курс полевой фортификации и маскировки. Пусть он посмотрит.
Звери прогулялись по пустырю, обнюхивая кусты и делясь впечатлениями.
– Вот тут неплохое место для пикника. Площадка повыше, сухо, поместится несколько двуногих.
– Сразу чувствуется, что вы образованный! – восхитилась шакалица. – Я бы не подумала, что надо выше, мне казалось, что можно сесть в тени, в маленьком овраге. Там прохладнее.
– При залповом ливне зальет и придется выплывать, – объяснил волк. – Я кое-что запомнил про окопы. Укрепления надо строить на высоте. Но, как я и говорил, мой двуногий разбирается в этом лучше. Пусть посмотрит нору. И площадку. Вам будет удобно, если он зайдет вечером?
– Удобно, – заверила шакалица. – Мы совершенно свободны.
– Нам надо вытащить коробки из комнаты и заказать уборку. А потом, после того, как перекусим – зайдем.
Пакет и контейнер волк придавил камнем – «двуногий потом заберет» – и побежал за шакалицей, показывавшей ему второй путь с пустыря. Тропка была еще уже, вела через захламленную территорию, огороженную кирпичным забором с многочисленными проломами.
– Раньше здесь был склад вторсырья. Потом его закрыли из-за нарушения правил техники безопасности после небольшого пожара. Сейчас иногда приезжают, спиливают молодые деревья и кустарники. И выпалывают хмель.
– Склад рушится, – отметил волк.
– Да, – закивала шакалица. – Я хожу в стороне от зданий, чтобы на меня не упал кирпич или рама окна.
Волк проводил шакалицу до подъезда, попрощался и рысью убежал к себе. Шакалица забежала в квартиру, кувыркнулась на ковровом покрытии в гостиной, добежала до тюфяка, растянулась и начала восхищаться волком. Олеся долго слушала оду уму и красоте, а потом напомнила, что ей надо принять душ и прихорошиться до того, как придет майор Грачанин.
«Не знаю, как ты ела это мороженое, но хвост и бок в сладких сосульках».
«Ладно, – согласилась шакалица. – Только громко не думай. Не мешай. Я буду мечтать».
Велько явился вечером, но засветло. С огромным пакетом кукурузных палочек. Хрустя, поздоровался с дядей Серафимом, заседавшим на лавочке возле подъезда, кивнул Олесе, выглянувшей в дверь.
– Будете? – спросил он, протягивая Олесе пакет.
– Нет, спасибо, – отказалась та, глядя на сахарную пудру, прилипшую к темной щетине.
– Давайте на нору посмотрим, – предложил майор Грачанин, хрустя и утираясь запястьем.
Дядя Серафим, навостривший уши, чуть не упал с лавочки.
– Пойдемте по асфальту, – предложила Олеся, стараясь не думать о том, какие слухи сегодня разнесутся по Плодовому переулку.
Они вышли на тротуар. Дед Онисим дождался, пока они подойдут к его балкону, перегнулся через перила и прокричал:
– Товарищ майор! Посодействуйте, пожалуйста! Если вы, своей властью, выставите возле кустов пост наблюдения и составите график дежурств, никто не осмелится протестовать! Я вам помогу составить график! Я сам буду дежурить! Мы должны…
– Не сейчас, – отмахнулся Велько и залез в пакет за очередной пригоршней палочек. – У меня чрезвычайная семейная ситуация. Улажу проблемы, потом обсудим туалетно-озеленительные вопросы.
От фразы «чрезвычайная семейная ситуация» Олеся оторопела. И отмерла после того, как прожевавший палочки майор Грачанин спросил у неё:
– А, вот, кстати… я могу вас попросить об одолжении?
– Смотря о каком, – осторожно ответила Олеся.
– Мне надо…
В кустах хрипло мяукнули. Велько зарычал. Кот зашипел и сбежал. Майор Грачанин повернулся к Олесе и сообщил:
– Мне надо купить шкаф. Небольшой, низкий, с ящиками. И диван. И, наверное, коврик. Вы мне сможете помочь? У вас мебель красивая. Подскажете, где брали?
– Шкаф какой: одежный, книжный, смешанного типа?
– Не знаю, – пожал плечами Грачанин. – Мне для ребенка. Чтобы он всякую чепуху туда складывал. Можно два шкафа. Для одежды и для чепухи. Завтра приедут и уберут в квартире. За это время хорошо бы мебель купить, чтобы к его приезду поставить. А то комната пустая.
Накатила горькая волна разочарования. Намечтали себе всякого – и она, и шакалица – а на деле вот оно как. Ребенок.
– Я его забираю на три дня. Не мотаться же вместе с ним по магазинам, – майор заглянул в пакет с палочками, а потом посмотрел прямо в лицо Олесе – с некоторым сомнением. – Вы помните, где мебель покупали или нет?
– Помню, – сглатывая комок в горле, ответила она. – У меня телефон администратора салона есть, я вам дам. Подберут, что захотите. У них мебель не очень дорогая, но качественная.
– Отлично! – повеселел Велько, направляясь к пролому в ограде склада. – И коврик надо. А то там линолеум с дыркой. Мне-то всё равно, а если вдруг проверка приедет, могут прицепиться. Меня предупредили, что в холодильнике должно быть молочное, соки и всякое здоровое питание. Это тоже надо будет купить.
– Какая проверка? Мать предупредила? – спросила удивленная Олеся.
– Нет, работники соцзащиты.
– Извините… – Олеся окончательно запуталась и решила задать прямой вопрос. – Это ваш ребенок?
– Вроде того, – ответил майор, загребая большую жменю палочек. – Я на него алименты плачу, по заявлению матери. Решил его забрать ненадолго, пока отпуск. Волк с ним побегает, а еще можно будет устроить шашлыки на пустыре. Если вы нам разрешите.
– Конечно. Пустырь к вашим услугам, – пробормотала Олеся, лихорадочно обдумывавшая информацию. – Велько, а вы… вы справитесь с ребенком?
– Пф-ф, – фыркнул тот. – Чего с ним справляться? С одним ребенком никаких проблем нет. Да и с двумя тоже. С тремя уже сложнее, но терпимо. А вот дальше – хана.
– Откуда вы знаете? – потеряв осторожность, спросила Олеся.
– Оттуда, – пожал плечами Велько. – У меня семеро младших братьев. Я и перепеленать могу, и кашу сварить, и в школу на собрание сходить. А Нежданчик тихий. Главное ему шкафчик купить и чепухи, какую захочет. Так. Вижу холм. Подержите пакет, мне надо в нору заглянуть.
За разговорами Олеся не заметила, что они уже пересекли пустырь. У майора Грачанина появилась возможность осмотреть нору своими глазами, а у неё – сложить добытые факты и попытаться получить цельную картину. И если у Велько дело продвигалось – он и холм обошел со всех сторон, и померил жердью глубину оврага и норы, то у неё ничего не складывалось. Если Велько платит алименты, значит, это его сын? А почему «вроде того»? Сейчас отцовство устанавливается по суду, на основании результатов генетического теста. Правду выяснить несложно, не то, что в былые времена.
– В общем, так, – изрек Грачанин, отряхивая руки и забирая у неё остатки палочек. – Надо всё переделывать. Будут расходы. И времени понадобится немало.
– К расходам я готова.
– Это хорошо, – кивнул майор. – Надо заказать и привезти несколько бетонных блоков. Я прослежу, чтобы их правильно установили. Может понадобиться бульдозер. Ненадолго, максимум пара часов. Нору придется копать заново. Вход неправильный, нужен перепад высоты для защиты от осколков и сохранения тепла.
«Какой он умный!..» – восхищенно тявкнула шакалица.
Олеся, потрясенная размахом работ и внушительностью формулировок, молча смотрела на майора Грачанина.
– Спальные отнорки рыть на уровень выше, во избежание затопления, на укрепленный вход поставить стальную дверь, вокруг норы разместить камеры видеонаблюдения. При желании можно сигнализацию и датчики движения.
