сводило с ума. Кто бы мог подумать, что позирование для портрета может оказаться таким сексуальным?
Джейн сидела на стуле у моего стола, ее взгляд метался по моему телу и опускался к блокноту в ее руке. Она карандашом выводила линии моего тела. В ее взгляде пылал азарт, от которого мне стало жарко.
— Разве это не объективизм? — поддразнил я.
— Это искусство, — ответила Джейн, ее губы подергивались от удовольствия.
— Я не уверен, что мне нужно оставаться в одних боксерах, чтобы рисунок получился.
Наши глаза встретились, и кровь, заставлявшая мое сердце колотиться, быстро хлынула на юг. Я хотел предложить Джейн перебраться ко мне на кровать, но мы встречались всего шесть недель, и отсутствие секса уже стало для меня испытанием.
— Ты прекрасен, — прошептала Джейн, и я понял, что она говорила серьезно. — Линии твоего тела прекрасны. Я хочу смотреть на них бесконечно.
Она хотела видеть их полностью.
Это я настоял на том, чтобы не снимать боксеры. Нам нужны были какие-то границы, иначе я бы потерялся. А это было именно то, чего хотела моя застенчивая со всеми (но не такая уж и застенчивая наедине со мной) сексуальная девушка.
— Будет лучше, если ты снимешь боксеры, — сказала Джейн.
Видите?
Я усмехнулся и покачал головой.
— А если Лорна вернется домой? Будет трудно объяснить, почему я позволяю тебе рисовать меня голым.
— Будет трудно объяснить, почему ты позволяешь мне рисовать тебя полуголым, — возразила она.
Ради мира и для того, чтобы мы узнали друг друга как парень и девушка до начала семейной третьей мировой войны, мы держали наши отношения в секрете от всех. Правда заключалась в том, что мы не хотели иметь дело с Лорной. Однако я не знал, как долго еще смогу выносить этот секрет. Прошел всего месяц, и тех небольших моментов времени, которые мы выкрадывали, когда у меня не было тренировок, а у Лорны были, очень быстро стало недостаточным.
— Хм. — Джейн прикусила конец карандаша, ее взгляд метался между мной и рисунком.
— В чем дело?
— Не могу правильно изобразить твой левый сосок.
— Проблемы с сосками, да? — усмехнулся я.
Джейн послала мне улыбку, от которой у меня затрепетало в животе. Чертов трепет. За последние несколько недель я открыл для себя Джейн с новой стороны. Она была тихой, сдержанной, немного застенчивой, да… но не в сексе. Со мной она становилась раскованной. Джейн было достаточно только взглянуть на меня, как смотрела сейчас, и мой член становился твердым.
Мы не занимались фактически сексом. Я твердо решил подождать, пока Джейн не исполнится восемнадцать. Но мы занимались другой ерундой, и Джейн была такой страстной и возбуждающей, что я сходил с ума.
Продержаться еще восемь месяцев… ну, с таким же успехом можно планировать продержаться десять лет.
Джейн положила блокнот на стол, затем встала, пересекла комнату и подошла ко мне. Мой взгляд гулял по ее телу. На ней были джинсовые шорты и футболка, и это возбуждало меня не меньше, чем сексуальное белье.
— Джейн… — прохрипел я. — Что ты делаешь?
— Мне нужно посмотреть поближе. — Она поставила колено на кровать и поползла ко мне на четвереньках.
Блядь.
Ее цитрусовый аромат будоражил меня. Джейн прижала руку к моей груди и слегка толкнула.
В ответ я лег на спину с уже твердым членом.
Затем она устроилась на мне, упираясь задницей прямо в мою эрекцию.
Я с шипением вдохнул, а Джейн опустила веки и издала легкий стон.
— Джейн. — Я обхватил ее бедра, наполовину желая оттолкнуть, а наполовину прижать ее к себе.
— Давай посмотрим, — пробормотала она, наклонив голову к моему соску. Провела большим пальцем по нему, и я дернулся. Затем поцеловала его, проведя языком по соску.
— Блядь. — Мои пальцы впились в ее бедра, и я толкнул ее на себя.
Дыхание Джейн прерывалось, она принялась извиваться и тереться об меня.
— Блядь, блядь. — Я схватил ее за бедра и попытался поднять, но Джейн не сдвинулась с места. Я посмотрел на нее снизу вверх. — Тебе нужно слезть с меня.
Вздохнув, Джейн села прямо, затем стянула футболку через голову и бросила ее через всю комнату. Любые слова сдерживания застряли у меня в горле, когда Джейн расстегнула лифчик и сняла его. Ее полные груди покачивались, а яркие соски сжались в маленькие аппетитные бутоны.
Блядь, блядь, блядь.
— Я слезу с тебя. — Джейн провела руками по моему прессу и сказала прямо в губы. — Если это то, чего ты действительно хочешь.
— Ты искусительница. — Я сжал в ладонях ее прекрасное лицо. — Ты ведь знаешь это, верно?
Я не дал времени на ответ. Приподнялся и прижался к ее рту, принялся ласкать ее груди, сминая их. Провел большими пальцами по ее соскам. Джейн, покачиваясь, потиралась о меня.
Я разорвал поцелуй и грубо потянул ее за волосы, чтобы выгнуть ее спину, и Джейн застонала от возбуждения.
Я взял в рот ее правый сосок и сильно пососал его, застонав от удовлетворения, а Джейн вскрикнула и провела ногтями по моей спине. Все полетело в трубу. Мы были просто губами, языками, руками, пальцами и кожей.
Тепло и нега окутали нас.
Напряжение в глубине наших тел стало важнее разума.
Вскоре Джейн оказалась обнаженной, ее сексуальное красивое тело распростерлось подо мной. Боксеры исчезли, и твердый член запульсировал между ее ног.
Я не мог мыслить здраво.
Я не мог думать дальше, чем о необходимости быть внутри нее.
Джейн тяжело дышала, ее глаза блестели, киска была мокрой. Я крепко прижал ее правое бедро к своему, открывая ее. Надавил, стиснув зубы, уже предполагая, как сильно она будет напряжена, и боясь причинить ей боль, желая, чтобы ей было хорошо.
— Джейми, — молила она, толкаясь бедрами навстречу мне, — пожалуйста.
Ее лицо раскраснелось, она так смотрела на меня, что и я чувствовал себя единственным мужчиной в мире. Джейн всегда заставляла меня чувствовать себя единственным и желанным.
Я толкнулся в нее.
— Джейн…
И тут же вскочил на ноги. Дверь моей спальни ударилась о стену, и в комнату ворвалась моя младшая сестра. Сердце заколотилось, и первым моим побуждением было накрыть тело Джейн своим.
— Черт! — Я схватился за одеяло, которое мы отбросили в сторону и пытался прикрыться. — Убирайся к чертовой матери! — заорал я.
— Я так и знала! — закричала Лорна, ее лицо исказилось от возмущения и боли. — Я, блядь, так и знала! — Ее взгляд переместился на Джейн, которая пыталась спрятаться за мной.
Чувствуя, как она дрожит подо мной, как смущается и волнуется, я разозлился еще
