Отдел внутренней безопасности ГОК'а, который прослушивал переговоры сотрудников, утром доложил о звонке главе службы безопасности Николаю Гончарову.
— А откуда был звонок? — заинтересовался Гончаров.
— Номер телефона зарегистрирован за компанией "Сибкомпроминвест".
— Вот как? Интересно!
У Гончарова уже некоторое время вертелась мысль о том, что отлично подготовленная операция по отстрелу Афониной и Данилиной провалилась не случайно, но никаких улик не было. Происшествие с урками, нанятыми Тимофеевым для того, чтобы разобраться с Новосёловым, укрепили его подозрения. Ведь никто, кроме Тимофеева, не знал об этом задании, но урок, очевидно, ждали и купили, как последних лохов на сообщении о том, что, дескать, Новосёлов лежит в больнице. И вот сейчас этот телефонный звонок.
— Проверь счета в сбербанке Тимофеева и Новосёлова. Сколько и откуда пришло денег, — дал поручение своему сотруднику Гончаров, и к вечеру у него на столе лежала распечатка поступлений на их счета. Подозрения подтвердились и, отдав дань своей проницательности, Гончаров вызвал помощника, отвечавшего за организацию и выполнение самых секретных дел, и немного пошептался с ним.
Между тем, Стас Кондратюк не находил себе места, так как чувствовал, что Мельников резко изменил к нему отношение. Он понимал, что допустил оплошность в разговоре с шефом: не надо было так прямолинейно, в лоб, выгораживать снайпера, покушавшегося на убийство Зои.
И как вообще мог Новосёлов согласиться на расстрел двух беззащитных женщин?! Зоя в своём подвенечном платье должна была стать его мишенью и в самый счастливый день своей жизни пасть с пулей во лбу! Как же он мог спороть такую глупость и сунуться к Мельникову с дурацким советом: не брать грех на душу!
Он пошёл к Самохину, чтобы поделился с ним своими мыслями и спросить совета, как извиниться перед Мельниковым за свою глупость.
— Стас, ты что, не понял? — удивился Самохин. — Он же нас обоих подозревает в измене.
— Как это? Не может быть! Объясни ему, что это я по глупости…
— Ты как малое дитя! Ты брякнул глупость, я глаза спрятал. Будь бы я на его месте, тоже заподозрил бы неладное. Ты знал о том, что он послал Дорохова на чердак?
— Я узнал только тогда, когда он там уже засел.
— И я не знал.
— Ну, и что из этого следует?
— А следует то, что покушение было предотвращено без нас.
— Ну, и дальше? Говори яснее!
— Что же тут непонятного? Невольно возникает вопрос: а может быть не только без нас, но и вопреки нам?
Стас от неожиданности сел на стул. Не может быть, чтобы Михалыч мог так о нем подумать!
— Олег, ты чего накручиваешь? История — то выеденного яйца не стоит. Ну, сглупил я, сказал не то, но из — за этого обвинять меня в предательстве? Я сейчас пойду к Михалычу, и поговорю с ним как мужик с мужиком.
— Ну, и дураком будешь. Неужели думаешь, что он поверит словам?
— Что же делать?
— Ничего не делать. Лично я ни в чём не виноват и не желаю ни в чём оправдываться.
— Я тоже ни в чём не виноват.
— Ну и сиди молча.
Стас старался не попадаться на глаза Мельникову и раздумывал над тем, чем же закончится эта история, так неожиданно принявшая столь острый оборот. Вместе с тем, он понимал, что Мельников не оставит мысль поквитаться с Новосёловым и, движимый мыслью о том, что обещал Константину неприкосновенность, позвонил ему.
— Костя, постарайся куда — нибудь исчезнуть. Хотя бы на пару недель, — посоветовал он. — Надо на некоторое время исчезнуть из города.
— Зачем? — удивился тот.
— Затем, чтобы здоровее быть!
Предупреждение Новосёлов понял и, оформив на работе отпуск, поехал на вокзал. Билет она взял на послезавтра на поезд до станции Свердловск, так как ни до Москвы, ни в южном направлении никаких билетов не было вообще. Покупка билета не прошла мимо внимания людей Гончарова, установившего за ним слежку. О покупке билета они доложили своему шефу и это послужило лишним доказательством виновности Новосёлова.
— Сбежать задумал, гад, — зло усмехнулся Гончаров. — И у нас деньги взял, и те заплатили. Двух мамок сосёт одновременно.
—
Новосёлова выбросили на ходу из поезда. Он стоял около туалета, ожидая своей очереди, когда из тамбура выглянул мужчина в железнодорожной форме и попросил помочь.
— Человеку стало вдруг плохо, а поднять его один не могу, — сказал он. — Помоги, друг.
Константин вышел в тамбур, где, привалившись к стенке, лежал человек. Он наклонился над ним, желая его приподнять, и получил страшный удар кастетом по затылку. Лежащий мужчина встал и вдвоём с напарником, открыв дверь и раскачав тело Новосёлова, выбросил наружу. Поезд проезжал в это время железнодорожный мост через какую — то реку и тело, ударившись о балку моста, перевернулось и рухнуло в воду. Мужчины, проследив за ним, закрыли дверь и разошлись по разным вагонам, а на ближайшей станции сошли с поезда.
Глава 8. Ультиматум Тимофева
Никогда раньше Лера не была так счастлива, как теперь. Кудрявцев стал для неё смыслом жизни, и любовь к нему наполняла её настолько, что она не представляла себе, как жила до встречи с ним. Анатолий целовал её так трепетно и с такой страстью, что она, возбуждаясь, начинала дрожать, как девочка при первом интимном свидании. Невольно вспоминались поцелуи мужа — тот целовал её равнодушно и механически, как будто это была ненужная, но необходимая увертюра к совокуплению.
Кудрявцев её боготворил, думал о ней каждую минуту, и удивлялся всепоглощающему чувству, которое испытывал. Будучи многоопытным взрослым человеком, он любил Леру пылкой юношеской любовью, сам не понимая, как такое может быть.
— Толик, мы закодированы и я в этом виновата, — говорила ему Лера. — Я ходила к экстрасенсу и это она нас заколдовала. А ведь я ей недоплатила восемь долларов! Какой кошмар, а вдруг она вспомнит об этом и расколдует нас?
Кудрявцев смеялся и целовал её глаза, подбородок, уши, губы, шею. Ни к одной женщиной он не испытывал такую страсть, как к Лере и не знал, верить ли в приворот или это просто шутка.
Между тем, Лера, вспомнив об экстрасенсе, созвонилась с ясновидящей Варварой и, договорившись о встрече, принесла ей не восемь долларов, которые задолжала, а десять, в порядке компенсации за несвоевременный расчёт. Ясновидящая Варвара снова напомнила ей Кармен, которой не хватало большой красной розы.
— Лерочка, вы мне должны только восемь долларов. Лишнее мне от вас не надо, тем более что я знаю, как тяжело у вас с деньгами и как трудно они вам достаются.
Она пронзительно посмотрела на Леру и продолжила:
— Лерочка, у вас в ближайшее время случатся некоторые неприятности, но помощь придёт к вам с неожиданной стороны.
— Какие неприятности? — похолодела Лера. Мысль о том, что чудеса могут закончиться, и она потеряет Анатолия, привела её в ужас.
— А нельзя ли их каким — то образом избежать? — умоляюще посмотрела она на экстрасенса. — Я заплачу, сколько скажете. У меня есть деньги, я сразу же рассчитаюсь, поверьте!
— Дорогая, я не чародей. Единственно могу сказать, что вам помогут люди, от которых вы совершенно не ожидаете помощи.
Тревожное ожидание несчастья нависло над Лерой и Анатолий, чувствуя, беспокойство любимой, пытался добиться, чтобы она рассказала о причине этого. Но Лера и сама не знала, что ей следует ожидать.
— Лерочка, я чувствую, что тебя что — то гнетёт, — сказал Кудрявцев, внимательно посмотрев на Леру. — А, может быть, ты приболела? Ты себя хорошо чувствуешь?
— Всё нормально. Просто я переутомилась, да и простыла немного, — на скорую руку придумала отговорку Лера.
— Сегодня днём я улетаю в Москву. Домой не заеду, поеду в аэропорт прямо с работы. Вернусь в субботу, а ты постарайся не болеть. Что тебе привезти из Москвы?
— Привези себя, Толик. Я буду тебя очень ждать!
Лера собрала Кудрявцева в дорогу и решила пойти к Варваре, чтобы переговорить. Она устала от неизвестности, от ожидания неприятностей и хотела положить этому конец. Но до экстрасенса дело не дошло, потому что днём на неё внезапно обрушилось ожидаемое несчастье и явилось оно в образе Вовика Тимофева, мужа Дианы.
Несколько дней назад он смотрел передачу по телевизору о местном драматическом театре и увидел на экране Леру.
— О, так я ведь лично знаком с Рукавишниковой! — воскликнул Тимофев, находясь в компании свингеров, в которой обсуждался план очередной тусовки. — И предположить не мог, что Лера — это актриса Рукавишникова! Кто бы мог подумать?
— Откуда ты её знаешь? — поинтересовался кто — то из компании.
— Мы однажды с нею тусовались. Классная баба, но тогда её муж не смог приехать и она слиняла. Так и не пришлось поиметь.
