– Он переехал в Рио, чтобы угодить Глории, – робко возразила она.
Эмилия покачала головой.
– Он переехал по необходимости. Уговори он ее жить в Белу-Оризонти, она все равно большую часть времени проводила бы здесь. Глория – единственная дочь, шестой ребенок в семье после пяти братьев.
– Поздний, избалованный и испорченный ребенок, – подхватила Нина, – и болезненно привязана к своей семье, особенно к матери.
– Она советуется с дражайшей мамочкой по любой мелочи, – добавила Эмилия.– Лукас понимал, что с рождением детей – а Глория забеременела практически сразу – она будет таскать их к бабушке при малейшей возможности и держать там как можно дольше. А он хотел быть детям настоящим отцом, быть с ними постоянно, потому и принял единственно возможное решение – поселиться в Рио.
– У Лукаса и Глории, кроме детей, не было ничего общего, – заявила Нина.
Эмилия кивнула.
– Она говорит только о них да еще о братьях и родителях. Ничто другое эту наседку не интересует.– Она скорчила гримасу.– Глория поймала Лукаса в не самый для него лучший момент.
– Кажется, Диего, как-то сказал, что отец женился, чтобы кого-то забыть, – вспомнила Нина, – но что это за женщина… Лукас был человеком скрытным, никого не посвящал в свои личные дела.
– Хотел он кого-то забыть или нет, но он определенно плохо соображал, когда женился на Глории, – заявила Эмилия.
Нет, подумала Кристел, он думал о моей матери.
– Где они познакомились? – спросила она.
– На свадьбе одного из братьев Глории. Лукаса пригласили, потому что он был дружен с отцом невесты.
Отодвинув стул, Нина встала.
– Мужчины, наверно, уже беспокоятся, не случилось ли чего с нами, – сказала она.– Не пора ли возвращаться?
Когда они вошли в зал, огни на танцевальной площадке были притушены, а оркестр играл медленную, плавную мелодию. Заметив приближающуюся к столику Кристел, Диего глазами указал на танцующих, а когда она согласно кивнула, поднялся на ноги. Он молча подошел к ней и обнял. Ночь пронзил мягкий, тоскующий голос саксофона, Кристел обвила руками шею Диего. Мелодия соблазняла, как и прильнувшее к ней тело. В толпе танцующих двигаться было трудно, они просто покачивались в такт музыке.
Оркестр все играл, и Диего прижался щекой к ее волосам. Он притянул ее к себе так близко, что грудь касалась его груди, а бедра ощутили весь жар его желания. Кристел почувствовала ответную реакцию. Эротический импульс между ними становился все сильнее, заставляя кипеть ее кровь и тяжелеть грудь. Диего взглянул на нее.
– Кристел, – прошептал он. То было первое его слово, казалось, он пробует его на вкус, как хороший коньяк.– Кристел, – повторил он тихо и наклонил голову.
Он коснулся губами ее губ, она почувствовала его влажный язык на своих зубах, и сердце ее бешено забилось. Они перестали делать вид, что танцуют, просто стояли среди толпы, тесно прижавшись друг к другу. Поцелуй тянулся, становясь все более страстным, пока наконец, видимо побоявшись потерять контроль над собой, Диего не отстранился.
– Не возражаешь, если мы уберемся отсюда и отправимся домой, в постель? – спросил он.
Затуманенным взором Кристел посмотрела на него. Сердце куда-то провалилось, кружилась голова. И тем не менее она точно знала, что он имеет в виду – его глаза говорили красноречивее слов. Она с трудом перевела дыхание. Кристел, хоть и решила не отказываться от романтического приключения, до сих пор держала свои эмоции под контролем. Но почему бы один раз не нарушить все правила?
Встав на цыпочки, Кристел поцеловала его в щеку.
– Пошли, – сказала она.
5
Они торопливо распрощались с удивленными, но лукаво улыбающимися друзьями. Всю дорогу до дома, не занявшую много времени– улицы были практически пусты, – никакие сомнения не закрались в душу Кристел. Не появились они и в лифте, который вез их из подвального гаража наверх и где Диего обнял ее и поцеловал. Но когда лифт остановился, двери раскрылись и он отпустил ее, она испугалась, внезапно осознав, что, согласившись заняться с ним любовью, она вступает на опасную эмоциональную территорию.
Диего достал ключи из ее сумки и отпер дверь, а Кристел тем временем пыталась убедить себя, что она в общем-то ничего не обещала. Она вошла в холл. Им вовсе необязательно ложиться в постель, это не подразумевается само собой. Или подразумевается? Да. Или нет? Мысли разбегались. Даже если она на какое-то время оказалась в плену своих гормонов, путь к отступлению еще не закрыт. Диего ее капризы могут не понравиться, но он не станет заставлять ее силой. Так что ей сказать?
Стянув ленту со лба, Кристел рукой взлохматила волосы. Сказать, что решила, будто он предложил вернуться домой в отдельные спальни? Или пожаловаться на внезапную головную боль? Или прикинуться дурочкой и сказать: извини, радость моя, но идея трахнуться уже не кажется мне такой соблазнительной?
– Ты заметил на балу двойника Элвиса Пресли? – только и спросила она.
Диего запер дверь на ключ.
– Прости?
– Там парнишка оделся Элвисом Пресли. Не отличишь!
– Так-так, – неопределенно промямлил Диего.
– Он еще танцевал этим особым шагом, как Пресли, не знаю, ты заметил или нет, – продолжала трещать Кристел.– Мне очень понравилось. Давно мечтала сама так научиться.
Она прислонилась к стене в холле. Диего оперся ладонями о стену с обеих сторон ее головы.
– Да что ты говоришь?– Он наклонился к ней.
– Да.– Кристел снова попыталась улыбнуться. Она все не могла решить, какой путь к отступлению выбрать, поэтому продолжала болтать без умолку. Ей хотелось бы оказаться поближе к двери в свою спальню, но он держал ее как в клетке.– Еще мне хочется уметь танцевать ирландские танцы.– Продолжала она.– Ты их видел? Дрыгаешь ногой…
Диего наклонился еще ближе.
– Заткнись, – сказал он и поцеловал ее. Она не успела ему помешать, а когда его губы коснулись ее губ, Кристел потеряла способность сопротивляться. Губы раскрылись ему навстречу, впустив его язык, немедленно разжегший в ней первобытное пламя. В нем сгорели все сомнения и опасения. Кристел разжала пальцы, и лента упала на пол. Она обняла его за талию. Ей страстно хотелось, чтобы они любили друг друга. Она хотела отдать ему себя всю без остатка. Никогда в жизни Кристел не испытывала ничего подобного.
Диего, похоже, сразу почувствовал эту перемену в ее настроении и выпрямился. Он привлек ее к себе одной рукой, а большим пальцем другой начал гладить чувствительную ложбинку за ухом. Снова поцеловал, нежно и требовательно, потом его губы начали исследовать ее шею и плечи.
Одна рука коснулась ее упругой груди и скользнула вниз, вдоль живота к бедру.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
