Молодой человек, что рядом стоял, сверлил злым взглядом белобрысую модам, что со страхом в глазах смотрела на Тима.
- Да, что там происходит? – произнесла вслух.
Нехорошее предчувствие уже закутывало меня в свой кокон. Не выдержав, схватила шубку с заднего сидения, быстро просунула руки в рукава и выбралась на улицу.
… и на глаза больше не показывайся, поняла?
- Тим? – позвала мужчину, когда услышала странную фразу, вот только и концовку я не расслышала за собственным голосом.
Что он ей там запрещает? И кто это вообще такая? Эта дамочка явно не сестра и не родственница! Слишком голодным взглядом она посматривает в сторону Тимофея, а ещё она его бояться, это видно.
Тим резко повернул голову в мою сторону, буквально на секунду задержал на мне взгляд и вновь отвернулся, явно что-то говоря девушке. Пару секунд и мужчина, развернувшись ко мне передом, прыгучи преодолел широкие ступени порожек, подходит ко мне.
- Ты почему нараспашку?! Обратно в больницу захотела? – порыкивает гад, тянет ко мне руки.
- Ой, - произношу непроизвольно, и сама спешу застегнуть пуговицы.
В больницу я не хочу, но если простыну, то явно окажусь там, и снова против воли.
- Вот и «ой», - кончика носа касаются его мягкие губы, - чтобы я такого больше не видел, Анют, заболеешь, уколы буду делать сам, поверь я насмотрелся, как из делают, что теперь и сам способен не хуже медсестры, - нагло притягивает себе.
Хотела возразить на такое заявление, но не успела.
- Так вот почему ты меня выгоняешь, да? Притащил не пойми кого в родительский дом, а меня отдавшую тебе несколько лет своей…
Разнёсся визгливый голос со стороны дома. Секунда и меня больше не прижимают к большому, крепкому телу, взмах ресниц и картина маслом. Тим уже на пороге, рядом с той белобрысой девицей и… и держит её за шею своей огромной лапищей.
- Заткнись! Непойми кто это ты здесь! Хотя нет! Ты меркантильная тварь, что…
Звон в ушах заглушает дальнейшие слова Тима, заглушает все звуки вокруг. Сейчас перед глазами не тот Тим, к которому я привыкла за тринадцать дней. Нет в его голосе мягкой хрипотцы, нет игривости, нет ласки, только лёд и металл. Этот мужчина на самом деле жестокий руководитель, и на работе, и в жизни он одинаков, и прямо сейчас проявляет настоящие своё лицо!
Чтобы не сделал эта белобрысая, он не может причинять ей вреда! И уж тем более распускать свои лапищи!
… а всё из-за вон той девке! – доноситься сквозь звон, и три, нет, четыре пары глаз устремляются в мою сторону.
И только одни глаза попали точно в цель!
Страх! В глазах Тима страх! Он смотрит неотрывно, как и остальные, но на них мне абсолютно плевать.
Нам с этим мужчиной не по пути, сегодня он схватил за горло эту белобрысую, а завтра он схватит меня? Нет! Мне хватило Алексея, больше я на такие грабли не наступлю, сторонкой и дальше по прямой, мимо того, кто только поцелуями взбудораживает всё моё нутро.
- Анют? – надломленный голос, - ты чего задумала, хорошая моя?
Не отвечаю, первой отвожу глаза и открыв дверь автомобиля мужчины, забираю свою сумочку. Надеюсь, уже утром я окажусь в родном городе, и подальше от этого мужчины. Нам не быть вместе, это было видно с самого начало. Дура ты Анна! Везёт тебе на мужиков.
- Аня! – громкий окрик, не поворачиваюсь, быстрым шагом выхожу за ворота дома и словно сам бог услышал мои молитвы, около меня притормаживает такси.
Не успеваю открыть переднюю дверь подъехавшего такси, чтобы прыгнуть в салон и крикнуть водителю «гони шеф», как задняя дверь открывается и на улицу выходит девушка. Её взгляд сразу фокусируется на мне, секундный осмотр с ног до головы и быстрый взгляд мне за спину.
- О! – произносит девушка, широко распахнув глаза.
- Катя, не дай ей уехать! – летит чужой голос откуда-то издалека.
- Да хрен она куда уедет! – а это уже из-за моей спины.
Не успеваю среагировать, крепкие, такие знакомые руки обхватывают меня вокруг талии, рывком дёргают назад, прижимая к широкой груди.
- Отпусти, - шиплю рассерженно, - слышишь? Отпусти! – дёргаюсь в крепком захвате.
- Куда ты собралась, девочка моя? Что тебя так напугало, Анют? – горячие дыхание опаляет кожу виска.
В голосе тревога, но мне все равно, внутри меня её ещё больше.
- Подальше от тебя, - отвечаю честно с рычанием и вновь принимаю попытку выбраться, даже наступила каблуком на ногу мужчины.
- Хи-хи, - раздаётся спереди, - ой, извините, - прикрывает рот ладошкой девушка, что продолжает стоять около такси с распахнутой задней дверцей, - я просто себя вспомнила, - лепечет, стыдливо отводит глаза, в которых бурлит нескрываемое веселие.
- Котёнок, иди ко мне, оставь этих двоих, - всё тот же чужой голос.
Девушка слушается, закрывает дверь и делает шаг в направление дома, со двора которого, я только, что вышла. Но проследить за ней мне дальше не дают, резко разворачивают, прижимают крепче, пальцами одной руки запрокидывают мою голову вверх, держа за подбородок.
- Я напугал тебя? – глаза Тимофея лихорадочно блуждают по моему лицу, - ответь, Анют, я напугал тебя? - нависает скалой, но не устрашающе, как это выглядело, когда он сжимал горло той белобрысой.
- Ты поднял руку на девушку, причинил ей боль, - голос подводит, внутренняя дрожь прорывается наружу.
- Аня, - со стоном начинает мужчина, - прости родная, прости, что пришлось такое видеть, но я клянусь тебе, клянусь маленькая, никогда не повышу на тебя голос, никогда не подниму руку, не причиню вреда, некогда милая! – правильно истолковав мои слава, стал клясться Тимофей.
- Знаешь? Мне однажды уже говорили, что НИКОГДА не причинят вреда! Но, однако, причинили, - говорю про Алексея, не называя его имени, думаю Тимофей и
