они решили совершить прогулку завтра, а сегодня просто от души наговориться.
Они уселись в комнате за столами, и стали пить чай. Тата рассказала подруге о своей работе в доме Артёма.
– Да уж… Лиза, судя по твоим словам, превратилась в самую настоящую мегеру. Мне Артёма даже жаль… Ты бы подошла ему больше, чем эта расфуфыренная бездельница, – сказала Полина, отхлебнув из кружки чай. Она сморщилась, по-видимому, от только что налитого кипятка.
– Поля, перестань! Причём тут я? Артём женат и пытается сохранить свой брак, – ответила Тата, лучше кутаясь в плед: в комнате было прохладно.
– Судя по тому, что ты рассказала я бы сказала, что он не сохраняет свой брак, а терпит его. А ты, смотрю, времени зря не теряешь: занимаешься с его сыном, готовишь, убираешься, рисуешь для него, да и с такой самоотдачей. Для Артёма это не останется незамеченным. Ты для него сейчас идеал женщины. Скоро он задумается об этом. Если уже не начал.
– Поля, ну о чём ты говоришь? Я просто пытаюсь помочь ему. Мне хочется верить, что у них с Лизой всё наладится.
Тата сделала глоток из кружки: она почувствовала обжигающий вкус хлорированной воды со вкусом чёрного чая.
– Да ладно тебе, Тата. Лиза – эгоистка, живёт только для себя, а какая это семья? Вот я, например, тоже в данный момент эгоистка, и поэтому замуж не тороплюсь. Кстати, я тебе ещё не говорила, я тут познакомилась с таким парнем! Он просто… У меня даже нет слов, чтобы описать тебе какой он классный!
– Здорово! – улыбнулась Тата и запустила руку в пакет с шоколадными конфетами.
– Тебе кстати тоже не помешало бы обзавестись парнем, чтобы ты начала потихоньку забывать о своём Артёме.
Разворачивая конфету, Тата задумалась над словами Полины; а что если она действительно начнёт с кем-то встречаться? Реально ли это? Если нет, то её дела плохи. Как же она сможет создать собственную семью?
– Тата, ты куда пропала? – Полина стала крутить перед ней рукой.
– Ой… что-то я немного… – Тата быстро проморгалась. – Давай лучше поговорим о твоём парне. Какой он?
Тата решила отодвинуть свои мысли в сторону и подумать о них в другой раз.
***
Тата и Полина отлично проводили вместе время. Каждый вечер у Таты отваливались ноги из-за того, что они гуляли по Петербургу с утра до вечера. Особенно им нравилось бродить по паркам и фотографироваться. Дни пролетали незаметно. Тате нравился ритм этого города. Это было прекрасное место для отдыха.
Полина пару раз пыталась познакомить Тату со своим парнем, но эти планы всё время слетали. Тата догадывалась, что возможно у них всё было не так серьёзно, как представляла ей Полина, но о своих подозрениях она молчала. Раз Полина не хотела ей говорить, значит так было надо.
Однажды Полина стала уговаривать Тату сходить с ней в ночной клуб.
– Тата, пойдём! Я познакомлю тебя со своими друзьями. Они тебе понравятся! В духовном плане им конечно далеко до тебя, но с ними очень весело! Идём, собирайся! – Полина распахнула шкаф и стала в нём копаться.
– Поля, ты же знаешь, я не любитель таких заведений, – сказала Тата, рухнув на стул после очередного наполненного пешими прогулками дня. – И к тому же, я не взяла с собой одежды для такого случая.
– Ты просто не знаешь, что такое ночной клуб в Петербурге! Тебе там понравится. Кроме того, как я тебя не отговаривала, но послезавтра ты собралась домой. Поэтому последние дни отдыха должны стать самыми яркими! А платье… – Полина вгляделась вглубь шкафа. – Я тебе одолжу что-нибудь из своего.
Тата отпиралась до самого последнего, но в Полине было столько энтузиазма и энергии, что она в конце концов сдалась. Ей было не сложно один раз посетить это место, и она решила, что сделает это ради подруги.
Полина облачилась в платье ярко-красного цвета, полностью открывающее её плечи за счёт отсутствия бретелей. Свои рыжие волосы она эффектно закрутила в прическу «наверх».
А Тате из её гардероба подошло платье бирюзового цвета на двух широких бретелях, украшенное драпировкой и декоративными элементами.
Тата чувствовала себя в этом платье очень неуютно и постоянно тянула вниз нижнюю юбку.
– Ты просто не привыкла носить такие наряды. – Полина осторожно поправила волосы Таты, когда они обе стояли перед зеркалом. – Поверь, ты выглядишь просто обалденно! Тебе ни к чему прятать свои красивые ножки. Вот бы мне такое личико и такие миленькие кудряшки. И почему ты так редко распускаешь волосы? Я бы в отличие от тебя всем этим пользовалась. Все парни на дискотеке были бы мои!
– Поля, не понимаю причин твоей зависти. Ты на себя-то в зеркало смотришь время от времени?
– Да… И вижу в нём только свои веснушки…
– Брось! Они тебе очень идут! Не слушай тех, кто придирается к твоим веснушкам.
– Ты просишь, чтобы я перестала слушать саму себя?
Тата пыталась убедить подругу в её очевидной привлекательности всю дорогу до ночного клуба. Он находился всего в двадцати минутах ходьбы от общежития.
В освещённом разноцветными огнями помещении было полно народа. Полина сразу же встретила своих друзей и стала бурно приветствовать их. Потом она познакомила их с Татой. Это были пять обыкновенных двадцатилетних юношей и девушек; типичные тусовщики и отжигатели ночных клубов. Они громко разговаривали и хохотали во весь голос. Тате и так было непривычно в месте с грохочущей музыкой, а в сочетании с шумными разговорами такая атмосфера быстро утомляла её.
Когда она, Полина и пять её друзей сели за один общий столик, Тата заказала себе салат с ветчиной и сыром и просто стала наблюдать за окружающими. Она не понимала причин их, по её мнению, излишнего энтузиазма в отношении еды и алкоголя. Попытки понять это отнимали у неё силы, и она зазевала.
Тата смотрела на Полину, которая от души веселилась. Она казалась Тате солнечной не только из-за цвета волос. Полина светилась общительностью и заряжала окружающих своим задором. Она говорила больше всех, шутила лучше всех, и именно на ней было сконцентрировано внимание её друзей.
Не стоило Тате сюда приходить. Она только испортит настроение подруге своим кислым видом. Но она старалась изо всех сил не быть сонной и заказала чашку крепкого кофе.
Через час Тату стали заваливать приглашениями на танец настолько часто, что она даже устала извиняться перед молодыми людьми за то, что не хочет сейчас танцевать. Кроме того ей становилось нехорошо, потому что многие вокруг курили. А когда
