Ну тут все сразу стало понятно. Красивая девочка влюбилась в красивого мальчика, но помолвлена с не красивым и вот в этот любовный треугольник она еще каким-то боком хотела затащить меня, чтобы я устранил угол некрасивого мальчика. Вот только, к сожалению для Розы, мне глубоко насрать. Тем более, что у нее нет ни одной юбки, а как я уже говорил, каждый военный мечтает о рыженькой школьнице. Если ты не рыженькая школьница, то я даже не стану заморачиваться о том, чтобы помочь тебе. Шутка. На самом деле, я бы мог вмешаться, но в таком случае Михаил оказался бы в моей тени. Мне куда проще потом поговорить с ним и решить вопрос так, чтобы все со стороны выглядело, словно это Миха белый принц, а я не при делах. Тем более, что такое вполне можно организовать. Учитывая обширность моих знакомств. Если надо, даже найдем военного священника и разорвем венчание, хотя так и нельзя делать. Вернее, простолюдинам так нельзя, а графам, очень даже можно. А то вдруг, жена сына не родит и умрет, а ты повенчан. Кто ж тогда дворянский род продолжит?
Розалии я в итоге так ничего и не сказал, лишь молча кивнул и пройдя к кабинету совещаний, зашел внутрь.
Как и ожидалось, прокурор был мужчиной полноватым. Дворянин, ему положено быть толстеньким, если он не военный конечно же. Директриса, сидела напротив и хмурилась. Их тихий разговор я сразу же прервал.
— Госпожа директор, Маркус Гекс по вашему приказанию прибыл, — решил включить внутреннего артиста, чтобы превознести эту старую усталую женщину в глазах мелкого дворянина. Пускай думает, что она и правда может командовать целым графом.
— Хорошо, господин Маркус, познакомьтесь, это господин вахмистр, Георгий Брынзов, городской прокурор, отец студента, с которым у вас с утра произошел конфликт, — директриса представила мне гостя. Тот приподнялся с места и вежливо поклонился.
— Для меня честь познакомиться с вами, господин Граф, — любезно произнес мужчина, а я сразу уловил хитрый взгляд. Штабист. Терпеть не могу штабистов.
Георгий скорее всего ни разу не выходил на дознания или полевые проверки и только и делал, что сидел у себя в кабинете и строгал обвинительные приговоры для простых людей, во всю пользуясь положением. Я таких бумажных крыс за версту чую.
— А для меня нет, товарищ вахмистр, изначально я думал, что ваш сын в принципе избалованный засранец, прикрывающийся своим отцом, но теперь отчетливо понимаю, что тут проблема от обратного. Здесь отец, старающийся прикрыть косяки сынишки и приучивший того к наплевательскому отношению к простолюдинам, — строго проговорил я, оставаясь у дверей.
— Вы смеете оскорблять прокурора? — удивился мужчина.
— Мне насрать кто ты, я и герцогов нахер слал, и как видишь, живой. Так что делаю первое предупреждение. Достань серебряную ложку из своей задницы и научись относиться ко всем одинаково. С вопросом дисциплины студента Брынзова я разберусь. А вот с твоей дисциплиной будут разбираться уже особисты, если ты продолжишь злоупотреблять властью, — я понятия не имел, реально ли Георгий занимается взятничеством и покрывательством, однако судя по его напряженному лицу, попал в самую точку. Прокурор маленького городка, тут и гадать не приходится. Вообще, понятия не имею, почему с утра я хотел позвать его для беседы. Видать его отпрыск так взбесил похмельного меня, что я чисто профилактики ради решил того припугнуть. Но да ладно, что у трезвого меня на уме, то у пьяного на языке. Мне уже не привыкать разгребать свои же косяки. Хорошо хоть никому в любви не успел признаться.
— Я вас понял, — наконец произнес вахмистр, явно задетый за живое.
— Вот и отлично, можете быть свободны. Если потребуюсь, можете взять мой номер у госпожи директора, — я наигранно поклонился и отправился прочь. От меня и так сейчас пивом пасет, не хватало еще, чтобы это засранец учуял.
На выходе из корпуса я пересекся с Розалией, которая удивленно на меня посмотрела. Видимо не ожидала, что я так быстро управлюсь.
— А ты тут чего отираешься? — поинтересовался, глядя на ее взволнованное личико.
— Хотела все же пригласить вас пообедать, вы же пропустили обед в столовой. Будем считать это изви… — смущенно пролепетала она, однако я сразу ее грубо пресек.
— Нет, я планирую отдохнуть, а потом заняться делами кафедры. Иди к своему Михаилу и лучше за ним поухаживай, а иначе я ему расскажу, что пока твой доблестный защитник валялся без сознания, ты звала его обидчика на свидание, — строго произнес и просто игнорируя ее, направился к себе в квартиру.
Все-таки, я не привык к гражданский жизни. В армии все проще. Там нет всех этих хитросплетений. Там реальная жизнь, без всяких навороченностей, а здесь же, принцип курятника возведен в абсолют. Сри на нижнего, клюй ближнего. И я в этот курятник не вписывают, потому что я борзая гончая, что по команде вгрызалась в глотки или догоняла подранка.
К моему счастью, на этаже в служебном корпусе, никого не оказалось, так что я беспрепятственно добрался до своей квартиры. Перед этим правда заскочил в магазин и закупился по полной. Сухпайки есть не хотелось, после них можно годить кирпичами, если не соблюдать норму по потреблению жидкостей. На каждый сухпай, если ты его полностью съедаешь, надо выпивать не менее двух с половиной литров воды. Желательно с разведенным регидроном или иным препаратом. В идеале, вообще столовую или лечебную минералочку, но это вариант для богатых.
Я пока не стал командиром батальонной группы, даже мечтать не мог о том, чтобы запивать пайку минералкой. У нас была либо вода, либо вода с привкусом сухофруктов, которую повара гордо именовали компотом.
На обед планировалась обжаренная картошечка с укропом, помидоркой и разбитым яйцом. Все это с куском колбасы вприкуску. Максимально сытный армейский жор. Хотел приготовить настоящую военную зажарку из лука, моркови картошки и тушенки, но как-то не хотелось вскрывать консервы. Пускай так и лежат в сумке как неприкосновенный запас.
Когда наконец простецкий холостяцкий обед был приготовлен, а очередная банка пива открыта, у меня внезапно зазвонил телефон. Номер звонившего мне был прекрасно знаком.
— У аппарата, — спокойно ответил я, поднося телефон к уху. С такими людьми по громкой связи говорить нельзя, так что прием пищи придется отложить.
— Здарова, Гекс, не отвлекаю? — усмехнулся особист. — Тут по твоему запросу удалось много интересного достать. Столько, что я даже решил не ждать приезда. Бумаги, конечно, лично передам, но ты готовься, что там папочка толщиной с кулак. Короче, дело к ночи, клиент этот повязан вместе с городским прокурором, начальником районной ЖК и еще парочкой администратов. Вся их шайка вот уже лет десять как пилят местные леса и вывозят на сторону, но ладно бы только это. Ты вкусе, что раньше в городе был еще один завод? Его эта шайка обанкротила, а персонал переманила к себе. Кого не переманили, просто минуснули. Поджоги, аварии, просто несчастные случаи. За месяц столько, что прокурору хватило бы на титул рыцаря, даже если бы он был простолюдином. Да еще бы и почётное звание дали. Однако тут прокурор что-то отмолчался. Так что, уж не знаю как ты в них вляпался, но могу тебе сказать сердечное спасибо. Ты считай мне звездочку на погон подарил.
— Сочтёмся, — я хищно оскалился. — Ладно, когда в городе будешь?
— Да думаю на днях заеду. Ладно, что хотел сказал, не прощаемся.
Даже ответить не дал, сразу сбросил. Однако, дело принимает куда более интересный оборот. Если тут такое проворачивается за спиной у градоначальника, то вопрос, куда же Юрий смотрит? Еще не хватало, чтобы разбирательство вышло на уровень суда над графом. Тогда точно будет прецендент и плакала моя тихая пенсия, меня ж свидетелем привлекут и затаскают по судам. Шутка ли, дела высших дворян разбираются лет пять. Это вахмистра можно за решетку запихать просто по щелчку пальцев…
Ладно, это все потом, сейчас наконец обед. Нечего портить аппетит мыслями о высоком.
Вот только нормально отдохнуть мне все равно не дали. Стоило прилечь на диван с баночкой пива, как в дверь постучали. Пришлось вставать и идти открывать. Еще и дверь такая, что в глазок не посмотреть.
