Читаем без скачивания Лебеди Кассиды - Сергей Синякин

На террасе вспыхнул свет, и Худов торопливо отвел взгляд в сторону.

- Не нравится? - спросил каратианин. - Между тем мои возможности в десятки раз больше твоих. Я могу, например, летать, менять метаболизм своего организма, а следовательно - жить в условиях, не пригодных для человека. Я могу перемещаться в открытом космосе, могу жить там, где человек поселиться не смеет. Даже разрешающие способности моего мозга на несколько порядков выше, чем у тебя. Так кто же из нас пострадавший?

- Но почему именно этот вид? - не выдержал Худов. - Разве перестройка была невозможна без сохранения человеческого облика?

- Генетические изменения, - пояснил Отрогов. - Возможно, что в дальнейшем их удастся избежать.

- Зачем же было спешить?

- Цель была слишком заманчивой, чтобы остановиться на полдороге. Мы решили начать освоение Кольца. Одним трудно, мы нашли Симбиотов и ведем с ними переговоры.

- Какой же вы представляете себе жизнь на Кольце?

- Разве земляне предполагали, какой будет их жизнь на Кассиде, Аль-Аре или Карате? - вопросом на вопрос ответил каратианин.

Они опять замолчали.

- И все-таки, откуда у вас именно такой вид?

- Мы использовали для генетической перестройки клетки Лебедя, убитого на Кассиде. Ты еще не забыл всю эту историю?

- Помню, - подтвердил Худов.

- А в результате появились такие монстры, как мы, - закончил каратианин.

- И ты действительно не испытываешь сожалений?

- Нет, - сказал Строгое коротко. - Я уже говорил, что трудно избавиться от вчерашних привычек. Хочешь почистить зубы и не сразу вспоминаешь, что тебе уже нечего чистить. Крепко в нас все-таки это сидит, а?

- Вы осознаете свое положение в сообществе?

- Мы все взвесили, Алексей. Мы - в начале нового витка. Должен ведь кто-то начать!

- Виток? - Худов грустно улыбнулся. - Скорее это росток нового дерева. Но кто поручится, что это не побег, которому предстоит отмереть?

Они замолчали.

Каратианин смотрел вниз, где журчала невидимая в ночных сумерках река.

- Будущее покажет, - сказал он наконец. - Чтобы не стоять на месте, надо двигаться вперед. Даже совершая ошибки.

КАРАТ. ВЕСЫ ДЛЯ СОЦИУМА

Медленно они прошли по коридору. У одного из красочных панно Худов остановился. На панно была изображена группа каратиан, устремляющихся от опаловой капли планеты к скоплению звезд.

- Странная картина, - пробормотал командир "Урала".

Строгое услышал его.

- Это не картина, - сказал он. - Это проект. Они двинулись дальше.

На маленькой веранде у освещенного столика неподвижными тумбами стояли два каратианина. Стол представлял собой доску, расчерченную ромбами, которые к краям стола выравнивались в правильные квадраты. Худов заинтересованно остановился. Каратиане держали над столиком расставленные веером щупальца, время от времени поворачивая их в различных плоскостях. Манипуляции каратиан приводили к тому, что на клетках доски вспыхивали нежно-голубые и розовые искры, выстраивающиеся в диагонали или линейные цепочки. При соприкосновениях цепочек разных цветов на доске возникали фонтаны искр и в воздухе стоял резкий запах озона. Цепочки исчезали, а игроки начинали свою игру заново. Иногда кто-то из них выигрывал и на табло, установленном на столике, загорались многозначные цифры.

- Что это?

- Игра, - односложно сказал Строгое, с видимым интересом наблюдая за позициями на доске,

- Для меня это слишком сложно? - хмыкнул звездолетчик.

- Это сложно для любого каратианина. Для землянина эта игра вообще недоступна. Вы слишком медлительны для нее.

Худов промолчал.

Они снова двинулись по коридору.

- Просмотрел вас Техком, - подумал вслух звездолетчик.

- На Карате подобрался коллектив единомышленников, и это позволило нам сохранить тайну. Мы понимали, что Техком наложит запрет на разработку, едва только узнает о ней.

- Жаль, что своевременно не узнал.

- Неделю назад на Кольцо ушла первая группа, - сообщил каратианин. Полагаю, что освоение Кольца уже началось.

- Исторический день?

- Для нас? - уточнил Строгое. - Пожалуй. Но разве для Федерации это не будет событием?

- Для жителей Федерации вы уже оказались событием, - сообщил Худов. И событием тревожным. Группа ваших первопроходцев посетила Землю. Никто из них не удосужился сообщить о событиях на Карате. На Земле некоторые решили, что началось массовое вторжение Иноразума.

Каратианин остановился.

- А я еще думал, почему Эвервиль включил в первую группу уроженцев Земли, - прогудел он. - Досадный промах. Мы этого не учли. И что на Земле?

- О реакции Федерации вы можете судить по телеграмме, что принята пространственной станцией Карата. Увлекшись перестройкой, вы несколько запустили свои общественные дела.

- Спасибо, - поблагодарил Строгое, продолжая движение. - Твоя информация уже доведена до всех жителей Карата.

- Телепатия? - Худов даже приостановился.

- Не совсем так, но похоже. Ты не волнуйся, наша беседа конфиденциальна, - сказал каратианин. - И мысли твои я не читаю, мне это не под силу.

Они опять замолчали, и молчание это было достаточно долгим, чтобы каждый успел подумать о своем.

- Хотел бы я знать, что вы сохранили в себе от человека, - подумав вслух Худов.

- Все, - сказал Строгое. - Даже память, какую бы боль она нам ни причиняла. Не считай нас за бесчувственных антробиоров, это лишь внешняя схожесть. Может ли знать воробей, каково на душе у аиста?

- Трудно представить, - отозвался Худов. - Честно говоря, я не вижу в тебе человека. Я вижу в тебе чужака.

- Это первое впечатление. Ко всему непривычному можно привыкнуть. Когда ты улетаешь?

- Завтра. Я задержался всего на сутки, чтобы увидеть тебя.

- Ты меня увидел, - сказал каратианин. - И что ты испытал? Отвращение? Удивление?

- Скорее страх, - признался Худов.

- Почему же страх?

- Ты не понял? Мы все - земляне, каратиане, альарцы - все мы составляем единое человечество, ставшее галактическим. Мы живем не только рядом, но вместе. И вдруг я увидел вас - изменившихся и оттого удаляющихся.

"Как ему объяснить, - с отчаянием подумал Худов. - Я никак не могу четко сформулировать свои мысли. С появлением внеземных поселений история человечества стала историей Мира, в котором рождение и смерть звезд, движение планет имеют значение для развития общества.

История прошлого была историей человеческих войн, смерть в ней шла рука об руку с научными открытиями. История галактического человечества стала историей Вселенной, и виток развития в ней обусловливается не войной Карла Великого с сарацинами, не походами Александра Македонского против персов, но борьбой человечества за каждый мегаметр пространства, обусловлен каждым новым открытием, позволяющим человечеству лучше осознать свое место в Мироздании. Несомненно, что каждая планета Федерации уже имеет собственную историю, собственных гениев, но все они до сих пор вливались в единую культуру и историю человечества, превращаясь из маленьких планетных речушек в стремительный галактический поток.