Он разведчик. Может, и хороший, не собираюсь спорить. Это неважно. Но если он лезет в те вопросы, в которых не разбирается, будет только хуже. И вы того же мнения, раз пришли сюда. Я прав?
Кощей заковывал Ольгу в цепи своей власти, и вырваться она уже не могла. Он не говорил о том, что могло её спугнуть. Только то, что доказывало его мудрость. Ольга искала именно этого и больше не разрывалась между любовью и верой в идеал. Антон рядом и со временем простит. Смирится. Поймёт.
— Да, Кощей Вячеславович, — робко призналась Ольга, — Я тоже так думаю. Но команда целиком и полностью на его стороне.
— Это не имеет значения. Если вы меня отпустите, я всё исправлю, — лукаво улыбнулся Кощей.
— Вы знаете, что делать?
— Конечно. И для этого мне понадобится «Горыныч». Я давно всё продумал. Только открой изолятор и дай мне возможность привести это в действие.
— Я не могу. Эта дверь не будет меня слушать.
— Ты же программист. Неужели не сможешь найти способ обойти защиту?
— Смогу, наверное, — Ольга осмотрела раздвижную дверь изолятора, словно пытаясь заметить в ней слабые места. — Но на это понадобится время. Моя смена начнётся только завтра.
— Я буду ждать, — закончил Кощей с лёгким разочарованием, словно надеялся получить свободу уже сейчас. А теперь придётся ждать. Самое тяжёлое в любом деле — это ждать, не зная, насколько долго.
Ольга не попрощалась. Она крепко задумалась и не заметила, как покинула медотсек.
Проникнуть в бортовой компьютер можно и при Антоне. Вряд ли он поймёт, что происходит. К тому же несколько дней его будет занимать реставрация чёрных и на мостик, скорее всего, он даже не заглянет. За это время можно успеть получить доступ хоть ко всему кораблю. А когда Антон вернётся, Ольга выпустит Кощея Вячеславовича и позволит ему незаметно пробраться в ангар к «Горынычу».
Первая же попытка прорваться через файрвол обернулась разгромным поражением. Бортовой компьютер едва ли не рассмеялся над непутёвым взломщиком. К счастью, остальные программисты были слишком увлечены своими делами и ничего вокруг не замечали. А Ольга успела замести следы, прежде чем Антон вернулся из вылета. Но он опять молча пробрался в каюту, закрылся и засопел так, что слышалось на том конце коридора.
Зато после третьего вылета настроение разведчика заметно улучшилось. Он пригласил Ольгу прогуляться по зимнему саду, и та с готовностью согласилась.
— Почему ты сегодня такой? — спросила она на алее горшочных деревьев.
— Какой?
— Довольный, как будто килограмм шоколада в один присед съел.
— Я спас семью. Настоящую. С пятью детишками, со старыми бабушкой и дедушкой. И ты даже не представляешь, какой красавицей была мать семейства. Молодая, крепкая блондинка. Когда-то классик писал: «Есть женщины в русских селеньях. С походкой, со взглядом цариц…». Вот это прямо про неё.
Ольгу задел такой восторг. В любой женщине проснётся ревность, когда возлюбленный превозносит другую. Пусть даже не настоящую.
— И что ж ты не остался с ней? Сделал бы ей ещё пару детей.
— Во-первых она замужем, — улыбнулся Антон. — А во-вторых я не об этом тогда думал.
— Хорошо хоть вообще думал.
— Ну, перестань. Ты даже не спросишь, что меня так занимало?
— А стоит? Ладно. Что?
— Вот вернёмся мы домой и поженимся. Хочешь? Детей сделаем. Три человека мальчиков. И три человека девочек.
— Ты мне предложение делаешь? — от удивления рот Ольги открылся, а закрыть она его не смогла и прикрыла ладонью.
— Да, вроде как этим и занимаюсь. Наверное, стоило бы встать на одно колено, но я для этого слишком устал. Правда. Так что скажешь?
— Я верю. Я… Да! Конечно, да. Наука! Я даже не думала. Думала, что ты и не думаешь об этом…
Вместо лишних слов Антон обнял её, поцеловал. Он весь горел, промок и пах совсем не одеколоном. Но Ольга только теснее прижималась к его широкой груди.
— Нас никто здесь не увидит, — прошептал Антон ей на ухо и прикусил губами мочку.
Он запустил руку ей за пояс. Гладил упругие ягодицы, смещался к центру. К чувствительной коже между ними. Плавно пробежался пальцами по внутренней стороне. И Ольга обмякла.
— А вдруг зайдут? — сделала она последнюю попытку сыграть в недотрогу, но всё её нутро уже дрожало от страсти.
— И сразу выйдут.
Антон подхватил её, как пушинку, отнёс к ближайшему большому горшку и посадил на его край.
Через два часа он отправился спать. Больше ни на что сил не оставалось. А Ольга приняла холодный душ, чтобы сбить жар ненасытной страсти. Ей не хватало даже такой долгой любви, а вода как нельзя лучше подходила, чтобы остудиться.
Вторая попытка получить контроль над дверью изолятора так же обернулась провалом. Но с третьего раза удача всё-таки улыбнулась. В тот же день и Антон прибыл на борт с новостью о полном возвращение чёрных в программный код. Все восприняли это как глоток свежего воздуха, а некоторые даже отправились в столовую, чтобы отметить с бокалом шампанского.
Вопреки ожиданиям, Ольга не могла просто так отправиться вызволять Кощея. Казалось, сложилось всё как нельзя лучше. И Антон спать пошёл, и дверь подчинилась. Но будущее замужество подточило её стремление задержаться. Ещё пять лет экспедиции теперь виделись не увлечённой работой, полной научного восторга, а тягостным ожиданием. Может, стоило плюнуть на эксперимент? Он и так почти провалился. Никто не узнает о минутной слабости. Кроме Кощея. Но его обвинения скорей посчитают клеветой. Да и сам Бессмертин вряд ли опустится до подобных обличений.
Искать утешение буре своих терзаний Ольга отправилась к самому Бессмертину. Чтобы он убедил её окончательно и бесповоротно.
— Добрый день, товарищ Каразина. Вы исполнили мою просьбу? — Кощей отложил книгу и подошёл к стеклу.
— Да. Я всё сделала. Но мне кажется, это неправильно. Что вы собираетесь сделать?
— Я оживлю проекции. С помощью наноквазарного ядра луч «Горыныча» многократно усилится и поможет всему, что мы создали, остаться на планете навсегда. А потом мы улетим. Ты ведь этого хочешь? Домой отправиться?
— Вы считаете, что это возможно? — удивилась Ольга.
— Наука всесильна. И поверь, это не займёт много времени. Всего пара дней.
— А корабль? Разве он не упадёт, если останется без энергии?
— Нет, что ты. На «Альфе» есть другие источники питания. Она всего лишь не сможет перейти на третий гиперсвет. Но всё остальное будет работать как часы.
— А симуляция? Разве она не прервётся?
— Опять нет. Она питается напрямую от ядра. Пока оно рядом с планетой, симуляция будет продолжаться.
И всё равно Ольга не могла решиться. Что-то
