Однако когда Чоро взбирался на пик Бол, его ум раскрылся в просветление. Он спустился короткой дорогой и возвратился, чтобы встать рядом с Танкой, который ударил его и произнес: «Я думаю, ты узнал, что оно существует».
Чоро радостно поклонился.
На следующий день Танка вошел в зал и сказал:
«Солнце освещает зелень одинокого пика; луна сверкает в холодном ручье долины. Не кладите чудесный секрет родовых учителей в свое маленькое сердце». Затем он поднялся с сиденья.
Чоро вышел прямо вперед и заявил: «Твое сегодняшнее обращение не может обмануть меня больше».
Танка сказал: «Попробуй пересказать его». Чоро безмолвствовал.
Танка сказал: «Я думаю, у тебя был проблеск». Тогда Чоро удалился.
Друзья,
Ожидание было долгим, но такова сама суть дзен — ждать, ждать ничего. Нет Бога, нет окончательного смысла.
Жизнь — вот все, что есть.
Те, кто нашел, не нашли ничего, кроме того, что нечего находить.
Дзен есть окончательный манифест не-нахождения, радости без всякой причины, смеха, любви и танца без всякого повода.
В мире есть верующие многих разновидностей. В мире есть неверующие; они никоим образом не отличаются, просто их убеждения негативны. Кто-то верит в Бога, а кто-то верит, что Бога нет, и они в равной степени фанатичны.
Только позавчера я читал манифест Гуманистической группы интеллектуалов, небольшой, очень элитарной группы американских интеллектуалов. Но их манифест рассмешил меня. Каждое утверждение начинается: «Мы верим...» А вера это всегда невежество. Кто-то верит в Бога — он невежествен. Кто-то верит, что Бога нет — он настолько же невежествен, как и тот, кто верит, что он есть.
Каждое предложение всего манифеста начинается:
«Мы верим, что Бога нет». Но на каком основании? Наконец, они дают свое основание: «Мы считаем нашей верой причинно-следственную связь. Поскольку Бог недоказуем, мы не будет верить в Бога». Это самые интеллектуальные люди Америки, и весьма почетно быть принятым в члены этой группы.
Я обращаю это заявление к некоторым моим друзьям, намеренным предложить группе принять меня как почетного члена на ближайшем собрании. Я рад возможности дать им понять свою позицию. Во-первых, я не стану членом никакой партии, никакой организации, потому что всякое членство это тонкое рабство.
Истина может жить и процветать только в свободе. Любовь может цвести и благоухать только в свободе.
Всякое членство есть уступка и компромисс. Саньяса это не движение и не организация. Напротив, это декларация независимости от всех организаций, всех партий и всех церквей.
Я смеялся над Гуманистическим манифестом, потому что, в конце концов, они говорят: «Мы верим в причинность». Но если у вас есть вера, всякая вера беспричинна. И это так просто увидеть. Иметь веру в причинность означает, что вы не будете допускать ничего беспричинного в жизни.
Любовь беспричинна. Какова причина любви? Какова причина самого существования? Какова причина самой причины? Если не окажется причины, кому вы будете жаловаться? Если бы не было жизни, разве можно было бы пожаловаться какому-то суду, какой-то высшей власти? Если нет ничего, значит, нет ничего; если есть все, значит, есть все. Причина сама по себе беспричинна. Чтобы явление было всеобъемлющим, оно должно включать в себя противоречия. Причина с одной стороны, и беспричинность с другой — обе они должны быть признаны.
Манифест дзен не предназначен для чего-то особенного. Он просто для этой жизни, для этого существования, этого момента. Он не требует никакого источника, и он не требует никакой цели. Каждый источник будет создавать ограничение, и каждая цель будет создавать еще одно ограничение, а существование беспредельно. Оно не ограничено причиной.
Поэтому если Гуманистическая группа хочет принять меня в члены, ей придется изменить свой манифест. Я ни во что не верю, и я не требую, чтобы все имело причину. Меня все совершенно устраивает так, как оно есть. Если бы этого не было, меня бы устроило и это.
Потому я и сказал вам, что вы должны долго ждать меня, но это часть игры.
Дзен принимает все противоречия: присутствие и отсутствие, жизнь и смерть. Дзен достаточно широк, чтобы вместить все противоречия.
Возможно, дзен — это единственный путь, который вмещает противоречия и который не отвергает ничего. Он наслаждается всем безо всяких условий. Он принимает все, как есть, не предъявляя никаких требований. У него нет заповедей: «Ты должен...» или «Ты не должен...».
Дзен ничего не знает о заповедях.
Дзен знает только безграничную жизнь, которая вмещает все виды противоречий в глубокой гармонии. Ночь в гармонии с днем, жизнь в гармонии со смертью, земля в гармонии с небом. Присутствие в гармонии с отсутствием. Эта бесконечная гармония, эта синхронность и есть сущность Манифеста дзен. Это единственный путь жизни, который уважает, любит и не отрицает ничего, не осуждает ничего.
Всякая другая религия, всякая другая философия зависит от выбора: «Осуди это, откажись от того, признай это, уважай это...» Но это всегда выбор. И человек, который выбирал, всегда выбирал часть, а часть никогда не бывает живой, только целое живо. Ваша рука не была бы живой отдельно от вас, и ваши глаза не смогли бы видеть отдельно от вас. Вы есть органическое единство.
Дзен это декларация органического единства всех противоречий жизни. И поскольку существование принимает все, кто вы такой, чтобы выбирать? Кто вы такой, чтобы судить? Дзен не знает суда. Никто не грешник и никто не святой. Оба разыгрывают игру по своему выбору, и оба получат свои награды соответственно.
Если вы сделали что-то не то, что-то не то произойдет с вами. Если вы были благословением для других, существование будет благословением для вас... простая арифметика. Дзен не верит в сложности, это очень простое принятие тотальности, которая окружает нас.
В последние время я был вдали от вас, но я чувствовал вас, как и вы чувствовали меня. Я слышал ваши радостные возгласы, я слышал ваши песни... и я ждал подходящего дня, чтобы прийти. Я собирался прийти вчера, но вчера был день Сардара Гурудаяла Сингха, и я должен был остаться в своей комнате просто ради бедняги Сардара.
Перед сутрами несколько вопросов.
Один саньясин спросил:
Комментируя «десять Быков Дзен», Ньоген Сензаки и Пол Репс пишут в своей книге «Плоть дзен, кости дзен»: «Пусть читатель, подобно китайскому патриарху, обнаружит следы своего потенциальною я, и несет посох своей целеустремленности и кувшин с вином своего подлинного желания, и просветляет других на базарной площади».
Возлюбленный Ошо,
На какую целеустремленность и подлинное желание они указывают?
Похоже, что их комментарий противоречит твоему объяснению.
Я не знаю, что именно подразумевали Ньоген Сензаки и Пол Репс, потому что их сердца недоступны мне. Я тоже читал их слова и удивлялся тому, что они без объяснения используют слова, которые сами по себе бессмысленны.
Какова цель? Жизнь не имеет цели. Само использование слова «целеустремленность» показывает, что ни один из них не понял смысла дзен.
Дзен это наслаждение бесцельностью. Какова цель цветка? Какова цель восхода солнца? С какой целью вы здесь? Для меня цели нет.
Я заглянул достаточно глубоко в каждый уголок своего существа — там, похоже, вообще нет цели, и я считаю это великой свободой. Если бы там была цель, тогда вы были бы в зависимости, тогда существовало бы предназначение, которое вам надлежало бы исполнить. Тогда вы могли бы потерпеть неудачу.
Всякая цель создает возможность неудачи и успеха. Но если нет цели, никто не терпит неудачу.
Куда бы вы ни пришли — это то место, куда вам было нужно прийти. Куда бы ваша лодка ни привела вас, куда бы ни двигалась река, таково направление. Если же у вас есть какое-нибудь направление, вы вступите в конфликт со многими направлениями.
Не следуйте никакому направлению, не имейте никакого стремления. Это не означает подавлять желание. Это просто означает радоваться каждому желанию, радоваться каждому мгновению. С чем бы вы ни столкнулись, что бы ни встретилось на вашем пути, — любите, будьте дружелюбны.
Не предъявляйте никаких требований существованию, иначе вы будете страдать. Все те, кто живет в страдании, живут в страдании по простой причине — они полагают, что должна быть осуществлена определенная цель, должен быть достигнут определенный успех, удовлетворена определенная амбиция. А когда это не достигнуто — и больше нет возможности достичь этого — вы будете в страдании. И даже если вы достигаете, это не имеет значения — вы будете в страдании. Вы будете в страдании, потому что, когда вы достигли, вы видите, что ничего не достигнуто.
