– Приехали, – сообщила ей Робин, изображая оживление.
Брюки и куртка, надетые на Уэнди, были слишком тонкими, особенно для ребенка, привыкшего к жаркому климату. Однако она, не замечая мороза, выскочила из машины и смотрела широко распахнутыми глазами на высившееся перед ней здание.
– Почти такой же большой, как наш дом! – воскликнула Уэнди, от потрясения забыв на мгновение о повадках бывалого человека. Но тут же спохватилась и снисходительно произнесла:
– Неплохо.
Ничего не изменилось с тех пор, как я уехала, с облегчением отметила Робин, войдя в отделанный деревянными панелями холл. Старинные напольные часы, которые она так любила, тикали по-прежнему громко и размеренно.
Дубовый сундук, который они откопали в лавке старьевщика на окраине, стоял в дальнем углу. Картины и другие предметы обстановки занимали те же места, которые она когда-то для них выбрала. Если и в других помещениях все осталось в неприкосновенности, ей может показаться, что она никогда отсюда не уезжала.
Уэнди немедленно пустилась в исследования, взлетев по широкой раздвоенной лестнице со скоростью, которую способны развивать лишь очень юные особы.
Внеся багаж. Пол швырнул его на пол и вопросительно поднял брови, заметив, что Робин не торопится пройти дальше.
– Ни к чему церемонии, – сказал он. – Это по-прежнему настолько же твой дом, насколько и мой. Миссис Мэрфи будет исправно посещать нас после уик-энда, так что нам не придется заботиться о еде. Сегодня мы пообедаем где-нибудь в городе.
– А сейчас? – пытаясь скрыть охватившие ее чувства, спросила Робин. – Я могла бы приготовить что-то вроде завтрака.
Темные брови снова подпрыгнули вверх.
– По-прежнему состоящий из, почерневшего бекона и яиц с растекшимися желтками?
Она невольно улыбнулась.
– Придется рискнуть.
– Что за жизнь без риска? – Серые глаза, изучавшие ее, потемнели при виде бледного лица в обрамлении тяжелых золотистых волос. – Робин…
Что бы он ни собирался сказать, его прервал крик, донесшийся сверху:
– Какая комната будет моей?
– Вторая дверь от лестницы направо, – откликнулся Пол. – И не прыгай на кровати! В отеле ты чуть было не проломила потолок.
Ответом ему было лишь хихиканье – само по себе обнадеживающее, учитывая недостаток смеха в короткой жизни Уэнди.
Пол тоже рассмеялся и вновь перевел на Робин взгляд, лишенный теперь прежней глубины.
– Завтрак приготовлю я. А ты можешь сварить кофе.
Направляясь в кухню, он снял пальто из верблюжьей шерсти и небрежно бросил на стул в коридоре. Великолепные, сшитые на заказ брюки и свитер светло-серого цвета прекрасно смотрелись на его подтянутой сильной фигуре.
«Непринужденность в пути – залог комфорта», сказал он, когда они одевались перед полетом на Ямайку в начале медового месяца. Этой максиме с тех пор следовала и сама Робин, сейчас одетая в свободные брюки из твида и бежевую замшевую куртку. Шикарная непринужденность, конечно. К другому ни он, ни она не привыкли.
Несколько мгновений назад Пол, казалось, готов был сказать что-то важное, думала она, бросая куртку поверх его пальто и медленно следуя за ним. Хотя это вряд ли было бы то, что она больше всего хотела от него услышать.
Представься ей возможность начать все сначала, Робин повела бы себя совсем по-другому. Он хотел, чтобы его жена поступала как взрослая женщина.
А что получил? Капризную девчонку, которая постоянно испытывала его терпение. В определенной степени я продолжаю заниматься этим и теперь, осознавала Робин. Только это его больше не заводит. И, похоже, не в одном из смыслов.
Уэнди с сияющим лицом скатилась с лестницы.
– Сказка! – объявила она, окончательно и бесповоротно отбросив хладнокровную снисходительность. – Просто сказка! Можно мне выйти на улицу?
– У тебя нет подходящей обуви, да и одежды тоже, – напомнила ей Робин. Давай сразу же после завтрака возьмем машину и поедем по магазинам. За это время снег никуда не денется.
– Если верить прогнозам, он никуда не денется еще по крайней мере пару дней, – заметил Пол, слышавший последнюю фразу, поскольку они уже вошли в кухню.
Он достал из холодильника упаковку бекона и, вскрыв ее ножом, разложил ломтики на решетке и вставил ее в уже разогревшийся гриль. Уэнди наблюдала, как он ловко режет помидоры и вслед за ними грибы.
– Вы не любите готовить? – спросила она у Робин, которая занялась кофе.
– Не очень, – призналась та. – Наверное, потому, что у меня неважно получается.
– Папины подружки тоже не умели, – деловито сообщила девочка. – Он говорил, что все они годятся лишь для одного.
Робин заметила, как губы Пола сжались, а костяшки руки, орудовавшей ножом, побелели. Затаив дыхание, она ждала, когда Уэнди продолжит свою мысль. Но та, ничего больше не сказав, в ожидании завтрака отправилась обследовать первый этаж.
– Если бы мой зять был жив, я бы убил его своими руками! – мрачно воскликнул Пол.
– Если бы он был жив, Уэнди здесь не было бы, – заметила Робин. – Через год она, возможно, уже о многом забудет.
– А где через год будешь ты? – спросил, он тем же суровым тоном.
Ей хотелось бы быть здесь, и только здесь, но признаваться в этом она не собиралась.
– Не знаю, – спокойно, насколько возможно, ответила Робин. – Полагаю, все зависит от того, как долго продлится бракоразводный процесс.
– А тут и Шон пребудет во всеоружии к моменту его окончания.
Нестерпимое желание заставить Пола замолчать превратило ее язык в ядовитое жало.
– Его хватает на более долгое время, чем когда – либо хватало тебя! – Она пожалела о своих словах, едва они сорвались с языка. – Пол, я не…
И на этот раз появление Уэнди оставило недосказанным нечто важное. На маленьком личике вдруг появилось выражение тревожного ожидания.
– Вы ругались? – спросила она.
Робин выдавила улыбку.
– Конечно нет. Мы просто разговаривали.
– Не лги ей! – резко сказал Пол, И более спокойно добавил:
– Взрослые иногда злятся друг на друга по самым ничтожным поводам, Уэнди.
– Знаю. – Она говорила так, словно находила это вполне естественным. Папа вечно устраивал скандалы.
– Ну а мы больше не будем, – заверил ее Пол, бросив многозначительный взгляд в сторону Робин.
– Не будем, – согласилась она, мысленно скрестив пальцы. – Это было в первый и последний раз. – И перешла на более легкий тон:
– Как насчет того, чтобы помочь мне накрыть на стол?
Аппетит Уэнди более чем соответствовал размерам тарелки, которую поставил перед ней Пол несколько минут спустя. Чего нельзя было сказать о Робин.
Порция казалась ей непомерной, особенно учитывая состояние, в котором она находилась. Она украдкой бросила взгляд на Пола, пытаясь догадаться, о чем тот думает, и, как всегда, безуспешно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
