Читаем без скачивания Морита — повелительница драконов - Энн Маккефри

— И какие же симптомы болезни?

— Жар, головная боль и сухой кашель.

— Именно то, на что жаловался К'лон.

— Ты уверена?

— Ну, конечно! И если уж на то пошло, то К'лон и в самом деле чувствует себя хорошо. Мы тут в Вейре не отличаемся слабым здоровьем! — Нессо, похоже, гордилась этим фактом ничуть не меньше, чем Петерпар. — И не считая тебя, к нему заходил только Берчар… Между прочим, я бы не стала сейчас рассказывать о симптомах: утром после Собрания головы болят почти у всего Вейра. Но если это и эпидемия, то только тяжкого похмелья. — Еще раз решительно помешав кашу, она спросила: — Как скоро это заболевание проявляется в заразившемся человеке?

— Капайм говорил, что инкубационный период составляет от двух до четырех дней.

— Ну, тогда хоть о завтрашнем Падении можно не беспокоиться.

— Нельзя собираться большими группами, — сказала Морита. — А еще никто не должен ни покидать Вейр, ни входить в него. Я уже передала эти указания дежурному всаднику.

— Сегодня все равно вряд ли кто соберется нас навестить — все-таки два Собрания накануне, да и туман… Тебе надо поговорить с Берчаром. Он в вейра С'гора.

— Я так и думала. Проследи, чтобы Ш'гала сегодня не беспокоили.

— Вот как? — брови Нессо удивленно взлетели. — Он что, решил, что уже заболел? А о том, что завтра Падение, он не забыл? Что мне сказать если его будут спрашивать?

— Отсылай всех ко мне. Он не болен. Просто двое суток возил по холдам мастера Капайма и смертельно устал.

На том они и расстались. Выспавшись, Ш'гал наверняка оправиться от своего страха и с радостью отправится сражаться с Нитями.

Морита вышла из Нижней Пещеры. Снаружи по-прежнему клубился туман.

— Орлита, свяжись, пожалуйста с Малтой и попроси ее подбросить меня до ее вейра.

— Я тебя отвезу.

— Я знаю, что ты это можешь, любовь моя. Но тебе скоро откладывать яйца, а туман такой густой… кроме того, обратившись к ним с такой просьбой я заблаговременно предупреждаю их о моем прилете.

— Малта скоро прилетит.

Что-то в том, как Орлита это сказала, заставило Мориту подумать, что Малта не слишком-то охотно откликнулась на просьбу Госпожи Форт Вейра. Странно, Малта должна была бы знать, что Морита не стала бы беспокоить ее понапрасну…

— Малта это знает, — быстро сообщила Орлита, явно намекая, что все дело здесь в наезднике.

Не успела Орлита договорить, как туман рядом с Моритой забурлил, и буквально в двух шагах от нее появился зеленый дракон.

— Орлита, передай мою благодарность. И похвали точность полета.

— Уже сделано.

По услужливо подставленной ноге Морита вскарабкалась на спину Малты.

Она всегда чувствовала себя как-то странно, когда летала не на своей огромной королеве, а на других, более мелких драконах. Смешно думать, будто Малте может быть тяжело, но Морита ничего не могла с собой поделать. Выждав мгновение — пока всадница устроится поудобнее — Малта легко взмыла в воздух. Хоть и доверяя дракону целиком и полностью, Морита тем не менее нервничала, туман все-таки, ничего не видно…

— На мне ты бы не волновалась, — обиженно заметила Орлита. — И пусть мне скоро откладывать яйца, я еще не настолько неуклюжая…

— Я знаю, любовь моя.

Мягкий, едва заметный толчок возвестил об окончании пути. Они приземлились перед вейром.

— Спасибо, Малта! — громко сказала Морита — еще одно предупреждение тем, кто находится внутри вейра.

Спрыгнув с дракона, всадница быстрым шагом направилась к входу.

— Сюда нельзя! — плечистая фигура С'гора загородила Морите дорогу.

— Слушай, С'гор, я не собираюсь стоять на пороге, особенно в такую сырость. Вы же знали о моем прилете заранее.

«С'гор, — решила наездница, — выбрал не самое лучшее время стесняться.»

— Морита, дело в том, что Берчар заболел. Ему ужасно плохо, и он велел никого к нему не пускать.

— Все равно мне необходимо с ним поговорить, — решительно сказала Морита и, шагнув мимо отступившего в сторону С'гора, вошла в вейр.

Она подошла к спальне, но тут С'гор вновь ее остановил.

— Не надо, — попросил он. — Все равно ты ничего от него не узнаешь.

Он без сознания. И ко мне тоже не прикасайся… Я наверняка тоже заразился. — В наступившей тишине явственно раздавались тихие стоны Берчара.

Не раздумывая, Морита отодвинула занавеску и вошла в спальню. Даже в тусклом свете масляной лампы было видно, как страшно болезнь преобразила молодого лекаря. Он осунулся, черты его лица как-то странно заострились, а бледная до синевы кожа была покрыта крупными каплями пота. На столе рядом с кроватью стояла открытая сумка с лекарствами.

— Когда он заболел? — спросила Морита, разглядывая пузырьки.

— Вчера он чувствовал себя необычайно усталым — ужасная головная боль и все такое. Мы даже не полетели на Собрание, хотя и собирались… За завтраком он вроде бы выглядел совершенно нормально, и мы уже решили было отправиться в Исту поглядеть на выловленного в море зверька, но тут у Берчара начались какие-то жуткие головные боли. Я, честно говоря, ему сперва даже не поверил…

— От головной боли он пил настойку сладкого корня?

— Нет. Он принял ивовый эликсир, — С'гор ткнул пальцем в наполовину пустой пузырек.

— А потом сладкий корень?

— Да, но только легче ему от этого не стало. К полудню у него начался жар, и он решил принять, — С'гор взял в руки маленькую бутылочку и прочитал, — «аконит». Мне это показалось несколько странным: я ведь неоднократно помогал ему, и мне казалось, что аконит ему вовсе ни к чему. Но он сказал мне, чтобы я не смел спорить с лекарем, с ним, то есть… А сегодня утром он попросил сделать ему укол настойки из листьев папоротника, в которую я должен был добавить десять капель сока феллиса. Он говорил, что у него все болит, и сок феллиса, дескать, должно помочь… Морита глубоко задумалась. Аконит от головной боли и жара? Настойка из листьев папоротника и сок феллиса — это хотя бы понятно.

— У него был сильный жар?

— Он прекрасно понимал, что делает, если ты об этом…

— Ничуть не сомневаюсь. Он же искуснейший мастер Врачеватель, и нам повезло, что он поселился в Форт Вейре. Что еще он велел тебе делать?

— Никого к нему не пускать! — с вызовом заявил С'гор и с неприязнью поглядел на Мориту, сделавшую вид, будто ничего не замечает. Неразбавленную настойку из листьев папоротника каждые два часа, пока не спадет жар, и сок феллиса через каждые четыре.

— Он полагал, что заразился от К'лона?

— Берчар никогда не обсуждал со мной своих пациентов!

— В этот раз было бы лучше, если бы он все тебе рассказал.

— А что, К'лону стало еще хуже? — испуганно спросил С'гор. Морите хотелось, чтобы и ей предоставилась такая же возможность. — Когда у Берчара спадет температура, я бы хотела с ним поговорить. Позовешь меня, ладно? Это очень важно.

Она задумчиво посмотрела на Берчара. Если у К'лона была та же самая болезнь, о которой сообщил мастер Капайм, то почему же он выжил? Почему не умер, как жители холмов на юге континента? Может, все дело как раз в том и заключается, что это были жители холдов? Может, теснота и теплый климат способствуют протеканию болезни?.. Спохватившись, Морита вновь повернулась к начавшему уже волноваться С'гору.

— Делай все так, как тебе велел Берчар, — сказала она. — Я прослежу, чтобы тебя больше не беспокоили. Пусть Малта через Орлиту передаст мне, когда Берчар придет в себя. И поблагодари Малту от меня за то, что она меня сюда привезла…

Глаза С'гора стали пустыми и невидящими — он говорил со своим драконом. Затем, улыбнувшись, он вновь обратил свой взор на Мориту.

— Малта говорит, мол, не стоит благодарности. Она готова отвезти тебя вниз.

Падать сквозь туман к невидимой земле — ощущение не из самых приятных.

— Малта не посмеет уронить Госпожу своего Вейра, — хмыкнув, успокоила Мориту Орлита.

— Я только на это и надеюсь, — в тон ей ответила Морита, — но когда я не могу различить даже пальцев вытянутой руки…

«Нет, не настойка сладкого корня, — думала Морита, вновь очутившись на дне чаши и попрощавшись с растаявшей в тумане Малтой, — не сладкий корень способный полностью снять жар, а листья папоротника — средство несколько снизить температуру. И аконит для сердца. Так, что ли? Неужели такой страшный жар? А еще сок феллиса… Капайм ничего не передавал о болях. Жаль, что не удалось поговорить с Берчаром. Но может, К'лон уже проснулся?»

— Он еще спит, — сообщила Орлита. — И тебе бы вовсе не помешало немного соснуть.

Морита и вправду чувствовала себя совершенно разбитой. Да еще этот проклятый туман! В нем запросто можно заблудиться!

— Меня-то ты всегда найдешь, — заверила ее Орлита. — Возьми чуть-чуть левее и придешь прямо ко мне. Я приведу тебя в наш вейр.