всё можно купить за деньги. Это в итоге не приведёт ни к чему хорошему, — усмехнулся мужчина. — Но это удобно.
— Что же нельзя по — твоему купить за деньги? — очень серьёзно посмотрела на него Ксения.
— Таких как ты, девочка… Но вас слишком мало, — поставил чашку на стол Алекс. — Пойдём. Мне нужно услышать твоё мнение.
Она удивилась, но не стала развивать тему.
В холле первого этажа их встретила Надежда Степанова и три довольные мордочки.
Ксения улыбнулась и с удивлением присмотрелась к малышам. Котята подросли. Да ну, нет. Показалось.
Чёрный котёнок с радостным «мя-а-у» вцепился в штанину Алекса.
Мужчина, слушая отчёт Надежды Степановны подхватил котёнка и посадил себе на плечо. Малыш улёгся и замурчал, довольно поглядывая на всех с высоты. И ни капли страха!
Двое малышей обнюхали Ксению и пошли исследовать брошенную на кресло шубу.
Или всё — таки подросли?
— Ксюша… Ксения Марковна!
— Да. Простите. Задумалась, — встрепенулась Ксюша.
— Пойдём? — протянул ей руку Валафар.
Ксения улыбнулась Надежде Степановне и взялась за протянутую руку. Алекс повёл её в левую арку. Котёнок ткнулся в шею мужчине и спрыгнул на кресло. Она удивлённо моргнула.
— А-а-а…
— В левое крыло ведёт отдельная лестница. Очень удобно, если хочешь тихо скрыться от гостей, — улыбнулся ей Валафар.
Они прошли большой обеденный зал, похожий на бальный, размерами и акустикой. Бильярдную. Малый обеденный зал, и вышли в неприметную дверь.
За дверью их встретила узкая лестница с кованными перилами, ведущая на второй этаж.
Ступени, ступени, дверь. Дубовая. Тяжёлая. Широкий коридор, отделанный деревянными панелями. Приглушённый свет. Тёмно — янтарный паркет. В конце коридора небольшой холл и приглашающе открытые двустворчатые двери.
Валафар пропустил Ксению вперёд.
Круглая гостиная в тёмных тонах.
Коричневые кожаные диваны и кресла с каретной растяжкой и низкой спинкой.
Лаконичные низкие торшеры в паре с круглыми придиванными столиками.
Классический, наполненный собственной значимостью барный шкаф.
Две картины в тяжёлых рамах с мрачным сказочным пейзажем.
Мужской клуб!
Ксения как наяву увидела сидящих с бокалами мужчин. Они все были чем — то похожи на господина Кэррингтона. Тяжёлый взгляд. Серьёзные лица. Длинные волосы. Тихий гул низких басистых голосов.
Она посмотрела на Алекса. Он очень внимательно следил за её реакцией.
— А где спальня? — спросила Ксения, пытаясь прогнать из головы гул мужских голосов.
Валафар указал на одну из тёмных массивных дверей с порталом и очень широкими наличниками.
— Впечатляет, — тихо прошептала Ксюша, медленно оглядев большую спальню. — Очень впечатляет!
— Ксюша?
— А?
— У нас всё хорошо? — настороженно посмотрел ей в глаза Валафар.
— Да. Да. Всё хорошо, Алекс!
Ксения прошла в комнату и села на низкую, но очень широкую кровать, застеленную покрывалом бутылочно — зелёного цвета в цвет стен.
Она чуть касаясь провела по очень высокому матовому изголовью кровати: — Это эбеновое дерево?
Валафар кивнул. Подошёл и присел рядом. Чувства и эмоции Ксении сплелись в такой тугой клубок! Он ничего не понимал.
— Очень красивый оттенок. Почти нет вкраплений и полос. Я хотела купить в свою новую квартиру столешницу и два барных стула. Но не сложилось. Удивительно! Так брутально и в то же время тепло, уютно, надёжно. Я не понимаю… — прикусила губу Ксюша и с детским удивлением посмотрела на Валафара. — Если вот это всё ты, — она обвела взглядом спальню, — зачем ты купил этот дом? Он же совершенно тебе не подходит!
Он провёл большим пальцем по прикушенной в задумчивости пухлой губке.
«Жарко, маленькая… Как же мне жарко рядом с тобой…» — потянулся за поцелуем Валафар.
Горячие твёрдые губы мужчины остановились в миллиметре, спрашивая разрешения.
Она закрыла глаза и ответила согласием, проведя кончиком языка по губам Алекса.
Он поймал её язык губами. Плен. Жаркий плен зарождающегося желания. Долгий поцелуй. Изучающий. Валафар позволял ей привыкнуть к себе. Опасности нет…
Она открылась. Он вдруг понял, что её Сила помогает ему! Тонкие ниточки коснулись его груди, лба, висков, и он почувствовал всё, что чувствует сейчас его девочка, и чуть не задохнулся от новых ощущений.
Её желание горячей волной прокатилось по телу. Грудь налилась и потяжелела. Кружевной материал лифчика стал вдруг шершавым. Он медленно разорвал поцелуй и посмотрел в затуманенные желанием глаза: — Маленькая моя, девочка…
Валафар аккуратно снял с неё тёплую кофту, лифчик и со стоном обрисовал большими пальцами ореолы розовых сосков.
Ксюша вздрогнула, всхлипнула и, откинув голову назад, прогнулась на встречу его рукам. Он, забывшись, чуть не расформировал формулу костюма, но вовремя спохватился и сорвал с себя только футболку.
Мягко собрал в кулак непослушные кудряшки и чуть — чуть потянул назад.
Бархатная шея. Поцелуй. Нежный укус. Снова поцелуй. Валафар не спеша прокладывал дорожку поцелуев по бархатной шее опускаясь всё ниже.
Он слегка надавил лбом на её плечо. Ксюша сдалась и упала в подушки.
«Да, девочка, вот так…»
Его руки нежно сжали полную грудь. Он подул на затвердевшие соски.
Ксюша громко застонала и прижала его голову к себе. Валафар вдохнул неповторимый запах своей женщины, провёл носом по ложбинке между грудей и с глухим рыком втянул розовую вершинку губами.
Он ласкал губами её грудь, плечи, шею. Нежные пальчики Ксюши изучали его ласковыми прикосновениями.
Валафар чувствовал, как возбуждение, медленно скатываясь по трепещущему животику, собирается тягучей влагой между обхвативших его торс длинных ножек.
Рука Ксюши потянулась к горячему лону. Он улыбнулся, проследил за рукой и прикусил подрагивающие пальчики.
Она вздрогнула и срывающимся голосом прошептала: — Пожалуйста…
Он отстранился и одним чётким движением снял с неё домашние брюки и трусики, отбросив их за спину.
Поцеловал розовые пяточки. Тонкие лодыжки. Огладил бёдра и медленно развёл стройные ножки, надавив ладонями на внутреннюю сторону манящих своей беззащитностью бёдер.
«Р-р-р-а-х! Как давно я мечтал об этом, ведьмочка… Моя ведьмочка!»
Мужчина смотрел на открывшуюся ему картину и не мог оторвать взгляд! Он думал, что утонуть в любви к своей женщине глубже, чем он уже утонул, нельзя… Ха!
Валафар, не отрывая взгляда, опустился между её ног и медленно провёл языком снизу — вверх, собирая на языке вкус и влагу с розовых складочек. Язык безошибочно нашёл набухший бугорок.
Ксюша вскрикнула и схватилась за предусмотрительно перекинутую для неё со спины на грудь косу.
Она стонала и вскрикивала. Извивалась и впивалась ногтями в его руки, когда он усиливал напор и не давал ей не секунды для глубокого вдоха. Позволял взглянуть с вершины, но не отпускал в свободный полёт.
— Пожалуйста, Алекс… Пожалуйста… — прошептала Ксения. — Я прошу тебя!
Валафар, не прекращая ласкать языком горошину клитора, прижал
