Прозвучало шесть гудков, прежде чем раздался хриплый голос.
— Что?
— Маттиас, мне нужна твоя помощь.
Кентавр зарычал в трубку.
— Бонни. В последний раз, когда наши пути пересеклись, с небес посыпались молнии и гром, словно сам Тор жаждал мести. Будь осторожен со своими следующими словами.
— Когда мы сражались, я был новоиспечённым, но ты знаешь больше всех других на свете, а я в отчаянии. Я предоставлю тебе убежище на моих землях до конца твоих дней в обмен на любую информацию, которая окажется полезной. — Деклан заставил себя расслабить хватку, чтобы не сломать телефон. — Что ты знаешь о древнем клане ведьм Дулин?
— Они все мертвы.
— А что, если нет?
В трубке воцарилась тишина, и Деклан взглянул на экран, надеясь, что кентавр не бросил трубку. А потом последовал серьёзный ответ:
— Тогда вся раса вампиров должна быть осторожна. Ты знаешь, что твой сир с ними сделал. А почему ты интересуешься мёртвыми кланом?
— Потому что мне кажется, что я встречал одну из них. Кормился от неё. И Маттиас, у неё прекрасная кровь. Мощная. Ни сравнимая ни с чем, что мне довелось пробовать.
— Последний известный вампир, питавшийся от ведьмы Дулина, сгорел менее чем через полдня. — Кентавр хихикнул высоким тоном, несвойственным его голосу. — Будь осторожен. Смотри не кончи, как он.
Деклан сел за стол и потёр затылок, пытаясь решить, как много рассказать кентавру.
В Дублине есть горстка вампиров, желающая смерти Деклану, ещё фейри и оборотни, которых интересует лишь выживание своего вида… так что его судьба — и судьба Райли — может быть, решена.
— Ты мне не нравишься, Бонни, но знаю о твоих попытках остановить убийства, и уважаю их. Я не хочу, чтобы с тобой покончили.
Это самое близкое к миру, из того, на что мог надеяться Деклан, поэтому рискнул.
— Маттиас, серебро на меня не действует. Не так, как следовало бы. Но верю, что именно поэтому могу питаться от Райли. Но она умирает… или думает, что умирает. Отравление тяжёлыми металлами.
— Давным-давно, когда я был ещё мальчишкой, в нашу деревню пришла ведьма, — сказал Маттиас. — Самая прекрасная из всех встреченных мной. У неё сияла кожа. Я ходил за ней по пятам несколько дней, а потом несколько местных оборотней решили, что она слишком большая угроза, и попытались покончить с ней.
— Времени на долгие истории нет, кентавр. Переходи к делу.
Его Райли где-то там, и пока он ходил, изучал и ждал захода солнца, слышал её голос, умоляющий помочь. Плачущий. Он проецирует? Или связь настолько сильна? Деклан бросил взгляд на экран, проклиная те полчаса, которые остались до захода солнца.
— Их магия связана с эмоциями. Когда стая пришла за ней, девушка испугалась. Она не знала, кем была. Альфа её укусил… оторвал руку. Я прятался на опушке леса, наблюдал. Бонни, это было похоже на то, что сам дьявол обрушил свою силу на мир. Ведьма кричала, и её кровь впитывалась в землю. Остальные члены стаи окружили её и рычали так, словно собирались разорвать на куски. А потом Альфа начал скулить. Девушка… перестала быть красивой. Её глаза покраснели, и она кричала что-то, чего я так не понял. Затем лес начал реветь. Деревья вырвало с корнем, земля задрожала, и ветер поднял грязь и камни вокруг волков. Когда всё, наконец, успокоилось, девушка лежала в центре бойни… целая и невредимая. Пришёл один из местных старейшин и увёл её.
Всё это было совсем не похоже на его Райли. Конечно, она была сильна, но не призывала магию, чтобы спастись от банды Патрика.
— Я не понимаю, какое это имеет отношение к Райли.
— Если она не знает, что она такое, и не использует магию или не знает, как это сделать, это может убивать её.
***
Деклан припарковал Ауди в переулке позади отеля. Он не заставит Райли говорить с ним или вернуться в его замок, но должен спросить. Надо было хотя бы в последний раз услышать её голос.
Бегом поднимаясь по лестнице, он старался не обращать внимания на холодный, твёрдый комок, образовавшийся в груди, и острый привкус страха в горле. Райли в порядке. Она, очевидно, добралась до отеля, когда рассвет был уже не за горами. Ни один вампир не смог бы добраться до неё.
При взгляде на Деклана, можно было сказать, что он получил сильнейший солнечный ожог, рискнул покинуть дом до того, как темнота полностью захватила небо, полагая, что сильная тонировка в машине не даст ему взорваться. От его рук поднялась лишь пара завитков дыма. Он остановился в нескольких шагах от её номера. Нет. Дверной косяк расколот, вывеска «Не беспокоить» едва ли прикрывала повреждения. Медленно вдохнув, он втянул воздух. Слабый намёк на цитрусовые. Что-то болезненно сладкое. Страх. Страх Райли. С рычанием он толкнул дверь. Постельное бельё смято, стул опрокинут, а открытая сумочка Райли валялась на полу. Её бумажник, ключ от номера и пузырёк с рецептурными разжижителями крови вывалились на пол. Она ушла не по своей воле. Но как? Пробежав руками по одеялу, он ощутил знакомый запах. Охотник. Тот, которого Деклан — и он поставил бы на это всё своё существование — пощадил. Её запах задержался в коридоре, и Деклан пошёл за ним до служебного лифта, затем на боковую улицу. Тут её след обрывался.
— Чёрт возьми! — Деклан ударил кулаком по кирпичной стене, хрустнув костяшками, и осколки красной глины дождём посыпались на его ботинки. — Думай, кретин. Куда они её отвезут?
Куда-нибудь в укромное место. На окраину города
— У меня её лекарства, — раздался мужской голос из-за угла. — Что, блин, такое Ривароксабан?
Таблетки Райли. Ублюдок, должно быть, всего в нескольких шагах впереди и наверняка знал, где Райли. Он приведёт Деклана прямо к ней. Выглянув из-за угла, он увидел невысокого коренастого мужчину, отпиравшего дверцу старого потрёпанного седана. Деклан на всей скорости бросился к охотнику, прежде чем тот успеет сказать ещё хоть слово тому, кто был на другом конце провода.
Выхватив мобильник из руки охотника, и нажав кнопку отключения звука, Деклан пригвоздил человека тёмным взглядом, зачаровывая и заставляя молчать.
— Ты продолжишь разговор, не скажешь обо мне и не предупредишь соратников. Потом отведёшь меня туда, где держите женщину. Понял?
— Да, — прошептал мужчина. Его расширенные зрачки выдадут состояние подчинения, но на то, чтобы убить каждого охотника между ним и Райли много времени не нужно. Охотник снова взял телефон и подтвердил, что вернётся через пятнадцать минут, затем повесил трубку.
— Отлично, как тебя зовут человек?
— Найджел.
— Садись в машину, Найджел, и отвези меня к Райли.
17
Райли
Перевернувшись, она застонала, когда ссадины на руках запульсировали. После того, как она колотила в дверь, казалось, полчаса, упала из-за головокружения и едва смогла доползти до кровати и забраться на тонкий матрас. Райли не собиралась спать, но не смогла держать тяжёлые веки открытыми.
Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату вошёл Томми с диким взглядом.
— Ты издеваешься, чёрт возьми?
Прежде чем она успела ответить, он сжал мясистыми пальцами её предплечье так крепко, что она задохнулась от боли.
Райли слишком устала и ослабла, чтобы сопротивляться, когда он вытащил её в главную комнату и толкнул на стул, а затем привязал запястья, чтобы она не могла встать.
— Твоя кровь ни хрена не делает. Не так, как раньше.
Он обвязал резиновой трубкой её предплечье, и Райли попыталась отдёрнуться и начать вырываться, но Томми позвал Эвана, который надавил ей на плечи, пока Томми связывал ей лодыжки.
— Не сопротивляйся, девочка. Он просто вырубит тебя и всё равно возьмёт кровь, — прошептал Эван ей на ухо.
— Мне больно, — выплюнула Райли и посмотрела на Томми, когда он ввёл иглу ей в вену и заклеил пластырем. В душе начал расти узел гнева и разочарования, согревая изнутри, хотя Райли чувствовала, что слабеет с каждой секундой, и комната начала вращаться. Охотник отступил, и Райли ахнула, впервые хорошо разглядев его с тех пор, как он ворвался в отделанную серебром камеру. Он был в полном беспорядке. Серая футболка вся в багровых пятнах, лицо и руки в синяках.
