Загадочная темная фигура сорвалась с места и бросилась бежать, прежде чем Макнейл успел подскочить к двери. Огромными скачками он вылетел в коридор и, держа наготове меч, помчался за беглецом. На какое-то мгновение теряющаяся во мраке фигура незваного гостя показалась слишком уж похожей на одного из тех демонов, что донимали сержанта во сне, но вот глаза постепенно привыкли к полумраку, и Макнейл понял, что преследует обычного человека, облаченного в лохмотья. В памяти шевельнулся давно знакомый образ… Неужели Джек Чучело?
Легкая улыбка тронула лицо сержанта. Об этом преступнике он наслышан немало и прекрасно знает, какую цену обещают за его поимку – живым или мертвым. Макнейл постарался бежать еще быстрее, усилием воли подавляя боль в утомленных ногах, но знаменитый преступник бегал не хуже оленя, неожиданно столкнувшегося с охотником. У Макнейла едва хватало сил, чтоб не отставать и не упустить беглеца из виду. Дункан бежал и бежал и по отдаленному топоту догадывался, что товарищи его тоже бросились в погоню. Гонка продолжалась сквозь многочисленные большие и малые комнаты, коридоры и закоулки, во тьме похожие один на другой, пока преступник наконец с ловкостью угря не проскользнул между крупами спящих коней в приемном зале и не выскочил во двор. Макнейлу пришлось потратить несколько лишних секунд, чтоб успокоить лошадей, внезапно разбуженных среди ночи, и, когда он я наконец выбрался из помещения, Джека Чучела уже и след простыл. В следующее мгновение во двор выбежали и остальные бойцы разведгруппы. Вся четверка остановилась у главного входа и стала безуспешно вглядываться в непроницаемую тьму ночи.
– Может быть, я собираюсь задать чересчур глупый вопрос, – нарушила тишину Констанция, – но какого черта мы тут делаем и кого именно преследуем?
– Преступника одного, – тяжело дыша, пояснил Макнейл. – Он за нами шпионил, подглядывал из-за двери.
– И долго? – поинтересовалась Флинт.
– Слишком долго, – мрачно кивнул Танцор. – Он настоящий профессионал, – уж это-то я вам точно скажу, хотя и не знаю, как его зовут.
– Сдается мне, его зовут Джек Чучело, – заметил Макнейл.
Танцор удивленно вскинул брови:
– А я и не предполагал, что мы забрели в его вотчину. Что, интересно, ему от нас нужно?
– Куда важнее другое: как он сюда попал и куда теперь скрылся? – Макнейл нетерпеливо рубанул мечом воздух. – Через крепостные ворота этот тип пробраться не мог, потому что они крепко заперты. Я проверил все запоры, прежде чем мы углубились во внутренние помещения.
– Видимо, перебрался через стену, – предположила Флинт. – А сейчас, скорее всего, скрывается на одной из верхних галерей.
Все четверо уставились на венчающие стены зубцы, но освещения оказалось достаточно лишь для того, чтобы смутно разглядеть верхушки стен, чуть более темные, чем ночное небо.
– Если он уже там, то искать его бесполезно, – разочарованно проговорил Макнейл. – Давно уже улизнул.
Сержант постоял, будто раздумывая, и, окончательно махнув рукой на идею погони за Джеком, вложил меч в ножны. Флинт с Танцором переглянулись и последовали примеру командира.
– Смогла бы ты воспользоваться ясновидением, чтобы отыскать этого преступника? – поинтересовался Макнейл, оборачиваясь к ведьме.
Констанция медленно покачала головой.
– Мои способности к ясновидению все еще будто затуманены тем «нечто», что присутствует в этой крепости, – произнесла она. – Вот если бы выйти в лес, тогда, пожалуй, я смогла бы напасть на его след.
– В темноте, – сказал Макнейл, – мы ни за что не отыщем Джека Чучело, хоть сто лет по лесу броди. А к утру он уже будет отсюда едва ли не в дюжине миль… – Сержант задумчиво посмотрел на каменную зубчатку стен. – Если ему удалось перебраться через стену, значит, это сможет проделать и любой другой. Так что, ребята, лучше уж держать ушки на макушке.
– Может быть, я чего-то не понимаю, – снова заговорила Констанция, – но только с какой стати разбойник вроде Джека Чучела станет пробираться в крепость? Что ему тут искать?
– Вот и я этого в толк взять не могу, – поддержала ее Флинт. – Не похоже это на привычки Джека Чучела, если верить тем многочисленным байкам, что про него рассказывают. Совершенно не его стиль. Скажи-ка, Дункан, может быть, во всей этой истории мы чего-то не знаем? Чего-то важного, о чем нам не удосужились сообщить?
– Не так уж много вещей ускользает от твоего внимания, – лукаво улыбнулся Макнейл, – верно, Джессика? Ладно, давайте-ка вернемся в здешнюю столовую, и я расскажу вам все по порядку. Я не испытываю большого желания читать лекцию прямо здесь. Кто угодно тебя подслушает, а ты об этом и не догадаешься.
Вернувшись в обеденный зал, Макнейл водрузил посередине стул, сел на него и жестом предложил остальным сделать то же самое. Когда все расселись, он подался вперед и приступил к объяснениям.
– Одна из причин нашего присутствия здесь, – неторопливо начал сержант, – состоит в том, что мы должны выяснить, какова судьба ста тысяч золотых дукатов, которые сия крепость должна была хранить и оберегать.
По мере того как у слушателей медленно отвисали челюсти, улыбка Макнейла делалась все более веселой.
– Сто тысяч дукатов золотом… – очень медленно проговорила Флинт. – Это же просто черт знает какая сумма!
. — На редкость точно ты все улавливаешь, – одобрительно кивнул командир. – Сумма эта составляет годовое жалованье всего персонала тех многочисленных крепостей, что охраняют обширный участок границы в данном секторе. Здесь золотишко должно было провести всего одну ночь. После этого его должны были разделить на соответствующие части и развезти по другим крепостям. Но именно в эту ночь наша с вами крепость и перестала подавать признаки жизни, резко оборвав все контакты с внешним миром. Так что можете себе представить, как застучали сердечки у придворных сановников и самого его величества. Таким образом, помимо официального предписания выяснить, что же именно случилось со здешним гарнизоном, у нас есть еще одно, не слишком афишируемое: разыскать пресловутое золото и позаботиться о том, чтобы оно сохранялось в целости, сохранности и безопасности. Какой из приказов важнее – догадывайтесь сами.
– Теперь ясно, почему ты так настойчиво обшаривал все помещения, включая даже самые маленькие комнаты, – понимающе проговорила Флинт.
– Верно, – кивнул сержант, – именно поэтому. Танцор склонил голову набок и недружелюбно уставился на командира.
– Скажи-ка мне вот что, – произнес он с расстановкой, – почему нам раньше никто об этом и словом не обмолвился?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
