Я по-прежнему интересуюсь им. Более того, теперь я специально занялся им и питаю надежды, подкрепляемые моими лабораторно-практическими исследованиями, довести начатое Вами дело до конца… Кое-какие приборчики моей конструкции позволяют мне проводить целый ряд интересных исследований, которыми в недалеком будущем я надеюсь поделиться с Вами…»
Последнее письмо В. П. Глушко своему учителю отправил 26 августа 1930 года. В нем молодой инженер — уже сотрудник ленинградской Газодинамической лаборатории, автор первого в мире электротермического двигателя — поднимает, в частности, вопрос о ракетоплане, то есть о создании летательного аппарата, где вместо винтомоторной группы был бы поставлен реактивный двигатель. Считая нецелесообразным ставить подобный двигатель на обычный самолет, В. П. Глушко пишет Константину Эдуардовичу: «Ясно, что смысл имеет реактивный летательный аппарат, как самостоятельная конструктивная единица. Комбинация же самолета с реактивным двигателем имеет смысл только в применении к разгону и торможению самолетов реактивным путем». На конверте письма К. Э. Циолковский написал: «Глушко (о ракетоплане). Интересно. Отвечено». Идея использования реактивных двигателей для разгона самолетов нашла свое воплощение через десять с лишним лет, в годы Отечественной войны.
…В кабинет вошел Валентин Петрович. Мы продолжаем беседу.
— Человечество скоро отметит двадцатилетие космической эры. Кого из людей в плеяде первооткрывателей космоса вы бы назвали первыми?
— Следует подчеркнуть, что во всех этих и других свершениях по исследованию Вселенной огромны заслуги многих ученых, конструкторов, инженеров, рабочих, многих научно-исследовательских, конструкторских и производственных организаций. Но в плеяде первопроходцев космоса первым назвал бы академика Сергея Павловича Королева. На долгие годы меня связала с ним преданность любимому делу, взаимная заинтересованность друг в друге.
— А вам бы хотелось самому, Валентин Петрович, побывать в космосе?
— Это моя мечта. Верю, что удастся создать космические корабли, в которых сможем летать и мы, люди пожилого возраста. Герои-космонавты обещали покатать меня вокруг Земли, — улыбнулся ученый. — Думаю, что они сдержат свое слово. Народ они обязательный.
(Продолжение читайте на стр. 106.)
Валентин Петрович подошел к книжному шкафу, достал из него огромный атлас Луны и раскрыл его. На первой странице атласа рукой Гагарина написано: «Мы были бы счастливы, дорогой Валентин Петрович, если бы нам довелось «прокатить» Вас хотя бы вокруг нашей матушки Земли в знак большого уважения и благодарности за ту помощь, которую Вы оказали нам при выходе на орбиту». И подписи Гагарина, Титова, Николаева, Поповича, Быковского, Терешковой, Комарова, Феоктистова, Егорова, Беляева, Леонова.
— А какой цветок, Валентин Петрович, вы бы взяли с собой в полет на одну из планет?
— Розу, и только розу. Она красива, как ни один цветок на Земле. Ее тонкий аромат, мне кажется, лучше всего напомнит о родной планете.
— А если говорить о музыке?
— Взял бы пленку с записями произведений Чайковского, Бетховена, Шопена и Верди.
Мы возвращаемся в разговоре к любимой теме В. П. Глушко — ракетам.
— Полеты в глубины Вселенной потребуют создания ракет иного класса?
— Конечно…
(Окончание читайте на стр. 107.)
Ученый с увлечением рассказывает о проблемах ракетостроения, смело заглядывая в завтра. По его мнению, ракеты будущего смогут подниматься в межпланетное пространство комплексом двигательных установок, состоящих из жидкостных ракетных двигателей (ЖРД), ядерных (ЯРД) и электрических ОРД).
Старт и полет подобных ракет представляется Валентину Петровичу так: на стартовой площадке включаются двигатели, работающие на химическом топливе, а потом, когда ракета-носитель вынесет корабль за пределы плотных слоев атмосферы, — ядерные ракетные двигатели. Последними начнут работать электрические двигатели небольшой тяги, но способные, однако, на больших расстояниях сообщать космическому кораблю огромные скорости. В будущем подобные ракеты-носители найдут широкое применение.
— Вы говорите о ракетах-носителях как о средстве для путешествия во Вселенную. А чем ракеты-носители могут быть полезными на Земле?
— Поверьте мне, когда-нибудь появится организация Гражданский ракетный флот. В любую точку земного шара люди смогут попасть в самое короткое время — со стартом и приземлением — за час. Мощные ракеты-носители станут поднимать многоместные комфортабельные корабли. Ученые, конструкторы, инженеры разных стран вынашивают планы сооружения таких гигантов. Сотни космодромов покроют Землю. С одних мы сможем осуществлять старты во Вселенную, а с других — в земные пункты. Вероятнее всего, космические корабли станут крылатыми: возвращаясь из путешествия, при входе в атмосферу они выпустят крылья, спланируют, мягко опустятся на Землю.
— Будущее авиации под угрозой, ракеты вытеснят самолеты?
— Нет, конечно нет. Но на дальних земных трассах протяженностью в 10–20 тысяч километров они смогут оказаться незаменимыми. Ко всему сказанному нельзя не добавить: ракеты-носители по-прежнему будут выполнять свои рабочие обязанности — выносить на орбиты Земли и других планет автоматические и пилотируемые научные станции, метеорологические спутники, спутники связи, помогать в строительстве «эфирных поселений», о которых мечтал Константин Эдуардович Циолковский, — и, одним словом, все то, что необходимо для освоения космоса в интересах блага людей.
— Из нашей беседы нетрудно понять, что Циолковский для вас идеал ученого. Что, по-вашему, Валентин Петрович, должно составлять главную черту человека, посвятившего себя науке?
— Их несколько. Влюбленность в избранную им область знаний, с тем чтобы безраздельно принадлежать только и только ей. Умение вовремя отказаться от всего, что может увести в сторону. Понимание общественной полезности той области знаний, которой посвятил свою жизнь. В этом случае труд становится источником вдохновения и радости, как бы он ни был сложен. Уметь мечтать. И еще одно качество, без которого не мыслю подлинного ученого. Это прозорливость— умение смотреть хотя бы на два поколения вперед. Всеми этими качествами обладал Константин Эдуардович Циолковский. Он нам пример.
— И последний вопрос. Что бы вы хотели сказать, Валентин Петрович, тем, кто продолжит изучение космоса?
— В добрый путь! Человек в космосе — это гимн человеческому разуму, апофеоз науки и техники. Это уже не фантазия романистов, как сотни лет назад, не теоретически доказанная учеными принципиальная возможность, как десятки лет назад, а воплощенная в жизнь реальность. Кто из нас не мечтал в юные годы оказаться в числе пионеров, осваивающих космические дали? Иные еще с отроческих лет посвятили всю свою жизнь достижению этой чудесной цели. Не беда, что потратившие на это большую часть своей жизни дожили до седых волос и не им пришлось совершить первые орбитальные полеты в кабине космонавта. Молодые, отлично натренированные испытатели-космонавты, сыны нашей социалистической Родины, призваны бороздить с космическими скоростями черное, вечно сверкающее звездами небо.
Дети чудесной планеты Земля! Вам открыты двери во Вселенную. Смело устремляйтесь в бездонный космос, изучайте и осваивайте его! Вы — его хозяева.
В добрый путь, космонавты!
* * *
Валентина Петровича Глушко и дважды Героев Советского Союза летчиков-космонавтов СССР Алексея Леонова и Валерия Кубасова связывает многое. Работа, встречи
