— И правильно сделаешь, — пожал плечами Рауль, даже не думая отстраняться. — Есть вещи, с которыми нужно просто согласиться и принять как данность…
Поймав странный, почти голодный взгляд Катце, блонди несколько секунд просто не отрываясь, смотрел ему в глаза, а затем погладил кончиками пальцев щёку со шрамом, чуть зарываясь в волосы.
— Уже поздно, тебе пора — завтра рано утром тебя ждёт Ясон, не забыл?
От слов Рауля у монгрела, словно камень с души свалился и Катце против воли испытал чувство благодарности — он и надеяться не смел на то, что уйдет относительно целым из кабинета Второго Консула.
Дилер едва не потерся щекой о ладонь блонди, но сдержался. Он внутренне усмехнулся тому факту, что постепенно становился похож на ручного зверька. Грустно…
— Я помню, — почти шепотом.
Катце в последний раз взглянул в глаза Раулю, развернулся, пересек комнату, как-то суетливо сгреб с подоконника свои вещи и ни слова больше не говоря, вышел за дверь.
* * *
Теплый сентябрьский вечер наводил тоску. Две зеленые луны плыли в лиловом небе над Эос, и Катце то и дело поглядывал на них с каким-то странным чувством — словно ему не хватало чего-то очень нужного, какой-то частицы его самого. Сегодня дилер пораньше закончил работу, как обычно отправился в ресторан Звездная Гавань, где по привычке отметил свой день рождения бокалом дорогого вина и гордым одиночеством. Время близилось к полуночи, коммуникатор в кармане уже час, как не трезвонил, что само по себе было странно и непривычно. Тишина — долгожданная тишина не принесла покоя, наоборот — еще больше растревожила. Монгрел задумавшись, брел — куда глаза глядят. Ноги принесли его к Эос.
— Вот спрашивается: оно мне надо сегодня? — дилер странно усмехнулся, но незримо перед глазами стояло лицо Второго Консула — насмешливая гримаса и выразительная грусть в глазах. Катце не видел его несколько недель. Работа.
Монгрел вошел внутрь, поднялся на лифте на предпоследний этаж, выкурил две сигареты — пока топтался у дверей личных апартаментов Рауля — и наконец, отважился войти.
— Скажи господину Эму, что я пришел, — проговорил Катце встретившему его на пороге фурнитуру. — Сможет ли он принять меня?
* * *
На сцене медленно и достаточно чувственно раздевались два пэта. Они кружили вокруг друг друга в одном — лишь им понятном танце, томно глядя в глаза своему партнёру. Сидящий в кресле перед подиумом блонди, с бокалом вина в руке, явно скучал: указательный палец левой руки упирался в висок, пальцы второй неслышно постукивали по бокалу.
Рауль Эм снова и снова вспоминал горящие то ненавистью, то жаждой, то мнимой покорностью глаза и рыжую чёлку. Они, в отличие от экземпляров на сцене были живыми, но не просто организмами, исполняющими свои жизненные функции, а живыми в полном смысле этого слова — чувствующими. К уху блонди беззвучно склонился фурнитур, после первой же фразы из Второго Консула моментально выскользнула вся скука — правда, вряд ли это было понятно ещё кому-то кроме самого Эма. Он едва заметно кивнул фурнитуру, а затем, подумав не больше секунды, попросил заменить пэтов на сцене. «Вот и повод…»
По приказу Советника в комнату ввели стройного рыжеволосого пэта лет четырнадцати и сексадроида с волосами цвета бледного золота.
Блонди довольно усмехнулся. «Дилеру будет на что посмотреть».
— Начинайте, — кивнул он застывшим фигурам на сцене.
Тем временем фурнитур вошёл в комнату, где ждал Катце:
— Господин Эм ждёт вас, прошу за мной.
Монгрел был не удивлен тем, что слуга вел его в комнату для приват-показов. Честно говоря, идя к Раулю, дилер был готов ко всему. Зачем он туда шел? Ответ на этот вопрос скорее находился в сердце, чем в разуме — Катце тосковал по этим зеленым глазам, пусть иногда и чрезмерно холодным. И все же тепло, что проскальзывало в них изредка, напрочь лишила его покоя. «Что ты сделал со мной, Рауль? — подумывал спросить у блонди монгрел, когда они встретятся, и злился на себя за свою слабость. — Просто увидеть, больше ничего…»
Едва монгрел переступил порог, то первым делом обратил внимание на Второго Консула — тот сидел в кресле и смотрел куда-то на сцену.
— Простите, если помешал, господин Эм, я… — монгрел интуитивно посмотрел на сцену и потерял дар речи.
Там, на помосте, стояли двое: рыжеволосый юноша и сексодроид — блонди. Катце показалось, что он заглянул в прошлое и увидел себя и Рауля. Пэты уже перешли к прелюдии, и теперь юноша страстно снимал с дроида верхний сьют.
Дилер побледнел, в горле пересохло, и шок медленно, но верно заполнял его.
Блонди необъяснимым образом почувствовал присутствие Катце ещё до того как он заговорил. Пользуясь тем, что его лицо в полумраке комнаты плохо видно, Рауль улыбнулся:
— Вы не помешали, Катце. Прошу вас, присоединяйтесь.
Тут же фурнитур провёл дилера к креслу, рядом с тем, в котором сидел блонди, и налил вина.
— Ты можешь быть свободен, — кивнул Советник слуге, — дальше мы сами справимся.
Подождав пока мебель покинет комнату, Эм чуть повернув голову в сторону Катце, произнёс:
— Надеюсь, вы не против, если до обсуждения дел, которые вас ко мне привели, мы досмотрим шоу? Вас это не затруднит?
Катце осторожно посмотрел на Рауля.
— Нисколько, — вежливо ответил он, все еще приходя в себя от шока. Нужно признать, что чувство юмора у Рауля было весьма необычным. Вопрос о делах Катце несколько смутил, хотя бы потому, что их — дел этих, у него к Раулю не было. Сказать, что просто так зашел. Потому что одиноко. Потому что больше некуда идти. Потому что скучал? Пока Катце смотрел на сцену, ему казалось, что он только что совершил фатальную ошибку, которая ему будет дорогого стоить.
— Как вам будет угодно, господин Эм.
Катце взял бокал и отпил немного вина, стараясь при этом не выглядеть, как схватившийся за соломинку паникер. «Интересно, и давно Рауль развлекается так?» — подумалось вдруг. Под словом «так» подразумевались похожие на них пэты. Вот чего-чего, а такого Катце увидеть не ожидал.
— Вот и превосходно. Мне было бы жаль прерывать это… действо, — казалось, блонди известна вся подноготная чувств дилера и он ей откровенно наслаждается.
Фигуры на сцене медленно, но верно переходили к более активным действиям — было ли это случайным или вполне спланированным, неизвестно, но блондин явно собирался играть роль актива, рыжий же, был пассивом.
Рауль с какой-то странной полуулыбкой наблюдал за тем, как андроид подготавливает партнёра к своему отнюдь не маленькому размеру, тому уже явно было всё равно — как и с кем — рыжие волосы прилипли к влажным вискам, на лице застыло выражение чистого экстаза, пальцы безуспешно пытались зацепиться за безупречно гладкую поверхность сцены.
