— Я не люблю сидеть в четырех стенах. Ты знаешь, как чувствуется присутствие в таких местах множества глаз?
— Нет, — тупо ответил Бак. — Ничего такого не знаю. Что ты имеешь в виду?
— Да нет, ничего, — подавленно ответил Барри, — просто мне так кажется. Разве ты не замечал, как тесно в помещении? Ведь там трудно дышать! Даже одежда становится мала и неудобна.
— Тогда мы останемся на улице.
Барри кивнул, улыбнулся и махнул рукой Барту. Черный пес улегся на землю, и Дэн сел, скрестив ноги, опершись о мохнатый бок волка. Дэниелс последовал его примеру, но не так элегантно. Он напряженно размышлял и стал скручивать сигарету, пытаясь заполнить паузу.
— Полагаю, ты обрадуешься, узнав новости о друзьях, — сухо произнес он наконец.
Барри сидел, сложив руки на коленях и устремив вдаль рассеянный, как у ребенка, взгляд. Он мог бы позировать для статуи беспечности.
— Каких друзьях? — спросил он наконец.
Бак чиркнул спичкой, но сразу же настолько задумался, что огонь обжег ему пальцы. Выругавшись, Дэниелс отбросил ее и зажег следующую. Он сделал несколько длинных и глубоких затяжек, прежде чем снова заговорил:
— Тех, которых ты знал. Я думаю, что ты их совершенно забыл, верно?
Бак прищурился, в его глазах мелькнуло нечто похожее на ужас.
— Кети Камберленд? — медленно проговорил он.
Лицо Барри просветлело.
— Кети Камберленд? — повторил он. — Как она, Бак? Последнее время я постоянно ее вспоминал.
Дрожь пробежала по телу Дэниелса, его миссия могла закончиться довольно успешно.
— Кети? — переспросил он. — Ну, с ней все в порядке. А вот с Джо Камберлендом — нет.
— Нет?
— Он умирает, Дэн.
— Он ведь довольно стар, полагаю, — спокойно заметил Барри.
— Стар? — с ужасом спросил Бак. — Да, он стар, достаточно стар. Но неужели тебе не известно, почему он умирает? Только потому, что ты ушел, Дэн. Вот что его убивает.
Барри задумался.
— Кажется, я понимаю, — медленно произнес он. — Если бы мне пришлось потерять Сатану или Барта… — Огромный пес заскулил при упоминании своего имени, и Барри положил изящную руку на покрытую шрамами голову друга. — Если бы я их потерял, я бы тоже, наверное, горевал о них.
Бак стиснул зубы.
— Не думаю, чтобы, — произнес он с раздражением, — человек скучал по другому человеку так, как ты убивался бы по своей… собаке, да? Но все-таки! Джо умирает из-за тебя, Дэн, словно именно ты всадил ему пулю в живот.
Дэн помолчал, нахмурился и сделал неопределенный жест.
— Ты что, даже не собираешься ничего предпринять? — спокойно спросил Бак.
— А что я могу сделать?
— Боже милосердный, неужели в тебе не осталось ничего человеческого?
— Не понимаю, что ты имеешь в виду, — мягко улыбнулся Барри.
— То самое! Ты что, не в состоянии сесть на коня и поехать со мной на ранчо Камберлендов? Останься там со стариком, пока он не поднимется на ноги. Неужели это ужасно сложно? Или ты так ценишь свое время, что не находишь нужным потратить несколько дней на старого Джо?
— Но я собираюсь возвращаться, — обиделся Дэн. — Они не должны на меня сердиться, Бак. Я думал о Кети каждый день… почти.
— С каких пор?
— Не знаю, — забеспокоился Дэн. Он посмотрел вверх, Бак взглянул в том же направлении и увидел стаю диких гусей. — Я двигался на север в сторону ранчо Камберлендов, — продолжал Дэн и со вздохом добавил: — Я вспоминал голубые глаза Кети, Бак, ее волосы, ее мягкий голос. Он звучит в моих ушах. Ее образ стоит перед глазами. В последнее время я постоянно двигался к ним.
— В таком случае, парень, — заорал Бак, — что же тебя здесь задержало? Прыгай в седло, и мы через десять минут двинемся на север.
— С удовольствием! — страстно выдохнул Дэн. — Мы помчимся словно ветер!
— Тогда поехали.
— Подожди, — ледяным тоном остановил его Барри, — я кое-что забыл.
Бак посмотрел на своего спутника и заметил в нем странную перемену. На лице Барри застыло холодное выражение, в глазах вспыхнул бесчувственный блеск.
— Я здесь должен кое-чего дождаться.
— Чего?
— В городе есть человек, который наверняка захочет со мной встретиться.
— Мак Стрэнн! Я слышал о нем. Дэн, ты намерен позволить Джо умереть, потому что тебе не терпится подраться с головорезом?
— Я не хочу драться, — возразил Барри. — Меньше всего на свете люблю драки!
Бак тихо и длинно выругался.
— Дэн, и ты можешь так спокойно сидеть и врать мне прямо в глаза? Я же видел тебя в действии! Помню, как ты преследовал Джима Сайлента! А ты забыл, как мы все собирались и упрашивали тебя держаться подальше от него. Но ты послал все к черту, лишь бы заполучить в свои руки Джима. Боже милосердный, парень, разве я не видел твое лицо, когда ты сжал пальцы на горле бедняги?
Выражение крайнего отвращения промелькнуло на лице Барри.
— Прекрати! — мягко приказал он и поднял изящную руку. — Не надо больше об этом. Мне от этого плохо. О, Бак, мои пальцы до сих пор покалывает… с тех самых пор, как я сжимал его горло. И я чувствую себя грязным — и эту грязь невозможно смыть водой и мылом. Лучше мне умереть самому, чем снова с кем-то драться.
Пока Дэн произносил свой монолог, выражение величайшего изумления появилось на лице Бака, словно он услышал, как здоровый человек отказывается от хлеба и мяса. Губы его шевельнулись, но ему удалось сдержаться и не улыбнуться.
— Тогда все совсем просто, — серьезно произнес Бак. — Ты ненавидишь драки. Этот джентльмен Мак Стрэнн их обожает, живет ими. Он только изо дня в день и ждет, с кем бы сцепиться. Что делать? А вот что! Ты садишься на коня и уезжаешь вместе со мной, Джерри отдает концы, Мак бросается искать тебя, но поскольку ему говорят, что ты уже отсюда отбыл, уезжает и забывает о тебе. Проще некуда, верно?
Прежнее беспокойство вернулось в устремленные вдаль глаза Дэна.
— Трудно сказать. Может, ты и прав…
И Барри снова замолчал.
— Какие у тебя есть возражения? — отчаянно настаивал Бак.
— По-моему, никаких, — смущенно покачал головой Барри, — но все же думаю, что Мак будет ужасно разочарован, когда его брат умрет, а меня не окажется поблизости.
Бак, моргая, уставился на Дэна и грубо расхохотался. Сатана рысью пересек корраль и, подняв голову над оградой, мягко заржал. Барри повернулся и улыбнулся коню. Затем он объяснил:
— Мне кажется, если Джерри умрет, я останусь кому-то что-то должен. Кому? Маку, полагаю. Я вынужден остаться и предоставить ему шанс.
— Надеюсь, — взорвался Дэниелс, — что Мак изобьет тебя до полусмерти! Вот так!
Глаза Барри расширились.
— Почему ты на это надеешься? — вежливо осведомился он.
