А потому вцепился настолько сильно, что даже когда Магастер сумел протиснуть вторую ногу в портальную арку, я её не отпустил.
Вероятно, предельная масса совместных тел, находящихся внутри пространственной магии, превысила ту массу, что была снаружи, и меня, словно пылесосом, всосало внутрь пространственного перехода.
В глазах что-то вспыхнуло, и мир замедлился, потеряв краски и став чёрно-белым.
Я, держа мага за ногу, полетел с огромной скоростью по длинному туннелю, который очень походил на прозрачную трубу, проходящую в пятидесяти метрах над землёй. Посмотрев вниз, увидел, как мелькают редкие постройки, поля и леса, а чуть обернувшись, понял, что мы удаляемся от города с огромной скоростью.
— Что ты делаешь⁈ — закричал маг, пытаясь свободной от моего захвата ногой ударить меня по рукам, чтобы я его отпустил. — Ты сломал телепорт! Такого не должно быть! Такого не может быть вообще!
Но я, не обращая внимания на острую боль в пальцах, продолжал удерживать кидалу и неосознанно восхищаться открывшимися фантастическими видами окружающих просторов.
Мы летели с ним, словно птицы или супермены из сказок, а под нами мелькала земля.
— Немедленно отцепись! — в очередной раз заорал маг, не оставляя попытки вырваться.
— Ни за что! Я тоже хочу в город! Ты обещал меня взять с собой! А сам захотел удрать! Так что полетим вместе! — отверг его идею я.
— Не мог я тебя взять! У меня телепорт только на одного. Телепорт для группы открывается только на тридцатом уровне! Так что это был билет на одного — на меня! Ты лишний, и портал не должен был тебя впускать!
— Сволочь ты! Выманил у меня вещи, а сам кинул!
— А что было делать? Ты бы вещи просто так наверняка не дал бы. Так что пришлось применить хитрость, — крикнул он и вновь ударил по рукам. — Да отцепись ты, говорю! Индивидуальный телепорт не предназначен для группы. Сейчас мана в резервуаре кончится, и мы из-за тебя упадём!
— Ну и пусть упадём! Зато если я в город не попаду, то не попадёшь и ты!
— Да как ты не понимаешь⁈ Тебе ничего толком не будет — ты впервые попался, а меня за побег опять в тюрьму посадят! И срок добавят! Отпусти! — взмолился он и в истерике стал ещё сильнее брыкаться, стараясь избавиться от меня.
— Нет! — отверг его предложение я, морщась от боли, но руки с лодыжки не убрал.
Магастер ещё что-то хотел было крикнуть в ответ, но вместо этого у него вырвалось:
— Всё! Хана! Мана закончилась! Мама! МАМА!!!
Чёрно-белый туннель неожиданно исчез, мир вновь обрёл краски, и мы полетели по траектории подбитого самолёта вниз.
Маг, как главный пилот, облачённый в доспех, словно в лётный комбинезон, летел первым, а я, как второй пилот, так и не отпуская его ногу, планировал вслед за ним.
Не прошло десяти секунд, и наша пара — ведущий и ведомый — с воплями и криками спикировала прямо в распростёртое от горизонта до горизонта заросшее тиной и травой зелёное болото.
С грацией падающего утюга мы вошли в него, как горячий нож в масло.
«Бух!» — раздался громкий звук, и во все стороны света полетели брызги воды, донный ил и ошмётки тины.
От такого удара об воду я чуть не потерял сознание.
«Всё, это конец! Сейчас болото полностью утянет меня к себе на дно, и, не имея в лёгких воздуха, я утону», — пронеслось в голове.
Но сдаваться я не собирался, а поэтому стал энергично двигать ногами и руками, стремясь как можно быстрее оказаться на поверхности. Да, я знаю, что в болоте как раз трепыхаться не стоит. По правилам выживания нужно двигаться медленно и аккуратно, чтобы болотная масса не затянула тело в себя. Но в этот момент мне было не до правил.
Я пытался найти дно, чтобы упереться в него ногами и, оттолкнувшись, всплыть. Но, к своему ужасу, не мог ничего найти. Секунда шла за секундой, а трясина не отпускала меня. Воздух заканчивался.
Понимая это, я чисто на инстинкте начал извиваться так, что ни одному выживальщику до меня и не снилось.
И, к счастью, это возымело положительное действие. Секунда, другая, третья — и я наконец нащупал ногой что-то твёрдое, оттолкнулся от него и с огромным облегчением вынырнул на поверхность.
«Ура, камень! Ой, как мне повезло!» — обрадовался я и встал на этот спасительный островок твёрдости среди хлюпающей жижи.
Но радовался я рано. Камень оказался неустойчивым. То ли течение (хотя какое может быть течение в болоте?), то ли подвижки потревоженного слоя ила или грунта давали о себе знать — твердь под ногами немного двигалась, и стоять на нём было крайне неудобно.
Я прекрасно понимал, что упасть с этой тверди сейчас, когда я устал и у меня всё тело болит, равносильно смерти. Судя по всему, болото старое, за годы в нём накопилось много глины и суглинков, поэтому засосать в свои объятия доброго путника оно было вовсе не против, а очень даже за.
Помирать вот так глупо я категорически не хотел, поэтому всеми силами старался устоять на камне, ударяя по нему ногой с целью вбить его в грунт как можно плотнее.
Некстати завибрировал идентификатор, но обращать внимание на это я сейчас совершенно не собирался.
«Потом посмотрю».
Сейчас передо мной стояла лишь одна задача — во что бы то ни стало удержаться на камне и выжить любой ценой.
Через минуту ударов и прыжков валун, наконец, успокоился, вероятно, найдя своё место в грунте, и двигаться перестал. Стоять стало значительно удобнее.
Идентификатор вновь завибрировал.
— Не до тебя сейчас, — устав, выдохнул я и, встав на носочки, вытянул шею как можно выше, чтобы не хлебать мутную воду, которой и так за время трепыхания наглотался вдоволь.
Осмотрел унылый пейзаж вокруг и, поняв, где очутился, немного приуныл.
Картина, открывшаяся моему взору, была воистину печальной.
Засохшие деревья, квакающие лягушки, тина и грязь, сухие сломанные ветки и ворохи листьев, а также завалившиеся на бок пни и поросшие сухой травой кочки абсолютно не вселяли оптимизма, а, наоборот, делали и без того плохое настроение полностью отвратительным.
«Беда, — вздохнул я. Однако горевать ни времени, ни смысла не было, поэтому обвёл взором округу ещё раз и задал себе насущный вопрос: — Ладно, попасть я сюда попал. А как будем выбираться?»
Спереди болотная тина. Справа, метрах в
