прежнего:
– Нет, вы слышали что-либо подобное, Марио?! Он же идиот! И как он только получил такую должность, спрашивается, как?! Отпустите меня, я ещё не всё сказал этому убийце эволюции, этому питекантропу в мундире!
– Давайте не будем играть с огнём, адвокато! У нас и так слишком много пожаров за последнее время! Лучше вам здесь не торчать, всё равно толку не будет! Идёмте, поможете нам найти кров на время. А вот тебя, Пополь, полковник желает видеть «тет-а-тет».
Ожидавший под кабинетом полковника шеф Пикард слышал всё слово в слово, и сам был не против ринуться в бой:
– Тем лучше! Он давно нарывается у меня на очень французский разговор!
Адвокат Доменико в компании шефа Моретти и остальных уехал на такси в сторону медины, а свою машину с шофёром оставил для шефа Пикарда. В надежде, что она ему всё-таки пригодится…
На новом месте
Адвокат Доменико помог шефу Моретти и работникам кухни обустроиться на новом месте, в маленькой скромной гостинице своего доброго марокканского знакомого. После ужина в гостиничной столовой, адвоката вызвали в посольство по важному делу. Заготовщик Люю тоже не усидел на месте, вспомнив что оставил какую-то дорогую вещь в номере негостеприимного отеля. В почти пустой столовой на вечернем чаепитии осталось только четверо, а чёрный чай с лепестками чайной розы и горьковатыми листиками мяты в паре с тягучим, янтарным мёдом способствовали уединённой беседе.
– Грасьёз спрашивал о чём-то конкретном, Завия? – не терял любопытства шеф Моретти.
Госпожа Гренек задумчиво постукивала чайной ложечкой по расписному блюдцу, вспоминая разговор с полковником.
– Нет, шеф Марио, ничего конкретного. Думаю, потому что я не приняла его извинений во второй раз, от того и говорить было не о чем. Вообще, его «допрос» длился меньше минуты. А вот Селину и Карима он продержал почти четверть часа. Бедняжки, даже через закрытую дверь я слышала его повышенный тон.
Шеф Моретти снова окунулся в раздумья. Селина была молчаливой, возможно, уставшей и расстроенной от всего происходящего, изредка бросая настороженные взгляды в сторону Карима. Последний, закончив чаепитие, принялся протирать очки замшевой тряпочкой, и с виду был совершено спокоен.
– Да, госпожа Гренек права. Полковник задавал много вопросов, в большей степени, одних и тех же, и хочу отметить, что он очень невнимательный слушатель. – внезапно прервал затянувшуюся тишину Карим.
– В этом я с вами абсолютно согласен. Интересно, что там у Пополя… Двоих поваров мы уже лишились, не хватало ещё остаться без третьего… – с долей иронии сказал шеф Марио.
– Шеф Моретти, я понимаю ваши чувства, мне очень жаль, что жизнь ресторана оказалась столь же короткой, как и жизнь самого господина Вандера.
– Карим, на допросе полковник Грасьёз упоминал братьев Сабир?
– Да. Но увы, мне о них ничего неизвестно. Они были неразговорчивы, держались вместе и как-то странно одевались. Поддерживать традиции – дело великое, но время не стоит на месте даже в Марокко. Лично я не рискнул бы показаться даже на задворках ресторана одетым как дервиш.
Действительно, Карим выделялся на фоне своих «сбежавших» марокканских коллег. Он был одет не броско, но довольно выдержанно и элегантно для простого мойщика посуды. Небольшие серебряные запонки, серый костюм в мелкую крошку и аккуратный маникюр на руках. Конечно, этого не мог не заметить шеф Марио.
– Однако, вы прирождённый педант, Карим. Как давно следите за европейской модой?
– Я? Что вы, шеф Моретти. Просто пару лет назад мне довелось работать официантом в Гранд-Отеле Касабланки, и признаюсь вам, там очень строгие требования к внешнему виду даже для подсобных рабочих.
– Карим, перед ужином я видел, как вы сдали вещи с бирками носильщику… Переезжаете в другое место?
Наблюдательность шефа Марио застала Карима врасплох. Он замялся, несколько раз поправив очки на переносице:
– Нет-нет, просто полковник Грасьёз разрешил навестить мне моего больного брата, который живёт в Фессе, в самом сердце старого города. Мне, как и вам по-прежнему запрещено покидать Касабланку без разрешения полиции.
Вскоре после ухода Завии, Карим откланялся, намереваясь перехватить пару часов сна перед отъездом в Фесс. Его отсутствие позволило Селине разговориться.
– Шеф Марио, не посчитайте меня сумасшедшей, но я очень тонко чувствую ауру людей, особенно если она такая, как у господина Карима. Я знаю его секрет. Мне известно кто он! – взволнованно прошептала Селина.
– Неужели, магрибский колдун? – также шёпотом подшутил ей в ответ шеф Моретти.
– Не смейтесь, шеф! Он – вор!
– Вор? И что он успел своровать? Луну с ночного неба Касабланки?
– Нет, шеф Моретти, хуже! Те омары, которые были украдены – это его рук дело!
Улыбка шефа Марио сменилась интригующей тревогой:
– Селина, ты точно в этом уверена?
– Уверена! Он настоящий вор. Но ворует он не по своей воле! Вы слышали когда-нибудь о такой болезни, когда человек крадёт разные вещи по указке своего подсознания, даже если они вовсе ему не нужны?
– Конечно слышал. Эта болезнь, о которой ты говоришь, называется клептоманией. Но я всё равно не понимаю, причём здесь омары.
– Шеф Марио, в одном журнале я прочитала, что те, у кого есть даже самая маленькая родинка на внутренней части ладони, заражены клептоманией! Отодвиньте его чашку в сторону, чтобы не перепутать – это ужасная болезнь!
– Не хочу тебя разочаровывать, Селина, но этой болезнью невозможно заразиться. К тому же, по одной родинке тоже судить нельзя.
– Тогда как вы объясните кражу моей броши?!
– Броши?
– Да, броши! Моя большая, красивая, восьмиконечная брошка в виде снежинки была украдена Каримом! Я сама видела, как он прятал её в карман своего фартука. Ну всё хватает, что плохо лежит! А ничего, что я прицепила её на свою сумочку как украшение? Кто знает, что ему взбрело бы в голову стащить ещё.
– И как он объяснил тебе своё поведение?
– Никак. Извинился, и даже промыл её под краном. Но мне кажется, он затаил на меня обиду, нисколько из-за броши, а сколько из-за того, что я уличила его в краже. Потому и бросался с обвинениями в небрежности к посуде. Шеф Моретти, я совершенно не жадная, но эта вещь была подарена мне совсем недавно.
– Очень интересно! А не раскроешь ли ты мне личность дарителя?
– Да это не секрет, мисс Боулз подарила мне её перед торжественным открытием ресторана.
Глава 8. Секрет по старой дружбе
Чьё-то знакомое весёлое пение раздалось в коридоре гостиницы, перетянув на себя внимание. Вскоре этот некто шумный и бодрый хлопнул дверью столовой, и напевая Марсельезу, предстал перед Марио и Селиной.
– Как тесен
