплатят.
…Каюту придется освободить – у женщины со дня на день начнутся роды. А хлыщу на пользу пара
ночей на матросской койке и общество злых на язык парней…
– Последний вопрос. Приметы пиратов – вы что-то запомнили?
– Мы не вглядывались в их мерзкие физиономии, тем паче, их нам не представили, – дама фыркнула
и отвернулась к иллюминатору.
– А вы, почтеннейшая? – капитан повернулся к наложнице.
– Красная форма. И знак – петля.
…Не взяли заложников, не перебили свидетелей. Корвет о двадцати пушках. Полсотни сорвиголов,
рисковых, как черти и бесстрашных, словно смерти не существует. Имя «Висельница» – чтобы не утонуть, –
капитан про себя рассмеялся:
– Вам повезло попасть в лапы самому дерзкому флибустьеру на сто парсеков вокруг. Наш корабль
предлагает вам помощь и гостеприимство. Добро пожаловать!
До Собачьего порта шли трое суток. Сэр Астор XXVI с супругой и наследником незамедлительно
отбыли с базы первым рейсовиком к Земле. Китаянка с младенцем задержались, они были еще не в
состоянии путешествовать. Номер в «Хилтоне», няня из Чайна-тауна и слово капитана – в Собачьем порту
оно было важнее денег. Впрочем, с обеспечением у малыша проблем не возникло. Капитан с удовольствием
потирал кулаки, вспоминая, как убедил молодого отца дать ребенку фамилию и приданое. Он подумывал
было навещать китаянку и дальше, но старый друг Ансельм отговорил его.
– Начнут шептаться, капитан женится. Ни один мужчина к бедняжке близко не подойдет. Или ты
вправду решил завести семью?
…Они сидели в баре «Собачья радость» – там было легко и просто говорить обо всем на свете. И
народ туда заходил простой, незамысловатый – кондотьеры, торговцы, маклеры и бродяги. Музыканты – не
гурманы гармоний и консерваторские крысы, а крученые скрипачи и гулящие менестрели – из тех, что
наполняют сердца радостью и слезами. Музыке должно течь, как хорошей водке в стакан – легко, прозрачно
и до самого края души.
– Я уже стар, Ансельм. Мои девушки поседели вместе со мной. Сам подумай, кому приспичит
дожидаться меня в порту?
– Как знать, дружище, как знать. Я до сих пор не ленюсь говорить с женщинами – вдруг какая
польстится на старого штурмана. Выпьем за наших невест!
Стаканы звякнули торжественно и печально. Ансельм с трудом поднял грузную тушу со стула и
отправился к барной стойке выбрать новый коктейль. Хин был мастер на всякие редкости. Капитан закурил
и откинулся на сиденье. Он опоздал на двадцать лет.
Здесь в порту он однажды встретил девушку с доверчивым взглядом. Ни красоты ни особенной
женской прелести не было в ней. Непослушные волосы, руки в цыпках, рот большущий, как у лягушки.
Глянешь раз, на второй пройдешь мимо. А на третий – утонешь в ее глазах. Ясность. Свет. Ожидание
необычной судьбы. И улыбка ребенка – посмотри на мои звезды, прохожий, послушай сказку, для которой
не нужно слов. Он думал взять девушку на корабль – защитить, уберечь и согреться возле ее тепла. Но
галиот ждал опасный фрахт. Отказаться было немыслимо. Везти с собою на верную гибель – тем паче. Он
улетел один. Когда через год галиот притащили в порт на буксире, найти девушку не удалось. И
неудивительно – искать незнакомку, зная лишь имя, простое и звонкое, как стекло… Капитан долго пил, а
после решил, что она вышла замуж или уехала с кем-то – короче, счастлива. Только всякий раз, вспоминая,
хотелось водки или прыгнуть в рисковое дело – чем опасней, тем лучше, лишь бы не думать.
Капитан наблюдал за кольцами желтоватого дыма – как они понимаются к низкому потолку, как тают
в тяжелом воздухе. Хандра снова нагнала его. Тем временем народу в баре прибавилось – близился вечер.
С шумом и смехом пустили по кругу чашу гильдейские молодцы – не иначе, заложен новый фрегат.
Угрюмые матросы с «Капеллы» молча выпили за погибшего друга и вышли – поминать надлежало по всем
кабакам, где успел погулять покойный. Дерзкогрудые девочки облепили Ансельма, как мухи – шкипер
нынче был при деньгах, он щедро поил красоток и не упускал похлопать то одну, то другую по аппетитной
попке. Старый Циммер уже расчехлил свою скрипку. Гелли тронула тамбурин и над гулом хмельных
голосов закружилась мелодия. «Зеленые холмы Земли». Память о доме, о вечной пристани, куда хочет
вернуться любой корабль. Предательски защипало в глазах. После выпивки капитан ударялся в
