к плечу и перелистываю ещё раз папку с документами, проверяю, не забыла ли ничего в дорогу, — привет.
— Привет, доча. Собираешься?
Угукаю. В отделе кадров сказали, что все будет готово через три дня, а до этого подписали все бумажки на отпуск по графику после учебы. Очень хорошо будет после родов на месяцок выпасть из работы, чтобы собрать себя в кучу.
— Я тебя уже жду не дождусь.
— Пап, — накручиваю на палец ремешок от халата, — ты точно не против, что я буду жить у тебя так долго? Или все же мне лучше поискать квартиру? Мне обещали все оплатить.
Вру, конечно, но зачем папе знать все.
— Так, Лада, я все сказал тебе по поводу квартир. Тем более у нас тут с этим большая беда. Чтобы найти себе более-менее нормальное жилье, нужно постараться. Ко мне, и никаких больше разговоров. Все. Ты, когда будешь выезжать, мне наберешь и сообщишь все, чтобы я тебя встретил.
— Хорошо, папуль, я все сделаю. Пока-пока.
Не решаюсь сказать ему, что я приеду не одна, а с малышом в животике. Но пусть лучше увидит все своими глазами. Я уже взрослая девочка и могу решить родить для себя, в конце концов, без всех этих штампов в паспорте.
Штамп…
Никогда не думала, что такое простое слово будет вызывать во мне неприятные ощущения и ассоциации.
Кладу руку на живот и нежно поглаживаю.
— Спасибо, малыш, что ты дал мне шанс. Жаль только, что папочки не будет с нами, у него своя семья.
* * *
Все дни до моего отъезда Юлька почти не слазит с моего телефона и контролирует каждый мой шаг, чтобы я ничего не забыла и не упустила. Даже грозится приехать, но, когда я напоминаю про Захара, тут же передумывает и говорит, что предпочитает сидеть в своей пещере.
А меня такая тоска охватывает, что рядом меня не будет, когда её крохи на свет появятся. Мы же даже вместе имена обдумывали и придумывали. Остановились на Еве и Егоре. Две крохотулечки. Сердце сжимается, как только думаю о том, что и у меня будет такая же крошка.
Боже, а я даже не думала над именами. Хоть я и не знаю ещё, кто же у меня будет, но предпочитаю иметь несколько вариантов и для мальчика, и для девочки.
В приложении появляется оповещение, что меня уже ждет машина. Окидываю взглядом сумки. Старалась же брать по минимуму, но все равно получилось два чемодана и рюкзак. Сдуваю прядь волос с лица и кривлю губы.
— Да уж, в такие моменты понимаешь, что мужская спина очень даже не помешает.
Собираюсь с силами и вытаскиваю все барахло на площадку, и тут, словно сверху услышали мои молитвы, из квартиры напротив выходит сосед.
— О, Лада, привет, — вопросительно смотрит на пыхтящую меня, пока я пытаюсь выдавить улыбку, — переезжаешь?
— На время, еду в другой город учиться.
Его глаза опускаются на мой живот, а я сдерживаю порыв прикрыться. Мне нечего стыдиться, но хочется, чтобы маленькая тайна у меня под сердцем осталась только моей как можно дольше.
— Ого, со скорым пополнением, — теплая улыбка расслабляет мои мышцы, которые уже сковало напряжение.
Улыбаюсь в ответ.
— Спасибо.
— Давай помогу, куда ты такие тяжести в своем положении собралась переть, — тянет руки и хватает все сумки разом.
Ойкаю, но сосед уже идет в сторону лифта, и мне приходится ускориться, чтобы не заставлять его ждать меня.
— Спасибо тебе, — тараторю и мельтешу за ним до самой машины, — ага, сюда. Что бы я без твоей помощи делала?
Он добродушно смеется и наклоняется поближе.
— Могла родить. Они довольно тяжелые.
Я вспыхиваю и отвожу взгляд.
— Надеюсь, не родила бы.
Сосед подмигивает и выпрямляется.
— Ладно, удачи, соседка.
Подходит к водительской двери и стучит в окно, пока у меня вытягивается лицо.
— Слышь, командир, ты девушке помоги, пожалуйста, с сумками, а то она ж постесняется попросить.
Водитель что-то отвечает.
— Ага, спасибо.
Мне машут рукой, и сосед идет к своей машине. Запоздало улыбаюсь и тоже машу.
Водитель, как и обещал, помогает мне докатить чемоданы до автобуса. А когда я пытаюсь засунуть ему в руку чаевые, твердо отказывается.
Устраиваюсь на своем месте и откидываюсь на спинку. Я не говорила маме, что сегодня срываюсь. Да и для чего её лишний раз волновать. Лучше вот так сама по-тихому уеду, а потом уже позвоню от папы. Ехать мне около двух часов, успею отдохнуть и подумать. Хотя о чем думать…
О Сергее? Плохая мысль, потому что стоит мне начать о нем думать, как тут же кажется, что я все делаю неправильно.
* * *
На подъезде к городу отца набираю ему и радую новостью, что я уже скоро буду на автовокзале.
Стоит мне ступить с последней ступеньки автобуса, я тут же оказываюсь в крепких объятиях отца.
— Ладка, привет, моя родная. — Пищу, когда обнимашки причиняют дискомфорт, и родитель тут же меня отпускает. — Прости.
Он отходит и рассматривает меня с улыбкой. А я рассматриваю его. Он почти не изменился. Такой же высокий, подтянутый. Только немного седины в волосах и щетине. Очки начал носить, хотя раньше упирался всеми конечностями, что они ему не нужны. А сейчас даже солиднее в них стал. Рубашка, брюки, туфли, начищенные до блеска. И его любимая деталь в каждом образе — запонки. У моего отца, кажется, целая коллекция этих запонок.
— Похорошела так. Тебе идет новый цвет волос.
— Спасибо, папа Рома, — не могу скрыть улыбку.
— Ого, — и тут он видит мой животик, — а ты не одна, я смотрю?
Нервно смеюсь, убираю волосы за уши и прикусываю губу.
— Ну да, решила сделать сюрприз тебе.
Папа что-то неразборчиво бормочет, но с его лица все это время не сходит удовлетворенная улыбка.
— Вот так подарок отцу. Это я скоро дедом стану?
Киваю.
— Месяца через четыре.
— А отец дитя где? — звучит вопрос, которого я хотела бы меньше всего.
Пожимаю плечами.
— А нет отца, я для себя родить решила.
Отец выгибает брови, но оставляет это высказывание без комментариев. Они с мамой в этом плане вообще понимающие. Да и я показала, что я вполне себе самостоятельная личность и могу себя сама обеспечить всем.
— Ну раз решила, то кто я такой, чтобы тебя переубеждать, — разводит руками. — Ну поехали, а то устала с дороги-то, наверное.
Загружаемся в машину.
— И кто у нас там сидит? — папа рулит и параллельно выспрашивает у меня все, что со мной происходило за время,
