Три футляра с отобранными комиссаром украшениями остались лежать на столике, и у Юрбека мелькнула мысль: «Интересно, на шее какой красавицы окажутся столь роскошные драгоценности?» Однако Томба отмел непрофессиональные вопросы и вернулся к бизнесу:
– Рекомендую обратить внимание на мужские перстни, комиссар. Алир придумал удивительно элегантные линии.
– Давайте посмотрим…
Однако перейти к разделу «Перстни мужские, уникальные, дорогостоящие» господам не удалось. В стеклянную дверь магазина – металлическую штору по случаю визита Сантьяги подняли – принялся рваться плечистый коротышка в черных кожаных шмотках и красной бандане.
– Мля! Пустите, а! Мне нужно! Пустите скорее! Пожалуйста!
Господа переглянулись.
– Служащий? – ехидно поинтересовался нав.
– Сейчас его выбросят, – пообещал недовольный Юрбек, делая знак охранникам. Два люда, размерами и силой напоминающие молодых носорогов, решительно двинулись к дверям. Ближайшие перспективы обладателя красной банданы стали вырисовываться в печальном свете, однако Сантьяга неожиданно решил помочь будущей жертве службы безопасности.
– Пусть спросят, что ему надо.
У Юрбека отвисла челюсть:
– Вы серьезно?
– Это Копыто Шибзич, – негромко произнес комиссар. – Он знает, что ему по карману только одно приобретение в вашем магазине – разрешение помыть полы. И он видел, что здесь я. Ему что-то нужно, и мне интересно – что?
– Ну, раз вы настаиваете… – Замершие было люды получили от Томбы кивок и продолжили движение к дверям. – Надеюсь, я успею проветрить помещение до появления посетителей.
– У вас отличная система кондиционирования.
– Устанавливала фирма моего двоюродного брата, – тут же сообщил Юрбек. – Кстати, а как с этим вопросом обстоят дела в Цитадели?
– Отлично, – не стал скрывать Сантьяга.
– Ремонт давно делали?
– Сразу после войны.
– Какой из них?
– Победоносной.
– Значит, недавно…
Тем временем люды ввели Копыто. Один подтолкнул уйбуя к господам, а второй приволок и поставил рядом с дикарем деревянный ящик.
– Я проверил, внутри все чисто.
– Нету тама динамита, я тебе сразу сказал, – окрысился на охранника уйбуй. После чего обернулся к господам, умильно улыбнулся, на всякий случай стянул с черепа бандану и протараторил: – Здравствуйте, а я к вам за помощью и поддержкой, потому что все меня обманывают и тиранят.
Маленькие глазки Копыто с надеждой уставились на Сантьягу. Нав остался невозмутим. Юрбек же, решивший, что понял причину появления уйбуя, поморщился и вытащил из кармана бумажник:
– Дам десятку, только проваливай!
– Мне десятка не нужна, – гордо отрезал Копыто.
– На большее не рассчитывай, пропойца.
– Мне правды нужно.
– Какой? – не понял Томба.
– Правды? – приподнял брови Сантьяга.
Неожиданная просьба заинтриговала.
– Можно я из ящика достану? – с интонацией заправского престидижитатора осведомился дикарь.
– Надеюсь, там ничего отрезанного нет? – забеспокоился Юрбек. И тоскливо посмотрел на Сантьягу: – Комиссар, у меня приличный магазин.
– Только отпиленное, – попытался успокоить шаса Копыто.
Получилось не очень.
– Спящий свидетель…
Томба побледнел. Охранники напряглись.
– Доставайте. – В глазах комиссара блеснули озорные огоньки.
Копыто открыл крышку, вновь осклабился, после чего извлек на свет статуэтку толстого мужчины. Проникающие через витрину солнечные лучи радостно заиграли на разноцветных камушках, украшающих скудную одежду золотого толстяка.
– Любопытно, – прищурился Юрбек. – Ну-ка, дай посмотреть!
Почуяв прибыль, Томба понял, что может вполне обойтись и без свидетельства Спящего.
Сантьяга же задумчиво потер подбородок.
– А вот отпиленное! – Уйбуй торжественно представил господам толстую золотую руку.
– Где взял? – строго спросил шас, внимательно изучая захваченную статуэтку через непонятно откуда взявшуюся лупу. – Только честно!
– У меня все честно, – заверил Томбу повеселевший Копыто.
– Разумеется, разумеется… – Юрбек ласково провел пальцами по камням и посмотрел на Сантьягу: – Работе не менее трех тысяч лет. Судя по некоторым деталям, делали чуды. Точно скажу после экспертизы.
– Это изображение Галла, – обронил комиссар.
– Галла… – Томба прищурился, вспоминая, о чем ему говорит это имя, а затем широко распахнул глаза: – Вы шутите?!
Сантьяга подошел к ящику, заглянул в него, рассмотрел остальную добычу дикаря, после чего осведомился:
– Копыто, где вы взяли эти вещи?
– Все по чесноку, комиссар, – осторожно ответил уйбуй. – Мы с пацанами в натуре под землю лазали, с големами рубились отчаянно, потом…
– Достаточно. – Сантьяга перевел взгляд на шаса. – Это подлинники, Юрбек. Если нужно, Темный Двор даст официальное подтверждение.
– Значит, челам не продашь…
– Зато коллекционеры из Тайного Города эти раритеты с руками оторвут.
– Пожалуй.
Устроить новую шумиху после того, как спадет ажиотаж вокруг коллекции от Алира, или объявить о появлении необычных сокровищ прямо сейчас, пока клиенты взбудоражены? Ни о чем другом Юрбек думать не мог.
– Тока ты эта… Правильную цену давай, давай. – Копыто понял, что шас заинтересовался, и немедленно, правда, несколько развязно, обозначил свои приоритеты. – А то я человскому скупщику товар снесу, в натуре? Для правды, мля.
В следующий миг опомнился, испуганно поглядел на комиссара, но тот, к огромному облегчению и некоторому удивлению уйбуя, смотрел не на него, а на Юрбека. С улыбкой смотрел.
– Может, его все-таки выбросить? – поинтересовался Томба, ласково поглаживая статуэтку. – В зале сразу станет чище. И выгоднее.
Люды обозначили движение. Копыто съежился, но тем не менее продолжил гнуть свою линию:
– Точно говорю: снесу отсюдова, и всё!
– Это вопиющее нарушение режима секретности, – скучно заметил Томба, все еще надеясь на понимание со стороны комиссара. Напрасно надеясь.
– Юрбек, предложите нашему гостю цену, – негромко произнес Сантьяга. – Вполне возможно, что до вопиющего нарушения режима секретности дело и не дойдет.
Спорить с навом шас поостерегся. Молча присел перед ящиком на корточки и принялся по очереди извлекать из него статуэтки. Фантазией их авторы не страдали, все изваяния изображали одного и того же толстяка, а отличались работы лишь размерами да количеством драгоценных камней. Провозившись с «товаром» несколько минут, Юрбек поднялся на ноги и назвал цену. Судя по которой Томба решил ограничиться всего лишь двумя сотнями процентов чистой прибыли.
После чего недовольно осведомился:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
