хозяйка тоже хорошая. Но ведьма старая невзлюбила отчего-то Марью (так звали девушку) с первого взгляда. Встретились они впервые в жаркий полдень, когда старуха ковыляла из леса с мешком трав за спиной, а Марья по воду пошла к колодцу. Прямо посреди улицы и столкнулись они лицом к лицу, подняла ведьма глаза и вдруг подскочила, как ужаленная, глаза огнём вспыхнули, вперилась она злобным взглядом в девушку и сказала ей:
– Так вот ты какая значит стала! А я уж думала не доведётся мне тебя увидеть больше.
Марья от неожиданности даже вёдра уронила, а от слов ведьмы растерялась, стоит и не знает, что и ответить. Ведь она эту старуху и знать не знала, что за бред она несёт? Какие преследования?
Ведьма бросила ещё один испепеляющий взгляд на девушку и пошла прочь, что-то бормоча под нос, а Марья обратно к колодцу повернула за водой, да всё успокоиться не могла и в себя прийти от слов старухи. Но, прикидывая и так и эдак, пришла она к выводу, что старуха либо нездорова на голову, либо перепутала её с кем-то.
Вечером мужу Ивану рассказала о том, что случилось. А Иван и ответил, мол так и так, ты с ней не связывайся, ведьма она. Кто знает, что у неё на уме. Согласилась Марья с мужем. Да скоро и не до старухи ей стало, поняла Марья, что отяжелела, а к осени время рожать пришло. Вернулся как-то Иван с поля, а Марьи нет в избе, туда-сюда бросился, зовёт жену, слышит, из бани она отозвалась, вошёл Иван в баню, а там жена на полу сидит, вся мокрая, измученная, встать нет сил:
– Беги, – говорит, – Иван на помощь зови кого-нибудь из женщин. Помираю я. Не идёт ребёночек наш.
Иван как с ума сошёл от страха, выскочил со двора, не знает куда бежать. Тут соседка как раз с поля тоже шла, её и окликнул Иван. Та в баню зашла, вышла мрачнее тучи.
– Плохо дело, Иван, – говорит она ему, – Надо старуху звать.
До смерти перепугался Иван, себя не помнит, побежал он к ведьме. А та словно его и поджидает уже, будто знает зачем пришёл. Сидит у дома своего на лавочке.
– Что, – спрашивает, – Время пришло?
– Помоги, -только и вымолвил Иван, – Отблагодарю тебя как пожелаешь.
– А не возьмёшь ли назад своих слов?
– Не возьму, не бойся, спаси только Марью и дитё.
Усмехнулась ведьма:
– Давно я этого ждала, а оно вот как всё обернулось, сама ко мне в руки пришла.
Ничего не понял Иван, да и не хотел думать над словами старухи. Торопит только – быстрее да быстрее. Старуха в избу сначала сходила, вернулась с корзиной небольшой, и пошли они быстрым шагом к избе Ивана.
– Останься тут, нельзя тебе дальше, – сказала ведьма, лишь только они дошли до калитки и указала на скамейку у ворот. Иван сел послушно. Он на всё был согласен, лишь бы жену спасли. От бессилия уронил он голову, обхватил её руками и сник. А из бани крики несутся нечеловеческие, такие, что сердце заходится от ужаса.
Нырнула старуха в тёмную пасть предбанника и пропала. Сколько времени прошло, Иван не знал, перестал соображать, да только вышла из бани ведьма, когда стемнело уже. Подошла к Ивану, постояла перед ним молча, а потом произнесла:
– Спасла я Марью, не волнуйся. Да и ребёнок живой. Если будешь делать, как научу, то будет жить, а нет, так недолго он протянет. Больно слабый.
– Всё сделаю, как надо.
– Вот и славно. А про обещание помнишь ли?
– Помню.
– Ну так смотри, как мальчишке семь лет исполнится, ко мне его приведёшь. А я подожду пока.
Мало ли что за семь лет случится, подумал Иван, и согласился. Дала ему ведьма травы какие-то и велела заваривать их и ребёнка потихоньку отпаивать этим отваром, по капельке.
– Да только Марье о том ни слова.
Пролетело семь лет, всё Иван сделал как ведьма велела, сын выжил. Только вот больше детей у них с Марьей так и не получилось, как отрезало. То ли ведьма чего наколдовала, то ли после тяжёлых родов в организме что-то произошло, да только не было больше детей. И вот однажды, когда Иван поле пахал, пришла к нему ведьма и напомнила о долге. Да только Иван не захотел обещанное выполнить. Не согласился он сына к старухе привести.
– Ну что же, пожалеешь ты, ох как пожалеешь, что слово нарушил, – проскрипела старуха и пошла восвояси.
Тем же вечером, когда семья спать легла, подлетел к окну чёрный ворон и стал биться о стекло, да так страшно, что казалось сейчас разобьётся птица. Марья неладное почуяла, хотя и не рассказал ей муж ничего про визит старухи. Перекрестила она окно, закаркал ворон и улетел прочь.
Спустя немного в дверь начали колотить со всей силы, скребут словно когтями, скрежет стоит, снова Марья дверь перекрестила, вой раздался нечеловеческий и снова тишина наступила. Тут Иван и открылся жене, что обещал он ведьме семь лет назад сына к ней привести, да не сдержал слова. Заплакала Марья, укорила мужа, да что теперь поделать, слов не вернуть, решила Марья за сыном в оба глаза смотреть, от себя не отпускать.
Уснули, и снится ей сон – стоит она у ворот дома родимого, лет пять ей от роду всего, в руках кукла тряпичная, любимая, как вдруг откуда не возьмись, старуха показалась на пустынной улице, страшная, лохматая, всё ближе и ближе она к Марье подходит, а у той ноги словно приросли к земле, стоит на месте и не шелохнется. Подошла старуха, руку костлявую протянула и говорит ей:
– Пойдём со мной деточка, у меня для тебя пряничек есть дома.
А Марья в ответ головой мотает, не пойду, мол.
И так и этак старуха наступает, не идёт Марья с ней. Вскрикнула старуха в сердцах:
– Да я тебя научу такому, что ты сама сможешь и дождь вызвать и сладостей себе гору наколдовать, и платьев новых нарядных.
Да и схватила Марью за руку. Закричала девочка от страха, мать выбежала из хлева, глядь а старухи уж и нет, как не бывало.
Проснулась Марья в поту, принялась Ивана будить:
– Вспомнила! Я вспомнила! Ведьма хотела меня забрать, когда я маленькая была, вот откуда она меня знает.
Крепко не понравилось это всё Ивану и отправился он утром сам к ведьме домой. Вошёл в избу, поздоровался и сразу и спросил в лоб, что ей нужно от жены его и от сына, рассказал он ей, что Марья вспомнила её. Помолчала старуха, а потом ответила:
– Ну что ж, коли и сама меня вспомнила, расскажу. Сила в твоей жене есть огромная, прабабка её ведьмой была, да не смогла свой дар передать никому, долго она помирала, ох, как долго. Но ни у бабки, ни у матери Марьи не проявилась сила, обычные они были. А вот девчонке передалась прабабкина сила. Только не знает она о ней. Я хочу научить её всему, а после своей смерти и свою силу ей передам, сильнее Марьи не сыщешь тогда ведьмы. Ты должен уговорить её!
– Ну а если не нужна нам сила эта? – спросил Иван.
– А это уж от вас не зависит, – усмехнулась старуха, – А коль Марью не уговорить, так я мальчонку заберу, найду способ.
Замахнулся Иван на ведьму, ударить хотел в сердцах, да та словно растворилась, нет её нигде, один только смех слышен в избе, морок видно наслала.
Ушёл Иван от старухи и стал с того дня мрачнее тучи. Как жить дальше не знает, как семью уберечь не ведает.
И вот однажды Марья с сыном в лес пошли по ягоды. Полные корзины уже набрали и обратно повернули в деревню, как вдруг возникла прямо перед ними старуха, чёрная, сгорбленная, глаза ненавистью горят:
– Ну что, Марья, согласна ли ты дар мой принять, ведьмою стать, как прабабка твоя?
– Не согласна, – крикнула Марья, – Поди ты прочь, проклятая!
– Ну что же, тогда сыночка твоего
