искала, совершенно не там! Энциклопедии могли о чем-то умалчивать, если ничего значимого с научной точки зрения герои моих сновидений не открыли. А вот газеты тех времен молчать о подобных происшествиях не стали бы. Значит, мне нужно отыскать подшивку газет той поры. Я с трудом дождалась конца занятий, чтобы, побросав в сумку вещи, поспешить в библиотеку.
К моему разочарованию, газетных подшивок в школе было негусто. Несколько специальных изданий, связанных с магтехникой и педагогикой, – вот и весь выбор. Надо полагать, я так заметно разочаровалась, что мэм Пинч не смогла не поинтересоваться, зачем мне, собственно, понадобилась такая малоценная для учеников вещь, как старые газеты. Повезло мне дважды. В том, что мэм Пинч и мэтрисс Роджерс были подругами, и в том, что мэм Пинч нежно любила историю и всякого рода архивы.
– Это вам в библиотеку Далвертона надо, милочка. Вот где отличная подборка книг, и подшивки газетные имеются. Мэтрисс Роджерс сама туда частенько наведывается. Да, Далвертон ценит свою историю, и краеведческий музей там отличный. Хотя, раз вы у мэтрисс Роджерс на дополнительных занятиях, вам от него и так не отвертеться. А библиотеку очень рекомендую.
Вот так и вышло, что ближайший выходной я провела в Центральной библиотеке Далвертона. Алисия проводила меня до самого здания, но дышать со мной пылью веков отказалась наотрез.
Первым делом я взялась за написание небольшого сообщения по заданию мэтрисс Роджерс. Довольно быстро покончив с ним, я надела перчатки и с трепетом принялась листать подшивки газет столетней давности. Конечно, сами газеты хранились с защитными артефактами, и перчатки помогали работать с ними максимально аккуратно, но осознание того, что я прикасаюсь к живой истории, к тому, что когда-то было свежим, новым, актуальным, определенно волновало. Первые полчаса. А потом я с головой погрузилась в ворох пожелтевших листов, пытаясь отыскать в этом огромном стоге сена маленькую иголку.
От напряжения строчки начали сливаться, и разобрать что-либо стало сложно. Я просмотрела почти все, что по датам относилось к Смуте. И не нашла ничего – ни упоминания фамилии Солсбери, ни сообщений о внезапной гибели мага-водника.
Через час должна была вернуться Алисия, и мне уже казалось, что я просмотрела, упустила важное, и вообще вряд ли мне что-то удастся разузнать. Я подавила приступ уныния и продолжила листать подшивки. Добралась до последнего года правления Ригарда Второго, подивилась новостям из раздела светской хроники. И вдруг наткнулась на небольшую заметку в тревожной темной рамке:
С прискорбием сообщаем, что в ночь с 22-го на 23-й день второго месяца осени в городском особняке рода Винтеров произошло несчастье. В результате трагического случая при магическом эксперименте пострадали пятеро младших представителей аристократических семей. Их наставник, глава рода Винтер, лорд Уильям Граймс Винтер погиб, защищая своих подопечных. Сами молодые люди – Эдвин Алджертон, Ридли Винтер, Клайв Солсбери, Теренс Хелльдехейм и Матильда Голдвинг доставлены в Королевскую Лечебницу в тяжелом состоянии. Подробности трагедии выясняются отделом Магического Контроля.
Я перечитала эту заметку несколько раз, но так и не поняла ее смысла. Пять последних имен, вот что казалось самым важным. Эд, Рид, Лай, Тери, Тилль… Еще одно доказательство того, что они действительно были. Дрожащей рукой я записала их полные имена на последнем листе своих конспектов по истории и только потом обратила внимание на огромное несоответствие.
«Магический эксперимент»? «Защищая своих подопечных»? Как все это можно было принять за магическую практику? Даже Тилли, не обладающая даром, сразу поняла, чего ожидать от этих «экспериментов». И какова роль отца Рида в этой всей истории? Вряд ли Магконтроль не смог выяснить, что там произошло на самом деле. Почему же все подано именно так? Алджертоны, Хелльдехеймы – эти древние магических роды в нашей стране были известны всем. По крайней мере, всем, кто когда-либо учился в средних классах и изучал историю родного государства. Одни из основных зачинщиков Смуты, мечтавшие вернуть монархию и власть старейших магических родов. Сильнейшие в своем даре. Алджертоны – менталисты, специализирующиеся на иллюзиях: нынешним магам остается только мечтать о подобном могуществе. Хелльдехеймы – маги смерти, внесшие огромный вклад в развитие магической науки и особенно преуспевшие в запрещенной сейчас военной морталистике. Оба рода уничтожены как главные виновники Смуты и разжигатели гражданской войны.
«Мой род тоже намерен примкнуть к нему», «Они окажут ему поддержку», – внезапно всплыли в памяти обрывки моего сна. Алджертоны и Хелльдехеймы собирались оказать поддержку… Кому, лорду Винтеру? Он должен был возглавить восстание? Спаси, Источник. Жестокий тиран, имеющий доступ к магии крови. Неудивительно, что Тилли и ее друзья готовились к самому худшему. И если бы не то, что с ними случилось, кто знает, как повернулось бы колесо истории.
Все смешалось в моей голове, я уже ничего не понимала, но механически продолжала листать подшивку, пробегая глазами заголовки статей.
Один заголовок все же смог привлечь мое внимание. «Зафиксировано самое значительное снижение уровня силы Источника за двести лет». Сосредоточившись, я начала внимательно читать статью. «Группа исследователей из отделения Магического Контроля сообщает, что зафиксировала резкое снижение уровня силы Источника. Причины выясняются. Около двухсот лет назад ученые связали подобное явление с незаконными исследованиями магии крови. После этого данное направление магии категорически запрещено в нашем государстве».
– О, книжный червяк! Ты все копошишься в своих газетках? – звонкий голос, показавшийся оглушительным в тишине читального зала, возвестил о том, что Алисия вернулась. – Ну-ка закругляйся. Тут на соседней улице есть вполне приличная кондитерская, я уже голодна как дикий зверь.
Я машинально захлопнула папку с подшивками. Перед глазами еще плясали мушками буквы. Да, Алисия, пожалуй, права. Пора заканчивать на сегодня.
– Нет, Эмма, ты мне не нравишься. Пропылилась насквозь в своей библиотеке. Вся эта историческая ерунда тебе явно не на пользу, – в очередной раз завела свою шарманку огневичка, когда мы подходили к ШРАМу. И я хотела было ей ответить, но заметила силуэты, направляющиеся в нашу сторону.
– Эй, Уилби, давай отойдем, поговорить надо, – голос Стена я узнала раньше, чем опознала в отлепившейся от стены тени его хозяина. И была уверена, что подруга в свойственной ей манере объяснит ему, куда он может направиться со своими разговорами. Но Алисия удивила. Произнесла задумчиво: «Ну давай поговорим». И тихо бросила мне: «Не уходи, я скоро».
Парочка переговорщиков отошла в сторону. Слышно их не было, но я внимательно следила за ними. Мне казалось, что хамоватый белобрысый тип может обидеть мою соседку. Неудивительно, что я не заметила, как приятели Стена подошли ко мне.
– Надеюсь, ты не против компании двух приятных кавалеров? – спросил невысокий тощий парень, весь какой-то вертлявый, словно собранный из шарниров.
– И где же
