Читаем без скачивания Морской сундучок - Виталий Коржиков

Я посмотрел на капитана:

— А при чём тут пираты?

— Очередь видите? Зря американцы стоять не станут!

Следом за нами бежал рыжий Микки, за ним торопилось всё рыжее семейство.

Про пиратов Микки понял сразу.

ХРУСТЯЩАЯ ОЧЕРЕДЬ

Попасть в пираты хотели многие.

Впереди нас стоял носатый старик с тоненькой девицей, сам похожий на пирата, и брезгливо отодвигался от стайки шалящих негритят. Высокая красивая мулатка с белым цветком в волосах доедала мороженое… А дальше вся очередь весело хрустела жареной кукурузой. Кукурузой пахло до умопомрачения!

Рядом с нами за пластмассовым лотком два молодых человека жарили и рассыпали её по острым бумажным колпачкам.

Кукурузой хрустели на скамейках, в очереди, в колясках. Не хрустели только мы, носатый пират да ещё трое маленьких мексиканцев в потёртых сомбреро.

Мальчуганы стояли в стороне, пересчитывали монеты и, улыбаясь, всем своим видом показывали, что с удовольствием составили бы компанию всем хрустящим. Но ведь не их вина — немного не хватает! И, простодушно улыбаясь, они подбрасывали на ладонях монетки. Но этого никто не замечал.

Носатый пират демонстративно отворачивался.

А кукурузой пахло всё сильней. Лопнувшей от жара, румяной, диснейлендовской кукурузой!

У меня защекотало в горле, и я посмотрел на капитана. Капитан озорно потянул воздух ноздрями, посмотрел на меня и блеснул зрачками в сторону мексиканцев:

— Ну что, похрустим?

И все мы — и я, и они — весело ответили взглядом: конечно, похрустим!

Капитан бросил на прилавок монету, показал продавцам на трёх маленьких мексиканцев, на меня и ещё на Микки, который быстро пристраивался к очереди.

Мы вкусно захрумкали, а все вокруг улыбнулись. И старый пират, не вытерпев, тоже бросился за кукурузой.

ЛОДКА С ПИРАТАМИ

Мы изнывали от жары. Рубахи намокли — хоть выжимай. Калифорнийское солнце! Я посматривал на дом с сомнением: неужели могут быть какие-нибудь приключения в этом благопристойном месте?

Но едва мы ступили за дверь, день пропал. Нас обступила тьма.

Вверху светились звёзды. Где-то у ног еле слышно плескалась вода. И среди темноты блуждали, словно кого-то искали, зелёные таинственные огоньки. Слышался скрип уключин. Наконец глаза привыкли, и мы различили впереди силуэты пальм и подплывающую к нам шлюпку.

Капитан сел впереди. Сзади на скамейку уселось рыжее семейство. Я пристроился рядом с ними. За мной сели старый пират с девицей, красивая мулатка с цветком в волосах, кто-то ещё, и мы тихо поплыли среди пальм и мангровых зарослей.

Через минуту шлюпка пошла быстрей, ещё быстрей, нырнула в скалистый грот и в смоляной тьме помчалась под уклон по стремительной подземной реке.

— Ну и темень! — крикнул я. Даже белой рубахи капитана не было видно.

И вдруг шлюпка резко дёрнулась, сорвалась и ринулась в невидимый водопад. Вода рухнула на нас, всех окатило брызгами. Рядом завопили на нескольких языках сразу. А капитан в восторге заорал:

— Ну, ёлки!..

Я замер от весёлой жути, но ко мне прижалось робкое плечо маленького Микки, и я выпрямился. Наши спутники шумели, а капитан кричал:

— Здорово, а?!

Потом нас снова швырнуло в сторону, мы сорвались ещё в один водопад, и старый пират вцепился мне в плечо.

Но тут лодка выплыла на ровную воду. Кто-то вздохнул: «Пронесло…» А впереди забелел какой-то жутковатый свет.

Я привстал. Соседи тоже вытянули шеи. При свете старинного фонаря перед нами возникла арка, за которой из стороны в сторону качались чьи-то ноги. Там висел человек.

Тело висельника повернулось, и из белого черепа на нас глянули пустые глазницы.

Крикнула какая-то птица. Мальчонка прижался ко мне сильней и ткнулся в бок рыжими вихрами. Сердчишко его стучало изо всех сил.

Но мы уже промчались мимо этого места. И все громко вздохнули.

А капитан показал налево:

— Внимание!

Я потянулся влево, и влево повернулись все.

На диком песчаном островке лежал одноногий скелет и качалась торчащая в песке шпага. По другую сторону ручья лежал ещё один скелет в пиратском платке…

— Узнаёте? — повернулся ко мне капитан.

— Ещё бы! Как в «Острове сокровищ» Стивенсона, — сказал я.

— Мы сами как пираты, — сказала вдруг рыжая мама. — Кажется, даже со своим капитаном.

И команда посмотрела на Петра Константиновича. Капитан есть капитан.

Сверкнула голубая зарница. Послышался штормовой гул и вой ветра. Донеслись удары шквала, и, вспыхнув во всё небо, молния осветила выброшенную на скалы палубу корабля. Там, в изодранном плаще, в треуголке, всё ещё налегал на штурвал мёртвый штурвальный. Ветер трепал лохмотья его одежды и бросал на скалы.

Наша шлюпка летела прямо на рифы, в океан, а за скалами клокотали настоящие волны и топили какое-то несчастное судно.

— Ну, Дисней! — Капитан повернулся ко мне.

— Фантастик! — прошептал я.

А маленький мой сосед прижался ко мне ещё сильнее.

Но тут река крутнулась влево. И вдруг раздался весёлый хохот капитана:

— Ну и рожи! Посмотрите на эти пиратские рожи!

Мы засмеялись.

Теперь пассажиры чувствовали себя единым экипажем и словно действовали по капитанскому приказу.

Прямо в скале, за железной решёткой, несколько пиратов приманивали лукавого пса. Они присвистывали, подсовывали ему кость, но пёс хитрил, повиливал хвостом, а в зубах его болтался тяжёлый ключ от клетки…

Берега сузились. Грохнул выстрел. Всё озарилось багряным светом. И где-то завязалась перестрелка. Мы оказались у стены крепости, напротив которой качался борт пиратского пушечного корабля. Пираты штурмовали город.

Но едва мы приблизились к порту, как все — пираты, защитники — направили ружья на нас и коварно засмеялись: «Попались, голубчики!»

По нашей шлюпке грохнули пушки. Над головой просвистело ядро, я пригнулся. Ядро врезалось в воду и, зашипев, пошло ко дну, кроваво светясь в глубине.

В нас палили со всех сторон.

— Ну, ёлки! — крикнул капитан.

И, несмотря на обстрел, все засмеялись: и рыжее семейство, и старый пират с девицей, и мулатка. А Микки, подпрыгивая, тоже кричал:

— Ну, ёлки!

А я уж тем более. Как капитан — так и матросы.

ГУД БАЙ!

Весь день мы путешествовали.

Мы проезжали сквозь Скалистые горы, пробирались через доисторические болота, в которых грызли друг друга динозавры. Всем экипажем спускались в «Наутилусе» в морскую бездну и, словно капитан Немо, следили сквозь иллюминатор, как возле затонувших кораблей дерутся морские чудовища.

Всматривался в глубину капитан. Забыл о том, что рядом негритята, старый пират.

А негритята прижались к иллюминаторам так, что у них побелели носы…

Мы смотрели на ракеты, на лунные кратеры, летели со страшных гор.

А через несколько часов кричали друг другу:

— А с горы-то как летели? Жуть!

— А помните, как вылупились из яиц маленькие динозавры?

— А какие на дне раковины!

— А Алиса-то в Стране чудес! Вот штучка!

Говорили на разных языках, а всё было понятно. Ноги у нас гудели. Билетики в книжице кончились. Кончились и деньги. Капитан покачал головой:

— Фантастик! — И, прищурив глаз, посоветовал: — А книжицу с билетными корешками спрячьте. Она волшебная. Когда-нибудь достанете из кармана, вспомните всё и снова очутитесь в Диснейленде. Без билета в сказке.

Уже был вечер. Как морские ежи, шевелились в небе настоящие звёзды. Закрывали буфеты усталые повара. Быстро шагали к выходу продавцы жареной кукурузы. Стучали мимо нас каблучками сонные стюардессы лунной ракеты. Все покидали сказку. Нужно было прощаться и нам. И хотя мы не были знакомы, мы кивнули друг другу…

А Микки сказал:

— Гуд бай!

И всем стало немного грустно.

— Прекрасный день… — вздохнул капитан.

Скоро могучий Джулиано вёз нас с капитаном обратно в своём автомобиле и азартно спрашивал: «Фантастик?! Фантастик?!»

За спиной с треском рассыпались яркие гроздья огней — это в Диснейленде вспыхивал прощальный фейерверк.

В большом городе становилось тихо, как ночью в глухом селе. Мерцали фонари. На улочках хозяева магазинов опускали на окна и двери тяжёлые металлические решётки. Закрывались окна домов. Кое-кто снимал со стены автомат. Всё как в сказке, в «Трёх поросятах»: запор покрепче, окна на крюк и автомат под подушку. На всякий фантастический случай.

САМЫЙ ВИДНЫЙ БИЗНЕСМЕН

Контейнерный городок уже переместился с палубы на причал. Трюмы опустели. Утром мы должны были уходить в Сан-Франциско.

— А сегодня вечером едем на приём к основателю фирмы, — сказал капитан. — Соберутся самые влиятельные лица в порту.