Читаем без скачивания Солдатами не рождаются - Александр Тамоников

Лейтенант, замолчав, опустив голову.

Молчал и подполковник. Потом внезапно спросил:

– В спецназе служить хочешь?

– Что?

Дубов поднял на подполковника полные изумления глаза. Чего-чего, а подобного вопроса лейтенант никак не ожидал.

– Ты не понял меня?

– Виноват, товарищ подполковник, но все это так неожиданно…

– И все же да или нет? Или тебе необходимо подумать?

– Я бы с огромным удовольствием перешел к вам прямо сейчас.

Подполковник улыбнулся:

– Ну, удовольствия служить в спецназе, скажу тебе, не так уж и много. Это во-первых. Во-вторых, попасть в действующие подразделения сил особого назначения не так-то просто. Придется пройти серьезный отбор и далее курс специальной подготовки.

– Я готов ко всему, товарищ подполковник!

– Не спеши. Впрочем, твое нетерпение понять можно. Договоримся так. Я попробую организовать твой перевод в спецслужбу. Обещать ничего не буду, но, думаю, мне удастся заинтересовать свое начальство в твоей персоне.

Возбуждение на лице Дубова вдруг сменилось унынием. Он проговорил:

– Боюсь, у вас ничего не получится.

– Почему?

– В спецназ, насколько мне известно, отбирают самых лучших, а в моем случае достаточно будет лишь открыть личное дело, чтобы тут же отказать. Чулков, прежний замполит, да и Кравцов расписали меня так, что я четвертый год не могу получить очередного звания, несмотря на награды.

Кудреев положил руку на плечо лейтенанту:

– Да, ты прав, Саша, в спецназ отбирают лучших. Но, поверь, не по содержанию личного дела. В каком-то смысле негативная информация в официальном документе играет на тебя.

Дубов удивился:

– Как это?

– У нас отдают предпочтение самостоятельным в решениях и действиях, смелым, думающим офицерам. Карьеристам в спецназе не место. Это долго объяснять. Если все получится, сам узнаешь обо всех нюансах отбора в наши подразделения. Будем считать, что твое согласие на службу в силах специального назначения я получил?

– Конечно! Извините, так точно!

– Ну и добро, Александр Викторович! Только с этой минуты отношение к настоящей службе изменить. Никаких скандалов, никаких конфликтов с замполитом. Вести себя образцово и о нашем разговоре, естественно, никому ни слова. Исключение составляет лишь подполковник Воронцов!

Боевой офицер, в свои двадцать четыре года кавалер ордена Мужества и медали «За воинскую доблесть», вышел из казармы спецназа другим человеком. Теперь у него была надежда и жизненная перспектива.

Казалось, что и городок вокруг изменился. Он стал как будто светлее, радостнее.

А Кудреев, проводив Дубова, позвонил Воронцову. Тот оказался на месте, в своем кабинете.

– Дмитрий Дмитриевич?

– Да, Андрей?

– Поговорил я с твоим лейтенантом. И вот что. Подготовь-ка ты мне выписку из его личного дела.

– Хорошо. Думаешь, у тебя с ним что-нибудь получится?

– Иначе не стал бы ничего затевать.

– Что ж, доброе дело сделаешь.

– Когда будут готовы документы Дубова?

– Если срочно, минут через десять.

Спустя пятнадцать минут командир спецназа зашел к Воронцову:

– Готовы бумаги на лейтенанта?

– Вон они, в пакете.

Кудреев забрал выписку из личного дела младшего офицера.

– Кто делал копию?

– ПНШ, помощник начальника штаба!

– Ты предупреди его, чтобы не распространялся об этом! И чтобы ни о чем не узнал твой вездесущий Кравцов.

– Уже предупредил.

– Порядок. Ну, пока? Увидимся послезавтра.

– Удачи, Андрей, а ко мне с утра комиссия прибывает.

– По какому поводу?

– По линии тыла, вещевики.

– Благополучно тебе отделаться от них.

Командир спецназа зашел в свою секретную часть. Ольга не ожидала появления подполковника, поэтому в первое мгновение немного смутилась. Но быстро совладала с собой, доложила, что с момента получения последнего сообщения никакой дополнительной информации из Центра не поступало.

Кудреев попросил:

– Ольга Дмитриевна, достаньте, пожалуйста, мою личную оперативную карту Чечни.

Воронцова выполнила приказ, спросила:

– Вы с картой будете работать здесь?

– Нет, возьму с собой.

– Тогда распишитесь в получении.

Командир отряда поставил росчерк в журнале выдачи секретной документации. Посмотрел на прапорщика, сказал:

– Оля! Сегодня с утра я был немного не в себе и вел себя недопустимо грубо. Прошу извинить.

В 20.00, после построения личного состава, получив в оружейной комнате штатный пистолет «ПМ», он отправился домой. Людмила по пути на этот раз не встречала его, и Кудреев облегченно вздохнул, войдя в квартиру. Ему совершенно не хотелось видеть официантку, и она словно чувствовала это. Может, одумалась баба, решив, наконец, отстать от него? Это было бы неплохо. В конце концов, даже такой надоедливой, самоуверенной особе должно стать ясно, что все ее усилия навязать себя подполковнику, который к ней равнодушен, обречены на провал. Закрыв дверь и раздевшись, Кудреев первым делом направился в душ. После легкого ужина, включив музыку, приглушив свет, с чашкой кофе и сигаретой, Андрей откинулся в кресле.

Неожиданно раздался звонок телефона внутренней связи.

Мелькнула мысль: только бы не Людмила. Не хотелось портить спокойный вечер. Но опасения не оправдались, звонил Воронцов. Сказал, что хочет зайти – есть повод для разговора.

Дома офицеров разделяло расстояние метров в сто, и Воронцов, облаченный в спортивный костюм, спустя пять минут был у Кудреева. Расположились в креслах у журнального столика.

– Понимаешь, служит в штабе дивизии земляк, начальник бронетанковой службы, – начал Дмитрий. – Час назад он позвонил и сообщил, что уезжает в отпуск. Завтра, проходящим поездом. У Ольги, ты знаешь, дочь у бабушки. Она и хотела бы с Валерой, земляком нашим, передать домой небольшую посылку и деньги. Я из-за комиссии покинуть часть не могу. Не отпустил бы ты своего секретчика в Новоярск?

– Во сколько отходит поезд?

– В 10.20 утра.

– В таком случае отпустить прапорщика Воронцову никак не могу.

Дмитрий выглядел растерянно. Такого оборота он не ожидал.

– Но почему, Андрей?

– Как же я могу отпустить женщину из гарнизона одну? Автобус уходит в город в 9.45. На нем ей к поезду не успеть! Придется Ольге добираться на попутках, а это небезопасно! Посуди сам, разве я могу допустить такой расклад?

Командир рембата никак не мог въехать в обстановку:

– И в этом причина отказа?

– Только в этом, Дима. Ну, что ты потух, в самом деле? Или забыл, что я завтра сам еду в Новоярск? И еду на служебной машине, один. Следовательно, в салоне найдется место и для твоей сестры.

Воронцов ударил себя по лбу:

– А я уж подумал…

– Короче, передай Ольге Дмитриевне, чтобы в 9.00 была готова. Я заеду за ней.

– Спасибо, Андрей!

– Пожалуйста. Мне непонятно одно, почему она сама не обратилась ко мне с просьбой, изложенной тобой? Почему предпочла действовать через брата?

– Извини, друг. Я передал ей наш с тобой утренний разговор. Теперь она знает, что нравится тебе. Ругалась, зачем, мол, лезу в ее личные дела. Как после этого она могла о чем-то просить тебя?

Командир спецназа взглянул на Воронцова:

– Ругалась, говоришь?

– Ну, если быть точнее, то выражала недовольство.

– И правильно делала. Я, кстати, также выражаю недовольство твоей болтливостью. Мог бы и промолчать.

– Но почему, Андрей? Что в этом такого, если мужчина и женщина испытывают друг к другу взаимную симпатию?

– А то, что это сугубо их личное дело!

– Не забывай, она сестра мне. И я желаю ей только счастья. И вижу, как тяжело Ольге одной. И только был бы рад, если в спутники жизни она выбрала бы такого человека, как ты.

Кудреев поднялся:

– Ну и ладно. Может, то, что ты все ей рассказал, и к лучшему. Я, наверное, сам не решился в чем-либо признаться ей. И закончим разговор. Пусть готовится к поездке, а начальника штаба я сейчас же предупрежу, чтобы на завтра подменил Ольгу.

Глава 8

Ровно в 9.00 следующего дня к дому Воронцова подъехала черная служебная «Волга» отряда спецназа. Кудреев, находящийся за рулем, посигналил. Ольга тут же вышла из квартиры. В руках у нее была объемистая спортивная сумка.

– Здравствуй, Оля!

– Здравствуйте, Андрей Павлович!

Все-таки женщина никак не могла справиться со смущением. Кудреев постарался не обращать на это внимания.

– Давай сюда свой баул и садись на место переднего пассажира, заднее сиденье немного провисло, там будет неудобно ехать.

Командир спецназа устроил сумку в багажнике, заняв место водителя. Глянул на часы, посмотрел на Воронцову, спросил:

– Ничего не забыла?

– Да вроде нет.

– Ну, тогда с богом.

«Волга» плавно тронулась. Ольга поинтересовалась:

– Долго добираться до Новоярска?

– Дорога плохая, узкая, к тому же оживленная, поэтому и выехали с запасом времени. Не волнуйся, к поезду ты успеешь, благо вокзал находится рядом с гостиницей «Лучезарная», а мне, как тебе известно, надо быть там ровно в десять.