эта квартира. Представьте себе, он собирался настелить ламинат в гостиной. Паркет ему, видите ли, скрипел. Наглец! Никакого вкуса и воспитания. Еще и связь с секретаршей! Немудрено, что он убил Лизу. Заманил на яхту и сбросил в воду. Ему родная дочь стала мешать! Он на Алексу смотреть не мог, все убегал и дверями хлопал. А ведь единственно путное, что он сделал в своей жизни, — это моя внучка. Впрочем, и тут его заслуги на пару минут. Девочка безумно талантлива, вся в мать. Всех женщин в роду Армазаровых Бог целовал в макушку при рождении. Певицы, скрипачки, художницы, артистки… Помню, Сережа Бондарчук сказал как-то: «Эх, Райка…»
— Минуточку! — внезапно прервала сама себя старушка и нацелила мундштук Ватсону в солнечное сплетение. — Вы кто такие?!
— А… мы по поводу смерти вашего зятя, — попятился Ватсон, растерявшись от внезапности атаки. — Меня зовут Джон Ватсон. Это Шерлок Холмс, а это криминалист Антон Гирдяев. Мы бы хотели расследовать это дело. Нам кажется, что тут не все так очевидно, Раиса… э-э-э…
— Ты можешь называть меня просто по имени, годы еще позволяют, — отмахнулась Армазарова сухонькой ручкой. — Этих двоих знать не знаю. А ты, голубчик, не сынок ли Софочки Ватзо́н? Глаза больно похожи. И в фигуре что-то общее…
— Моя фамилия Ватсон, я из Лондона. — Ватсон беспомощно оглянулся на Холмса. У того в серых глазах скакало веселье.
— Ничего, и там, чай, люди живут, — посочувствовала Раиса и перешла к делу. — Что же вы собрались расследовать, когда все ясно? Степана убила эта шлюшка бездомная, секретарша Кира. И все из-за тех же денег и квартиры! Еще духи Лизонькины не выветрились, а он уже притащил ее ко мне на порог! На том смехотворном основании, что часть квартиры теперь его. Что там квартира! Это ведь родовой дом семьи Армазаровых! Герб видели под крышей? Если бы не революция, разве бы прозябала я в этой халупе? Я, Раиса Армазарова!
— Хороша халупа… — пробормотал себе под нос Гирдяев и обратился к старушке:
— Мадам, вы и способ убийства знаете?
Раиса умудрилась посмотреть на длинного криминалиста так, что роста в нем как будто поубавилось. На лице бывшей артистки появилось такое выражение, как если бы с ней заговорила вдруг морская свинка. Уши Гирдяева порозовели.
— Способ известный, молодой человек. Кира его отравила. — Старушка приложила мундштук к губам и выпустила в воздух кольцо дыма. — В полиции решили, что Степан умер от инфаркта, бестолочи! Если вам охота выяснять очевидное, извольте. Только имейте в виду — не заплачу ни копейки! Знаю я эту моду, деньги вымогать. Вместо того чтобы за зарплату свою работу делать, только чаю ведро выпьют и паркет грязью затопчут…
— Мы на чай не претендуем, мадам, — невозмутимо заверил Холмс. — Нам бы место осмотреть, где обнаружили тело…
Раиса Армазарова решительно втянула в себя воздух, но, натолкнувшись на твердый взгляд Холмса, моргнула, выдохнула и только пожевала губами.
— Прямо идите, — буркнула бывшая артистка. — Мимо кабинета не промахнетесь. Смотрите, что хотите. А я пока, пожалуй, ложки в буфет приберу. Ходят всякие, потом снотворное свое найти не могу…
Раиса эффектно забросила хвостик хорька себе на плечо и двинулась прочь, покачивая костлявыми бедрами не без изящества. Вдруг высокий каблук ее туфли скользнул по паркету, старушка проделала лихое антраша и чудом не грохнулась, успев вцепиться в дверь. Столкновение ее тела с деревянным косяком произвело сухой бильярдный звук, который заглушил свирепый вскрик:
— Твою ж мать!
— Обратите внимание, как ложится мазок в этой части картины! — восхитился Холмс, хватая Ватсона за рукав, тем самым напрочь пресекая его попытку броситься на помощь. — Как постепенно желтый переходит в шафран…
Гости заинтересованно склонились к полотну.
* * *
— Почему-то мне кажется, что Степан сам искал встречи с пауком, — проворчал Ватсон. — Не знаю, какой была Елизавета, но быть врагом Раисы — врагу не пожелаю.
— Не забывайте, Раиса Армазарова была очень неплохой актрисой. Никогда не знаешь, какую роль она разыгрывает перед тобой, — покачал головой Гирдяев. — Когда надо, старушка переплюнет Щепкина. Я бы не сбрасывал ее со счетов. Если будет доказано, что Степана убила Кира, и Киру посадят, Раиса становится опекуном несовершеннолетней внучки. Тогда квартира целиком достается великой Армазаровой, как и доходы от бизнеса Степана. А это приличные деньги!
— Круг заинтересованных лиц начинает вырисовываться. Полагаю, это комната Киры? — Холмс толкнул приоткрытую дверь.
С широкой кровати сползал на пол небрежно брошенный шелковый черный халат в белых цветах. Распахнутые зеркальные дверцы шкафа открывали ряд мужских костюмов и сорочек. На полу перед шкафом лежал почти полный чемодан с откинутой крышкой.
— Кира куда-то собиралась? — Ватсон заглянул в чемодан.
— Или не успела разобрать вещи после поездки в Египет, — предположил Холмс. — Осторожно, Антон!
Гирдяев замер, протянув руку к стильной серебряной ручке на туалетном столике. Движением фокусника Холмс извлек из кармана резиновые перчатки. Аккуратно взяв ручку за концы, он повернул и снял колпачок. Вместо стержня торчала тонкая игла.
— Это же инсулиновый шприц! — удивился Ватсон, рассматривая иглу. — Но диабетом болеет Алекса, что делает ее шприц в спальне Киры?
— Видимо, нас хотят убедить в том, что это Кира сделала смертельные инъекции, имитируя следы от укуса насекомого. — Холмс закрутил колпачок и убрал ручку в полиэтиленовый пакет. — Антон, нам нужно узнать содержимое шприца и выяснить, есть ли на нем отпечатки. Вдруг преступник оказался излишне самоуверенным или беспечным? Кстати, насчет уколов — такое возможно в принципе?
— Учитывая, что Степан был пьян и спал, проделать это было не сложно… — кивнул Ватсон. — Но что если инъекции действительно сделала Кира?! Воспользовалась шприцом Алексы и убила мужа. Она наследница первой очереди, часть квартиры и денег Степана достаются ей. Учитывая преклонный возраст Раисы, Кира вполне может стать опекуном Алексы. У нее весьма убедительный мотив, в этом Раиса права.
— Если на то пошло, уколы могла сделать и Алекса. Шприц-то ее. Диабетики — люди опытные, они делают инъекции с закрытыми глазами, — азартно включился в обсуждение криминалист. — Подобрать препарат, который бы стимулировал инфаркт, конечно, сложнее, но ничего нет невозможного для умелого пользователя интернета…
Ватсон решительно возмутился:
— Антон, ты видел девочку? Это больной ребенок! Ребенок, потерявший мать, а через год отца! Господи, да ей же пятнадцать лет…
— Вариантов становится все больше, а дело все любопытнее. — Холмс привычным движением откинул темную прядь со лба. — Кстати, о больном ребенке. Самое время побеседовать с Алексой. Где же наш розовый эльф?
Алекса сидела на кровати в наушниках, подложив под спину гору цветных подушек, и увлеченно рисовала в блокноте. Девушка ритмично покачивалась в такт
