Их пальцы сплелись, и они ушли с обрыва, а потом нашли тропу, по которой вернулись к лагерю бриттов.
Анлодда с бардом разыскали Ланселота, и девушка доложила о результатах разведки. К ним подошли Меровий, Кей и Бедивир. Остальные не приближались, включая Кугу и Медраута. Ланселот на Медраута поглядывал подозрительно.
— Ты говорила, что через стену можно перебраться другим путем, — напомнил Анлодде Питер, когда она закончила рассказ.
— Под стеной, а не через нее. И то не всем, а лишь нескольким.
Ланселот подергал себя за усы. В этом он явно переусердствовал — вырвал клок, и Корс Кант сочувственно айкнул.
— Туннель? — уточнил легат. — И сколько там воинов пройдет в ряд?
— Один — и то с трудом. И не «пройдет». Там можно передвигаться только ползком, да и то — придется продираться. Вам с Кеем трудно будет, но, наверное, все же получится. Кстати, место, куда выводит туннель, общественное, но это не значит, что там непременно будут толпиться юты.
— Что за место?
— Старые бани. Там вполне просторно, можно закрепиться, передвигаться и уложить столько ютов, сколько песчинок на берегу, пока они сумеют прикончить нас.
— Анлодда, — возразил Ланселот. — Но это совсем не то, что я…
— Знаю, знаю. Ты не хочешь вести на город смертников, государь. Но я бы не возражала, даже будто это так. Кстати, я не настаиваю на том, чтобы с нами шел Корс Кант.
— Что? — прищурился Ланселот. — Что-что-что? — скороговоркой выпалил он.
Анлодда продолжала:
— Король Рикка заново отстроил бани, когда Артус вернулся из Рима. В мирное время там множество.., горожан, моих земляков. Они парятся в парилках или плещутся в холодном бассейне. Я и сама там часто бывала.
— А этот король Рикка, — спросил Ланселот. — Он мог бы оказать нам помощь?
Анлодда выпучила глаза. Ланселот обнаружил, что изумленно на него смотрит не только Анлодда, и густо покраснел.
«Он не знает! — понял бард. — Но как он может не знать?» Король Рикка погиб, защищая левый фланг войска Ланселота в последней битве — сражении при горе Бадона, погиб из-за того, что не правильно понял хитрый маневр Артуса — отступление, произведенное для виду. Ланселот ворчал из-за этого случая еще долго, и называл Рикку «варварской обезьяной с барсучьими мозгами, нахлобучившей на голову медный таз».
— Помог бы, если бы только смог подняться из могилы, — сказал Корс Кант. — Но даже Мирддину не под силу воскресить мертвеца через четыре года после похорон.
— Это я понимаю, — огрызнулся Ланселот.
«Еще одна ложь».
У Корса Канта мурашки по спине забегали. Кто же этот новый Ланселот, почему он так переменился? Быть может, в него вселился бес?
— Ну, а как насчет принца Горманта? — обратился юноша к Анлодде. — Говорят, он сводный брат Dux Bellorum. — Бедивир гневно скривился, и Питер поспешно произнес:
— Но, конечно, никто не верит в такую гнусную ложь!
Анлодда метнула предупреждающий взгляд в сторону Корса Канта. Разговор зашел в опасную область, но бард вовсе не собирался нарушать клятву, данную принцессе в чудесной пещере.
— Это сын холостяка… — проговорила Анлодда. — Он.., он.., хотела бы я сказать, кто он таков! Он нам не поможет! Наверняка сейчас угощает саксов или ютов, потчует их тем, что вырвано изо рта у маленьких детишек! Ну.., в общем, ты понял, государь, что я хотела сказать.
— А очумевшие жители Харлека будут только под ногами болтаться, — добавил Ланселот. Чуть помедлив, Анлодда продолжала:
— Хорошо, вот какой у меня план. Вы все, — она обвела рукой отряд Ланселота и сикамбрийских воинов Меровия, — отправляетесь на берег и находите там лодку. Наверняка в гавани можно найти хоть какое-то суденышко.
Тут вперед шагнул капитан Нав. Он впервые подал голос со времени гибели «Бладевведд».
— Об этом я уж как-нибудь позабочусь, полководец. Ланселот рассеянно кивнул.
— Найди самую большую посудину, какую только сумеешь. Пусть тебе приказывает Меровий.
— Рад, что ты не предлагаешь мне карабкаться по туннелю, Ланс, — улыбнулся король. — Боюсь, мне это было бы не под силу.
Ланселот назвал тех, кого хотел взять с собой в город:
— Кей, Бедивир, Анлодда и Медраут. Остальные идут с центурионом Какамври. Капитан Нав, не мешкайте.
— Медраут? — в унисон переспросили Кей и Бедивир.
— Да, зачем он нам? — добавила Анлодда. Ланселот, похоже, не мог придумать веской причины.
— Ну.., он бы мог.., он мог бы.., стоять в дозоре.
— Следует ли мне напомнить тебе, — вмешался Кей, — что ты поклялся защищать этого юношу? — Мне кажется, вряд ли стоит брать столь неопытного воина на столь опасное дело.
Анлодда многозначительно посмотрела на Корса Канта, но тот не пожелал встречаться с ней взглядом. Бард должен был идти с Ланселотом и Анлоддой — ведь это напророчил Меровий.
Ланселот неохотно сдался.
— Ладно, пусть Медраут уходит с Меровием. Пойдут Кей, Бедивир, Анлодда и я.
Корс Кант молча ждал. Наконец после долгой паузы Анлодда сказала то, что собиралась сказать:
— Пятеро против пяти центурий. Отряд смертников.
— Пятеро? — недоуменно вздернул брови Ланселот. — Я насчитал четверых. Кто это еще собирается с нами? Повариха?
— Какая повариха? Она и в поход-то с нами не пошла, слава Спасителю! — Анлодда подняла затянутую в перчатку руку. — Давай еще раз сосчитаем. Ты, Кей, Бедивир, Корс Кант…
— Почему это Корс Кант? — вмешался Ланселот возмущенно.
Юноша вытянулся в струнку.
— А почему нет? Я точно так же смогу пролезть в туннель!
— Возражаю! — встрял Кей. — Против Корса Канта у меня те же возражения, что и против Медраута, только их вдвое больше! Анлодда бросилась на защиту барда, но юноше показалось, что она делает это довольно вяло.
— Он нам нужен, чтобы кто-то смог прочесть мою карту. Она на греческом, и…
— И тебе кажется, что на карте — сплошная Греция? — саркастично поинтересовался Ланселот.
— Я этого языка никогда хорошо не знала. А мы попадем в Каэр Харлек со стороны окраины, где я никогда не бывала.
— Дай-ка я взгляну на карту. Может быть, я сумею ее прочитать.
— Я же сказала: она на греческом!
— Даже если на греческом, прочитаю я эту треклятую карту.
Анлодда запустила руку за вырез сорочки и вытащила свиток пергамента. Развязала, разложила на колючем кусте. Карта оказалась испещрена столбцами мелкого почерка.
Корс Кант наклонился и вслух перевел:
— Три двери после булочной.., стойла. Пройдя через них.., попадаешь на улицу Трагедий.
— И это — карта? — презрительно спросил Ланселот.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
