— Стойте вы!
— Чего?
— Дайте, я кеды надену.
— На остановке наденешь. Потерпи, ты же мужчина.
— Да щаз! До остановки я дойду уже с мозолями. А там ты заявишь, что наш автобус подошел, в нем переобуешься. А в автобусе будет битком, а потом ты скажешь, что на вокзале…
— Дима, ты видишь, что он вытворяет!
— Он по делу говорит. Переобувайся — Отец достал из сумки коробку от новых ботинок, в которой прятались мои старые кеды.
Эх, почему тут еще не выпускают зимние кроссовки? Ага, и почему не продают летние? И вообще, почему тут никто не заботится о людях иначе чем на словах? Засунуть бы сюда всех тех крикунов, которые на форумах голосили про сладкую жизнь в Советском Союзе. Вот в эти ботинки засунуть и послать бегать по городу в поисках крема для обуви. Или шнурков. Да тут что угодно может оказаться в дефиците в любой момент времени. Отставить сопли! Живешь? Живи и радуйся. И помни, что твою тушку сглодали рыбы-клоуны, а новая тебе досталась по ошибке. Кто недоволен своим телом, тот может его вернуть. Кому не нравится время, добро пожаловать на перерождение, вдруг в другой раз повезет. Хорошее время вокруг! На костре не сжигают, барщину отрабатывать не гонят, напалмом не заливают.
Как же я рад просто жить! И родители просто золото. Вона, одежду мне покупают. А могли самого продать, если бы в средневековье попал. Что в Китае, что в Османской империи, что в просвещенной Европе, везде меня могли родители продать. А в нашей матушке-России нет. В ней продал бы меня барин, а не папка с мамкой. Ну вот, я переобулся, и совсем другой походкой последовал за родителями к автобусу. Вернее, ждать его. Чего было спешить и лететь, коли почти десять минут ждать пришлось. Мать его, Мишки Корчагина, суетливая женщина, несерьёзная. А что самое неприятное, не поддающаяся перевоспитанию. Вот взять отца, пара бесед, один жизненный пример правоты сына — и он уже начинает признавать в нём человека. А эта… смотрит так, словно перед ней кубик с табличкой «сын». Говорит всё, что положено говорить сыну или о сыне, но так, словно с кубиком общается.
Да и фиг с ней, проживу как-нибудь. Нет в моей душе тоски по ласке материнской. Впрочем, у восьмиклассников с этим вообще туго. У них другие проблемы в судьбе, другие цели впереди. Родители, дайте денег и отойдите! Насчет денег, имею ли я моральное право потребовать себе хотя бы часть из тех денег, которые спас для бюджета? По пиратским понятиям данный трофей принадлежит мне и только мне. Ага, но часть стоимости хабара я должен отчленить в общак гоп-компании. И что выходит? А выходит, товарищ Корчагин, что куртку забирай и носи, а деньги… с каких доходов в общак заносить будешь? Молчи и не отсвечивай.
«Едем домой на междугороднем автобусе, отчаянно воняющем, качающемся и пытающемся меня развести на блевотину. Хрен тебе! Я нынешний не то что давешний, у меня вестибулярный аппарат ого-го! Такой склад характера и ума, что сам диву даюсь». Кстати, да — реально удивляюсь. Раз с самого начала понял, к чему идет та история с мошенницей, почему не сказал, не предупредил заранее? А к чему бы это привело? Давай смоделируем. Вот я говорю вслух — это аферистка! Она «куклу» нам подсунуть хочет! Вот аферистка громко и искренне возмущается и уходит, гордо задрав нос. Вот родители возмущены моим отвратительным поведением и наказывают меня в меру своих сил и испорченности. Вот я несчастный дурачок оправдываюсь и канючу в плане что она реально аферистка, я как лучше хотел! Вот мне прилетает по губам за клевету на взрослого.
Тут ведь как — слово пацана или подростка против слова чужого мутного взрослого ничего не весит. Старшие, они всегда мудрые честные и трудолюбивые. Потому-то так вольготно живётся всяким мошенникам. С другой стороны, мало их, аферистов вокруг нас, народ везде по большей части хороший, непуганый, оттого и доверчивый. Вывод простой — я всё правильно сделал. И на будущее, все свои неоднозначные решения надо прорабатывать хотя бы задним числом. Так и рефлексии меньше, и на будущее станет яснее, как поступать в сложных ситуациях. Станут ли родители осторожнее после сегодняшнего? Хрен знает, но на своих ошибках люди учатся охотнее. В дневник сегодняшнюю историю с экспроприацией экспроприаторов записывать не стал — криминал. Статью самому себе поднимать не стану, как говорят некоторые личности…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Дома разбирали покупки, смотрели обновки, еще раз разобрались с курткой. Да, на не сильно холодную зиму подойдет. Ну и на позднюю осень тем более. Тут такая фигня нарисовалась, про какую я и думать забыл в той своей прошлой жизни. Оказывается, у мальчиков есть одна осенняя куртка на всю осень. Ходишь такой, ходишь в ней с сентября по ноябрь. Листья облетели, лужи замерзли, снег выпал… Стоп! Наступила зима. Надеваешь пальто. То есть сначала в минус три тебе холодно в куртке, потом в минус четыре тебе жарко в пальто. Потому что зимнее на ватине. А потом в минус двадцать пять снова холодно, потому что пальто. Так что этот новый куртец, он прекрасно ложится на ноябрь-декабрь и март. А сентябрь дохаживать и октябрь блудить мне придется в буратинской курточке, из которой мои руки выросли уже давно, и начала вылезать задница. Ладно, переживу как-нибудь.
И вообще, сегодня воскресенье, надо сделать все уроки на завтра, кое-что на вторник и бежать в школу — там можно будет покататься на роликах! Думаете, мне это так интересно? Ну да, по приколу погонять на самоделках. Опять же статья сама себя не напишет. А писать с потолка не мой выбор. Я стараюсь сочинять только правду.
1 октября 1981 года
«Вчера я так утомился на физкультуре, что просто без ног приперся домой и заснул прямо на пороге, прямо в коньках. Шучу. Но не так уж далеко от истины. Физрук обрадовал так, что прямо хоть криком кричи: у нас была организована сдвоенная физра на большом стадионе со сдачей нормативов „по бегу, прыгу и прочему тыку“. То есть по лёгкой атлетике, которая нифига не лёгкая. География стала жертвой такого волюнтаризма. Вернее, учителя обменялись уроками. Вообще, у нас в школе георгафия это тот еще релакс. В расписании этот урок после физкультуры, поэтому приходим мы на него слегка выжатые. Учитывая тихий монотонный голос учительницы, шансов не заснуть у тех, кто выкладывался часом ранее в спортзале нет никаких. Лично я выкладываюсь, мне и перед сверстниками надо приподниматься, и у учителя авторитет зарабатывать. Я не тот прошлогодний дрищ Миша, я новый брутальный Михаил Корчагин. Самое странное, что учительница, святая женщина, понимает наше состояние и совершенно не обижается на тех, кто вырубается на её уроке. НУ да, экзамен после восьмого класса по географии не сдаётся, так что можно сильно не напрягаться ни нам, ни ей».
На стадионе Валерий Владимирович отделил группу парней, который ходят к нему на кружок по «роликовым конькам». У нас было отдельное упражнение: нам выдали ролики и поставили на четырёхсотметровый круг вокруг футбольного поля.
— Ребята, ваша задача показать всё, на что вы способны. Дистанция один круг. В идеале — надо прийти первым к финишу, но как минимум дойти до финиша и не упасть. Так что рассчитывайте свои силы.
— Народ! На кривых сбавляем скорость! — Это я влез с советами. — Тут не велотрек, подъемов в поворотах не наблюдается, так что кто-то может и улететь под действием центробежной силы.
— Молодец, Корчагин! Я этот момент упустил. Да, повороты по первому разу проходите тихонечко, пока не поймёте, как сильно вас выбрасывает наружу. А может, такого вообще не будет, кто знает?
— А вы что, сами не пробовали тут кататься?
— Представь, Курко, нет. Предоставил вам испытать наши ролики на беговой дорожке.
— Ура! Мы первооткрыватели!
— А что, такие соревнования еще не проводятся? А какой норматив?
— Ребята, ну раз таких соревнований еще не было, то и нормативов нет тоже. Разбирайте себе дорожки!
Вы как хотите, а я взял самую дальнюю от центра, пятую. Да, у нас тут пять дорожек, столько же, сколько физрук взял комплектов роликов. Почему-то уверен, что это не совпадение.
