ошеломлен.
— Итак, Ты Царь?
— Ты говоришь, что Я Царь. Я на то родился, и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать об истине, — просто отвечает Иисус. — Всякий, кто от истины, слушает гласа Моего. — Иисус в сравнении с допрашивающими Его был спокоен и полон достоинства.
Смутившись, Пилат задает последний вопрос:
— Что есть истина? (Ин. 18:34—38). — И, не ожидая ответа, торопливо обращается к толпе, объявляя свое решение:
— Невиновен!
Это вызывает у священников и толпы бурю негодования. Пилат наталкивается на серьезные трудности. Узнав, что Иисус — галилеянин, он решает отправить Его к Ироду, потому что Галилея была под его юрисдикцией. По счастливой случайности, Ирод в это время был в Иерусалиме. Таким образом Пилат мог избавиться от всякой ответственности.
Пилат посылает Иисуса к Ироду
Ирод слышал об Иисусе, но, вероятно, никогда Его не видел. А теперь и ему представилась возможность взглянуть на Христа. Чтобы удовлетворить свое любопытство, он побуждал Иисуса сотворить какое–нибудь чудо. Вместе с Задержанным прибыли многие священники и старейшины. Ирод не проявил никакого интереса к обвинениям, выдвинутым против Иисуса, но сразу же начал требовать, чтобы Он продемонстрировал Свою способность творить чудеса.
Да, Иисус обладал силой исцелять больных и воскрешать умерших, но никогда Он не пользовался этой силой для собственной выгоды или для удовлетворения чьего–либо любопытства. Когда Ирод пообещал освободить Его в ответ на демонстрацию Его силы, Иисус ничего не ответил, исполняя таким образом пророчество Исайи: «Как овца, веден был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих» (Ис. 53:7).
Когда Ироду не удалось склонить Иисуса к чудо–творению, он решил отдать Его солдатам. Толпа тут же набросилась на Него, подобно дикому зверю, терзая Его и глумясь над Ним. Ирод тоже принял участие в издевательствах, облачив Иисуса в светлую одежду и унизив Его. Однако среди насмешек и издевательств Арестованный проявлял поистине Божественное величие.
Затем Иисуса вновь привели к Пилату, римскому прокуратору, — ему предстояло решить прежнюю проблему. Кто этот Человек, Которому судьба предначертала такой путь? Послав Иисуса к Ироду, Пилат пытался избежать ответственности, но теперь Христос вновь оказался в его руках. Удовлетворит ли иудейских вождей бичевание Иисуса? Можно ли будет отпустить Иисуса после этой экзекуции? (Лк. 23:16). В ответ на это предложение иудеи завопили: «Распни Его! Распни Его!».
Жена Пилата присылает особую весть мужу: «Не делай ничего Праведнику Тому, потому что я ныне во сне много пострадала за Него» (Мф. 27:19). Пилат в душе был убежден, что Иисус был Праведником, но как Его освободить? — вот в чем проблема!
Внезапно ему пришла новая идея: разве он как правитель не может, согласно древнему обычаю иудеев, отпустить по случаю праздника Пасхи одного из трех осужденных? Разве не может он обменять Иисуса на одного из отъявленных негодяев по имени Варавва? Этот Варавва был не мелким преступником, но опасным фанатиком, политическим руководителем, схваченным после совершенных им убийств. В этом заключалась последняя надежда прокуратора. Он повелел привести Варавву и дать возможность обвинителям сделать выбор.
По странному совпадению, Варавву тоже звали Иисусом — так, во всяком случае, значится в сирийском и арамейском вариантах Нового Завета. В английской Библии (перевод Моффата) Варавва называется Иисусом. Само слово «варавва» по–еврейски и по–арамейски означает: «вар» — «сын» и «аббас» — «отец». Итак, один Иисус был сыном отца, и другой Иисус — Сыном Отца.
— Кого из двух хотите, чтобы я отпустил вам? — спрашивает Пилат толпу, — Варавву или Иисуса, Которого называют Христом?
В ответ раздался громкий рев, подобный реву диких зверей:
— Варавву! Отпусти нам Варавву! Мы хотим Варавву!
Захваченный врасплох, Пилат обращается к собравшимся у его дворца:
— Что же мне делать с Иисусом, называемым Христом?
Толпа, подстрекаемая священниками, неистовствует:
— Распни Его!
— Почему? Какое зло Он сделал?
Но в ответ вновь раздался рев демонов:
— Распни Его!
Люди совсем потеряли рассудок! Внезапно из толпы несутся слова:
— Если отпустишь Его, ты не друг кесарю (Ин. 19:12).
Все решено. Пилат конечно же понимал, что стоит за этой угрозой. Меньше всего он хотел, чтобы на него была послана еще одна жалоба в Рим. Это могло привести к тому, что его привлекли бы к суду за государственное преступление.
Прибыв в начале своей карьеры наместника в Палестину, Пилат приказал отдельным отрядам воинов войти в Иерусалим. Пройдя маршем по Иерусалиму, солдаты остановились на территории храма. На их знаменах был изображен император. Иудеи усмотрели в этом признаки идолопоклонства и послали к Пилату в Кесарию делегацию с требованием убрать с территории храма римские знамена с изображением императора. Пилат отказался, в результате чего Иерусалим пришел в волнение, а делегация священников и старейшин стояла во дворе наместника в течение 5 дней до тех пор, пока он не назначил разбирательство на торговой площади. Собравшимся ко времени суда на площади иудеям Пилат пригрозил смертью, если те не откажутся от своего требования. Римские солдаты демонстрировали готовность к немедленным боевым действиям. Иудеи бесстрашно обнажили шеи, демонстрируя готовность умереть. Пилат, опасаясь больших жертв, сдался. Римские знамена были удалены с территории храма.
В другой раз Пилат выставил в Иерусалиме несколько изготовленных по особому заказу щитов с начертанным на них именем «Тиберий». Почитание императора как бога было частью религии Римской империи. Иудейская делегация вежливо, но твердо обратилась к Тиберию, и тот, опасаясь возможных волнений, приказал немедленно убрать щиты из Иерусалима, строго предупредив Пилата. Поэтому в Палестине не было введено поклонение императору. Итак, Пилат дважды уронил себя в глазах Тиберия, и во время суда над Иисусом не захотел, чтобы его обвинили в том, что «он не друг кесаря».
Было раннее утро, когда Пилат приказал вывести Иисуса. Сев в кресло судьи и указав на Иисуса, он сказал иудеям:
— Се Царь ваш.
— Возьми Его! Возьми Его, — в исступлении кричала толпа. — У нас нет другого царя, кроме кесаря!
Это правда! Они отвергли Небесного Царя, и вместо Него избрали языческого царя, которого презирали.
Пилат понимал, что ничего не может сделать, и, пытаясь успокоить свою совесть, потребовал принести воды и умыл руки, говоря:
— Невиновен я в крови Праведника сего.
Вся вода всех океанов мира никогда не смоет его вины — он вынес решение о казни Иисуса на кресте. После жестокого бичевания, Арестованного увели на место казни, на
