Читаем без скачивания Вован-дурак. Киносценарий (СИ) - "Bobruin"

ДАФНА: Согласна, пускай раздувает.

АСТОРИЯ: Дафна? Гарри?

ДАФНА: Тори! (плачет)

АСТОРИЯ: Где я?

ГАРИК: Ты в Больничном крыле, мы тебя из кабинета Локхарта притащили.

АСТОРИЯ: А что...?

ГАРИК: Он хотел с тобой очень нехорошо сделать. Мы не дали.

АСТОРИЯ: И ты тоже?

ГАРИК: Да, я его сам лично из своего револьвера подстрелил, а потом сдал мадам Боунс, пускай она теперь с ним разбирается...

АСТОРИЯ: Спасибо тебе...

ПОМФРИ: Тише вы все! Больной нужен покой!

Гарик, Сьюзен и Дафна выходят из кабинета. Кадр меняется, и снова Большой Зал, надпись «На следующий день». Студенты и преподаватели завтракают, но посреди завтрака в зал входит Амелия в сопровождении нескольких авроров и следователей.

ДАМБЛДОР: Амелия, чем обязан на этот раз? Почему Вы снова мешаете учебному процессу?

АМЕЛИЯ: И снова по тому же самому, Дамблдор, и снова из-за одного из Ваших преподавателей.

ДАМБЛДОР: Интересно, и кто же на этот раз?

АМЕЛИЯ: А Вы ещё не знаете? Вчера вечером я арестовала Гилдероя Локхарта по обвинению в растлении малолетних, взяв его с поличным при попытке очередного изнасилования.

ДАМБЛДОР: Безусловно, Вы преувеличиваете, Амелия. Да, мистер Локхарт имеет немного скандальную репутацию, но это же не повод…

АМЕЛИЯ: Я ему сейчас так репутацию испорчу, что люди будут плеваться при одном только упоминании его имени! Мной уже установлено как минимум три случая растления школьников, причем все жертвы – сплошь ученицы первых трёх курсов. А задержан он был при попытке изнасилования Астории Гринграсс, первый курс Хаффлпаффа, на счастье, мы успели вовремя. Вам предъявить доказательства? Так они будут! Ваш Локхарт сидит сейчас в изоляторе Аврората, и его усиленно допрашивают. До его работы в Хогвартсе мы ещё даже не дошли, но и того, что он уже наговорил, вполне достаточно на Поцелуй!

ДАМБЛДОР: Амелия, ну что же Вы так жестоки к людям? Возможно, Гилдерой немного вышел за рамки дозволенного, но чтобы из-за этого ломать ему жизнь?

АМЕЛИЯ: Он сломал её себе сам. И знаете, мне как-то больше импонирует тот подход к разбору подобных дел, который используют русские. Я читала их нынешний уголовный кодекс, так в России за растление малолетних, не достигших четырнадцати лет, положено только одно наказание – смертная казнь. Причём насильников у них часто даже не расстреливают, а публично вешают.

ДАМБЛДОР: Как-то слишком сурово.

АМЕЛИЯ: Конечно, сурово, зато весьма эффективно. В России уровень преступности крайне низок. Может быть, и нам тоже стоит кое-что перенять у них?

На экран вылетает газета с надписью на передовице: «ГИЛДЕРОЙ ЛОКХАРТ АРЕСТОВАН ЗА РАСТЛЕНИЕ МАЛОЛЕТНИХ!» Вторая газета с другой надписью: «САМОЗВАНЕЦ, МОШЕННИК, НАСИЛЬНИК – ЭТО ВСЁ ЛОКХАРТ!» Третья газета – «ЗА ПОПЫТКУ ИЗНАСИЛОВАНИЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЕЙ ГИЛДЕРОЙ ЛОКХАРТ ПРИГОВОРЁН К ПОЦЕЛУЮ ДЕМЕНТОРА!»

Новая сцена – Гарик, Фред и Джордж стоят в коридоре, у Гарика в руках развёрнутая Карта.

ГАРИК: Меня терзают смутные сомнения... Может ли эта карта показывать мёртвых?

ФРЕД: Нет, конечно...

ДЖОРДЖ: Только живых...

ФРЕД: В крайнем случае...

ДЖОРДЖ: Привидений!

ГАРИК: Тогда откуда здесь присутствует некто «Питер Петтигрю», который, если верить официальной истории, считается безвременно почившим вот уж лет двенадцать как?

ФРЕД: Странно...

ДЖОРДЖ: Надо поискать...

ФРЕД: Если по карте, так он недалеко...

ДЖОРДЖ: Пойдём, словим?

ГАРИК: А пойдём, с картой мы его быстро выследим.

Они идут по коридорам в сторону гриффиндорской башни... и замечают подозреваемого.

ФРЕД: Смотри, Гарри...

ДЖОРДЖ: Это же Короста...

ФРЕД: Ручной крыс нашего...

ДЖОРДЖ: Непутёвого братца Рона...

ФРЕД: Только что он здесь делает?

ДЖОРДЖ: И почему именно у нас?

ГАРИК: Так, пацаны, что в карте нашей написано? Ловим!

Крыс мечется по коридору, но вырваться не может, в результате нещадно пойман. Гарик сотворил стеклянную трёхлитровую банку из толстого стекла, куда и засунул добычу.

ГАРИК: Ну что, и этого отловили. А теперь давайте-ка сдадим изловленного мадам Боунс на потеху, пускай достопочтенная и не очень публика посмотрит на воскресших покойничков...

На экран вылетает новая газета с надписью на передовице: «ГЕРОЙ, ОКАЗАВШИЙСЯ ЗЛОДЕЕМ: ПИТЕР ПЕТТИГРЮ НАЙДЕН ЖИВЫМ И РАССКАЗАЛ ВСЁ!». Вторая газета: «ИСПОВЕДЬ ВОСКРЕСШЕГО ПОКОЙНИКА: ТАК ЛИ УЖ ВИНОВЕН СИРИУС БЛЭК?» Третья газета: «ДАМБЛДОР СМЕЩЁН С ПОСТА ПРЕДСЕДАТЕЛЯ ВИЗЕНГАМОТА ЗА ВОЗВЕЛИЧИВАНИЕ ПРЕДАТЕЛЯ!» Четвёртая газета: «ВСЛЕД ЗА ЛОКХАРТОМ ПЕТТИГРЮ ПРИГОВОРЁН К ПОЦЕЛУЮ ДЕМЕНТОРА!»

Новая сцена, Гарик, Сьюзен и Дафна обсуждают прошедшие события, уже собирая вещи к отбытию на каникулы.

СЬЮЗЕН: Ну вот, и Петтигрю пойман, и Сириус Блэк, как оказалось, невиновен.

ГАРИК: И я в который раз подряд удивляюсь британской прессе. Как легко они меняют гнев на милость «по вновь открывшимся обстоятельствам».

ДАФНА: Да, в общем-то, ничего удивительного. Мой отец об этом достаточно знает.

ГАРИК: Да я и сам тебе скажу. Кто и сколько им заплатил, так они и напишут. Вторая, блин, древнейшая профессия. Вчера он был героем, сегодня «Распни, распни его!», а завтра окажется, что опозоренный навеки, в общем-то, и ни при чём был. Да вот только поздно уже. Слово, как говорится, не воробей...

СЬЮЗЕН: Ну да, ты прав. Так и с Блэком получилось. То его клеймили за предательство, а оказалось, что сидел он невиновно. И Дамблдор за это вылетел со своего поста.

ГАРИК: Если бы только на этом всё закончилось. А то чует моё сердце, что нас всех ещё ждут достаточно весёлые времена. Аж сами не рады будем...

ДАФНА: Пойдёмте, скоро поезд отправляется.

В купе собираются Гарик, Тони, Сьюзен, Дафна, Астория и Ханна.

ТОНИ: Ну что ж, мои друзья, вот и всё моё обучение здесь. Пишите мне в Эрэц-Исраэль, в город Тель-Авив, вот вам всем мой новый адрес. Мои родители меня прямо с поезда встретят, и сразу в аэропорт.

ГАРИК: Лэ хаим тебе, друг! Не забывай нас там, пиши, заглядывай в гости!

ТОНИ: Само собой, Гарри!

ГАРИК: Как говорится, будете у нас на Колыме, милости просим...

ТОНИ: Лучше ты к нам приезжай, на землю обетованную.

ГАРИК: Даст Бог, и приеду ещё. Да все мы приедем, что тут... сколько той жизни... Ну, раз пошла такая пьянка... то я сейчас кой-чего вам всем спою.

СЬЮЗЕН: Ага, самое время! (широко улыбается)

Гарик достаёт гитару и поёт песню «Иерусалим» Розенбаума...

На семи ветрах, на семи холмах,

Солнцем он палим, Иерусалим,

Масличной горой всех зовёт он в бой,

Сабров и олим, Иерусалим,

Йом вэ-лайла, йом вэ-лайла,

Еврей с судьбою каждый день играет,

Йом вэ-лайла, йом вэ-лайла,

Всех нас зовёт к себе Ерушалаим!

Кровь и слёзы год за годом,

Ерушалаим, ты был всегда с народом!

Горело небо, сжигали рэбэ,

Но помнит мир Синай и гнев Энтеббе!

Горело небо, сжигали рэбэ,

Но помнит мир Синай и гнев Энтеббе!

На семи ветрах, на семи холмах,

Я нашёл себя, но потерял тебя,

Только одна цель – Эрэц-Исраэль,

Только один гимн – Иерусалим,

Йом вэ-лайла, йом вэ-лайла,

Мы говорим: «Шалом, Ерушалаим!»,

Йом вэ-лайла, йом вэ-лайла,

Для всех для нас Господь хранит Израиль!

Нам светила сквозь обиды

Шестиконечная звезда Давида!

И нету края, где нас не знают,

А коль бэ сэдэр бэ Ерушалаим!

И нету края, где нас не знают,

А коль бэ сэдэр бэ Ерушалаим!

Поезд под музыку песни подползает к конечной станции, где на перроне уже встречают. Гарика, в частности, помимо Теда, Андромеды и Доры встречает Сириус.

СИРИУС: Гарри! Сохатый Младший! Меня выпустили!

АНДРОМЕДА: Гарри, это Сириус Блэк, мой двоюродный брат, твой крёстный и лучший друг твоего отца.

ГАРИК: Дядя Сириус?

СИРИУС: Лучше называй Бродяга, мне это как-то более привычно.