особо и не нужен. С моим рабочим графиком — просто некогда его смотреть. Электричество — имеется, а с новыми технологиями можно свой дом сделать почти автономным: скважина для воды и септик — для канализации. С отоплением вообще масса вариантов! Правда, на всё требуются деньги, но раз Станислав Никитович смог заработать, то и я смогу. Может быть у меня такой же дар прорезывается? Опять же — зуб я смог вылечить, убрав нагноения? Смог! Научусь и другим премудростям! Э-эх! Заживём тогда с Танюшкой! Не век же ей в стюардессах ходить? Возраст для её профессии уже почти критический. А если у нас дети пойдут? Я же ещё не старик…»
Сергей так размечтался о новых перспективах, что вздрогнул от неожиданности, когда за его спиной раздался насмешливый мужской голос знахаря:
— Да, Сергей Владимирович! Умеете вы полностью от реальности отключаться.
— Ой, простите, Станислав Никитович, — вскочил он с кресла, протягивая лекарю руку для пожатия. — Добрый день! Не услышал ваши шаги.
— Оно и понятно, — пожимая его ладонь крепким мужским рукопожатием, рассматривал гостя Михайлов. — Мечтать о будущем не вредно, вот только деньги, о которых вы там грезили — вам не особо понадобятся. Уж поверьте мне на слово! — усмехнулся знахарь, будто прочитал его мысли. Титов нервно дернулся, поняв, что его легко просканировали, но и сам принялся ответно разглядывать лекаря.
— Что, не так вы меня себе представляли? — хитро прищурился мужчина.
— Не совсем так, — признался Сергей, мысленно сравнивая картинку, данную другом и реальность. Кондратьев оказался точен в описании облика: седые волосы и пышные усы с короткой бородкой аналогичного окраса. Да и молодой взгляд у знахаря присутствовал. Но Димка не упомянул, что «дед» окажется выше Титова почти на голову, и довольно крепкого телосложения. Что седые волосы у него длиной до плеч. А чтобы они не мешали ему, Станислав Никитович перевязывал лоб затейливой расписной тесёмкой, как в древности. Да и одежду он носил простую и незатейливую, как древние славяне: подпоясанная хлопковая рубаха серого цвета, в вырезе горловины которой виднелся любопытный амулет серебристого оттенка. А ноги знахаря прятались под длинными холщовыми штанами, аналогичной окраски.
Сергей перевёл взгляд вниз, надеясь увидеть вдобавок и лапти, но ошибся. Ступни знахаря прятались в мягких вязаных тапочках-чунях.
— Я думал, вы чуток пониже и похлипше будете, Станислав Никитович!
— Ха-ха-ха! — Зашёлся в громком смехе Михайлов. — Насмешили вы меня, Сергей Владимирович. Ой насмешили…
— А почему деньги мне не понадобятся? — решил уточнить наиболее интересный для себя вопрос Титов, вспомнив недавние слова лекаря. — Вам-то они вон какой дом помогли отстроить, или я не прав?
— Правы, Сергей Владимирович, ещё как правы, — лицо знахаря стало серьёзным. — Мне без них пришлось бы туго, раньше. Но теперь мои финансовые доходы — не самоцель. Денег более чем достаточно на все мои нужды. Я их сейчас и не считаю, а вот вам…
— А что мне? — удивился Сергей. — Или я не человек? Как там в пословице говорится: «Денег наживёшь — без нужды проживёшь!» Ни что человеческое мне не чуждо.
— Это пока, Сергей Владимирович. Пока… — тяжело вздохнул Михайлов и добавил: — Пока вы ещё человек…
— В смысле, пока я ещё человек? — откровенно удивился словам лекаря Титов. — А вы разве с другой планеты к нам прилетели?
— Да нет… здешний я, но… — лекарь оглянулся назад и кивая головой на столпившихся у дома посетителей, следящих за своим кумиром издали, добавил: — И вы на Земле родились, но вот вибрации вашего тела…
— А что с моим телом не так? — ощупал себя руками Сергей, не понимая, о чём толкует этот странный мужчина. Но Станислав Никитович не стал давать объяснений, а махнув рукой пригласил его следовать за собой, поясняя:
— Негоже о том при посторонних болтать. Идёмте в дом, там за обедом с чашкой чая и поговорим… Только телефон свой мне на время отдайте, я его в специальный ящичек положу, от греха подальше, потом верну…
… Современная планировка коттеджа, качественная отделка и дорогая мебель совсем не соответствовали «старинному» русскому облику Михайлова. В таком доме мог жить какой-нибудь успешный бизнесмен или чиновник, а не дед знахарь. Тётка Матрёна, увидев, что Михась ведет за собой приезжего, ни говоря ни слова, развернулась и пошла, как оказалось, в столовую. И только там Сергей увидел современную стилизацию под древность.
В первую очередь притягивала взгляд русская печка из красного кирпича с глиняным горшком, прячущимся в камере нагрева. У стены виднелся ухват для него, кочерга и стопка дров в кованой поленнице. Затем шёл угловой кухонный гарнитур, занимавший полторы стены. Он был изготовлен полностью из дерева, как и массивный обеденный стол с шестью резными стульями. По подвесному потолку, с точечными светильниками, тянулись тёмные деревянные балки. Причудливо изрезанные плетеными узорами дверки шкафов, прятали за собой современную начинку, технику и посуду. В углу комнаты висела большая тройная икона с лампадкой. На окнах красовались яркие ситцевые занавески с цветочными узорами. Но более всего Сергея поразил обычный латунный рукомойник, висящий на третьей стене. Знахарь подошёл к нему и, нажимая рукой пипку, принялся мыть руки, пользуясь куском мыла, взятого с прибитой к стене полочки. Вода, шумно разбиваясь о стальную поверхность, с лёгким журчанием стекала в обычную металлическую раковину. А рядом, на скамейке, стоял большой глиняный кувшин.
Вытерев руки одним из расписных полотенец, висящих на стене, мужчина предложил гостю, за ним следом, воспользоваться древним устройством, с усмешкой поясняя.
— Сергей Владимирович, вы не подумайте, что мы тут как в глуши живём,… У меня дома и нормальный водопровод имеется, и канализация. Но этот рукомойник мне дорог как память от предков. Помогает не забывать, откуда я родом и как не просто мне это всё досталось, — обвёл он немного грустным взглядом просторное помещение. — Зато вода в нём настоящая, колодезная! А вкусная!… Такой в наших кранах отродясь не бывало.
Подтверждая свои слова, он налил из рукомойника полные ладони воды. С удовольствием выпил её и вытирая лицо полотенцем, громко добавил:
— Эх! Хороша водица! Такой в городе нет. Попробуйте, Сергей Владимирович. Можно и не из рукомойника, а из кувшина. Матрёна вам стакан даст.
— Не нужно, — отмахнулся Титов. — Я в детстве тоже много раз воду с рук пил. У
