унижены, но до сих пор от них не последовало никакого ответа. Проверь их. Возможно, это и есть то, что мы с тобой упускаем из виду.
— Сделаю, — ответил пан Гриневич и сбросил звонок.
Британия. Город Лондон.
— Одно из двух, или он что-то знает, или ему похрен на китайца, — произнес британец, который первым встретил Мирона в ресторане.
— Это вряд ли. Если бы он что-то знал, то уже что-то начал бы делать или просто свалил отсюда. Он осторожничает. Если бы он сразу бросался в любую авантюру, то был бы уже мёртв. Нужно усыпить его бдительность, — ответил ему второй британец.
— Да я уже скоро сам усну в ожидании, а то и состарюсь. Почему он медлит?
— Потому что он не идиот, и никогда им не был. Его наверняка насторожило затишье. Его богу объявили войну, идёт война корпораций, его семью пытались убить, а сейчас вдруг разом всё прекратилось. Так не бывает, вот он и пытается понять с какой стороны ему ждать удара. Я бы на его месте поступил точно так же, — ответил третий британец.
— Может, тогда на него устроить покушение? — предложил первый.
— Нет, нам остаётся только ждать и дать ему безнаказанно делать то, что он хочет. Он определённо знает, что это мы стоим за похищением китайца и, наверняка, подготовит что-нибудь интересное. Вот только если он войдёт в бункер, он оттуда уже не выйдет, как и китаец. Нам нужно только, чтобы он зашёл туда. Там он и пролежит, пока его не заберет руководство. Жаль нельзя убивать эту падаль. Я бы его в этом бункере и похоронил бы.
— И сколько нам ждать? Он уже неделю как приехал и только и делает, что ходит в ресторан, да гуляет. Может прищемить китайцу яйца и снять это на видео? Вдруг тогда он поторопится?
— Это вряд ли, наоборот, заподозрит неладное. Сейчас на нас играет время. Чем дольше нет китайца, тем быстрее развалится китайская корпорация, а Зубареву это не нужно. Поэтому когда он убедится, что никакого подвоха нет, начнет действовать. Просто наберитесь терпения, джентльмены. Британия всегда славилась своим терпением. Так не будем же нарушать традиции, подождём.
Британия. Город Лондон.
Несколько дней я усиленно делал вид, что мне на всё похрен, и вот я, наконец, дождался звонка от пана Гриневича.
— Слушаю, — ответил я на звонок.
— Нам нужно встретиться.
— Через сколько тебя забрать?
— Через час я буду на месте.
— Договорились, — ответил я и сбросил звонок, после чего пошёл демонстративно собираться на изнанку. Я прекрасно знал, что за мной следили, но следили ненавязчиво, издалека. Они даже не смогли бы прослушать мои разговоры, если бы я не ставил полог тишины.
Через час я забрал пана Гриневича и отвёл его в мой замок. Поцеловав жён и детей, сказал, чтобы нас не беспокоили, и заперся с ним в своём кабинете.
— Докладывай, — велел я ему.
— Вы оказались правы, господин, мы не с той стороны искали. Пихтоев действительно затаил злобу на вас и Лемурова. Всё это время он копал под вас, причём со всех сторон. И добился очень неплохих результатов. По факту он сам вас обложил в Детях Ночи. У него куча шпионов в вашей корпорации, причём на высоких должностях. Он собирался подмять под себя вашу корпорацию, но ему не хватает данных по ней, поэтому и медлит. Он уверен в том, что у вас много козырей в рукаве, и всё это время пытался выяснить, как вы подстраховались и, что можете противопоставить ему.
Причём копает он не только под вас, но и под Лемурова и когда вашего тестя арестовали, не обошлось без его помощи, однако пока он тоже не рискует перехватывать его бизнес. Он очень терпеливо и медленно готовит свою месть. А тут на днях ему поступило предложение. Причём тоже от членов Детей Ночи. И, надо сказать, он сильно этому обрадовался. В общем, в этой папке полный расклад на Пихтоева и всех, кто с ним связан. Да и ещё кое-что. В папке это есть, но я решил озвучить вам это лично.
Антон Пихтоев лично поведёт армию под землёй в ваши владения. Причём, говоря под землёй, я не имею в виду ваши тоннели. Под его командование отданы сильнейшие из доступных у них магов земли. Ему была обещана Алина. Он хочет с ней поиграть и унизить, перед тем как убьёт. Он просил всех трёх жён, но ему разрешили взять только её.
— Ясно. Спасибо за работу. Я, правда, ценю то, что ты для меня делаешь, и поэтому хочу отблагодарить. Что бы ты хочешь получить? Свободы, денег, власти?
— Это всё у меня есть кроме свободы, но и она мне, по сути, не нужна, поскольку не будет её настоящей, даже если вы меня отпустите.
— Тогда чего же ты хочешь?
— То что, я хочу невозможно, потому что я тот, кто я есть. И даже если я откажусь от личности пана Гриневича, то меня в покое никто не оставит и рано или поздно убьют. Мне придется жить постоянно оглядываясь.
— Так ты хочешь начать всё с чистого листа, и жить обычной жизнью обычного аристократа?
— Я бы даже сказал провинциального аристократа далёкого от придворных интриг и желающего жить в тишине и спокойствии, где-нибудь на окраине в тихой глубинке.
— Что ж, я могу тебе это организовать.
— Я и сам себе могу это организовать, только за мной рано или поздно придут.
— Не придут. Туда невозможно прийти просто так. Желаешь взглянуть?
— Желаю, — с недоверием ответил пан Гриневич.
— Тогда сегодня переночуешь у меня в замке, а завтра мы с тобой кое-куда сходим. Сейчас можешь быть свободен, мне нужно изучить документы, которые ты принёс, и продумать план противодействия.
— Спасибо, Мирон Викторович. Я там, кстати, накидал
