Хорошо выделанная шкура бизона, или, как ее называют, «шуба», стоит в Америке от 75 до 100 франков.
Путешественнику без нее не обойтись: шкура может служить подстилкой, одеялом, совершенно непромокаемым плащом. В любое время года, в любую погоду — хлещет ли ливень, или от мороза трескаются деревья и раскалываются камни — шкура надежно защитит странника от ненастья.
«Шубы» бизонов огромными партиями продают в Канаду, в северные штаты Американского Союза, а больше всего — в необъятную Российскую империю.
Охота на этих свирепых животных зачастую опасна… Впрочем, не будем забегать вперед и вернемся к нашим героям. Итак, руководитель небольшой охотничьей экспедиции, поняв, что добыча близко, отдал приказ спешиться выслал вперед разведчиков и, призвав гостей подождать еще немного, сказал:
— Бизоны совсем рядом…
Прошел час, разведчики показались на горизонте. Они неслись во весь опор, нетерпеливо настегивая лошадей, — верный знак хороших известий.
На полном скаку индейцы остановили коней и в нескольких словах доложили обстановку Батисту. Тот немедленно расставил охотников в боевой порядок. Еще раз было проверено оружие, подтянуты подпруги, внимательно осмотрены уздечки и удила, и наконец отряд двинулся в путь. Впереди ехал руководитель охоты, рядом с ним — разведчики, следом остальные. Все направлялись к пологому холму, откуда открывался вид на равнину. Тягловые лошади и повозки оставались под охраной индейцев, которых должны были на следующий день сменить.
С вершины холма километрах в трех всадники увидели бизонов. Одни мирно паслись в высокой траве, другие резвились, а некоторые полулежали на земле. Их было около пятисот. Это зрелище привело белых в такой восторг, что не только Фрике, но и флегматичный американец едва не заорали «ура!».
Охотники строем спустились вниз и приблизились к стаду. Бизоны спокойно подпустили людей почти на километр, но вдруг раздался глухой рев быков, все животные стремительно вскочили и, сбившись в кучу, пустились в бешеный галоп.
Руководитель охоты издал боевой клич. Цивилизованные индейцы при виде вожделенной добычи моментально превратились в истинных обитателей прерий, в настоящих дикарей. Лошади, возбужденные яростными воплями всадников, помчались во весь опор. Охотники мгновенно образовали огромное полукольцо, концы которого, сближаясь, все плотнее охватывали стадо. Испуганные бизоны ускорили бег, сбиваясь в плотную группу, которую не пробило бы и пушечное ядро.
Фрике и Андре, потрясенные невиданным зрелищем, опьяненные бешеной скачкой, даже не пытались направлять своих коней, но те, великолепно обученные для охоты, с удивительным чутьем обходили все препятствия: комья вырванной травы, норы луговых собачек, ямы, вырытые в мягкой земле бизонами.
Постепенно всадники настигали убегающих животных, а бизоны, похоже, и не думали нападать.
— Господин Андре! — крикнул Фрике. — Эту скотину оклеветали. Посмотрите, как они улепетывают! Только и видны закрученные хвосты… Про такого не скажешь: на ловца и зверь бежит…
— Подожди! — ответил Андре. — Вот мы проскачем за ними галопом час, бизоны начнут уставать, тогда увидишь… Только, целясь в этого мастодонта[74], не мешай своей лошади. Она лучше тебя знает уловки бизона и сумеет от него увернуться.
— Понял, господин Андре!
Понемногу боевой порядок преследователей рассыпался. Каждый охотник выбирал себе жертву и старался отбить ее от стада. Индейцы с немыслимой дерзостью приближались вплотную к бегущим бизонам, хлестали их плетью, но пока животные держались вместе, огонь не открывали.
Вот один из бизонов, получив сильный удар хлыстом, круто развернулся и попытался наброситься на врага. Лошадь инстинктивно увернулась и быстро отскочила в сторону, увлекая за собой быка. Бизону не удалось догнать всадника, и он попытался вернуться в стадо, но ему наперерез уже скакал другой охотник.
Однако некоторые бизоны уже не выдерживали гонки. Доведенные до бешенства хлыстами охотников, преодолев извечный страх животных перед человеком, и, кроме того, уверенные в своей всесокрушающей силе, некоторые быки сами уходили от стада. Они словно делали отвлекающий маневр, прикрывая отступление остальных.
Фрике, понимая, что пора стрелять, замедлил скачку, перевел коня сначала на рысь, а потом на шаг и остановился. Сняв с плеча карабин системы Гринер восьмого калибра (это оружие Виктор взял на охоту вместо винчестера), парижанин убедился, что он заряжен, и уже хотел снова послать лошадь в галоп, как вдруг услышал крики и выстрелы. Фрике оглянулся.
Метрах в двухстах впереди огромный бык, уже получивший пулю в круп, прорвал линию охотников. Охваченный безудержной яростью, он вдруг заметил стоявшего Фрике и бросился в атаку.
— Ну вот! — спокойно сказал себе парижанин при виде огромной туши, несущейся на него, как смерч. — Это как раз для меня! Сейчас я его «сделаю»! Тише, лошадка, спокойно…
Фрике чувствовал, что лошадь готова пуститься прочь, и не хотел терять превосходную позицию для выстрела. Он набросил на голову коня небольшое одеяло, лежавшее на луке седла. Ослепленная гнедая, дрожа, остановилась, не успев сделать прыжок. Чудовище было уже шагах в сорока. Фрике прицелился, но подпустил бизона еще ближе.
— О, Господи! — воскликнул американец, видя, что француз целится в голову животного. — Сейчас его растопчут!.. Он что, не знает, череп бизона нулей не пробить?..
Бизон был уже в двадцати шагах от смельчака. Но тут из ствола карабина вырвалось белое облачко, и грянул громкий, как взрыв мины, выстрел. Бык, пораженный на полном скаку, поднялся на дыбы и рухнул хребтом на землю, ноги его конвульсивно задергались.
Фрике снял одеяло с головы коня, перезарядил карабин и подъехал к жертве. Туда же во весь опор примчался полковник.
— Ура!.. Ура!.. Ура! — воскликнул восхищенный американец. — Великолепно! Превосходно, майор!
— Скажи-ка, — пробормотал Фрике, — я повышен в звании. Что ж, не так уж плохо. Если и дальше все пойдет так же удачно, к вечеру я могу и сам стать полковником… Спасибо, полковник! — сказал он громче. — Вы очень добры. Но право, это проще простого!
— Ничего себе, проще простого! Свалить бизона, который весит три тысячи фунтов, как луговую собачку… и попасть прямо в голову!
— Да! Мой карабинчик Гринер — хорошая игрушка. Семнадцать граммов пороха выталкивают свинцовый орешек в семьдесят пять граммов! Такая штука называется пуля «Экспресс»!
— Посмотрите, — заметил янки, — вы ему так раздробили череп, что мозги брызнули.
